Мы стояли на небольшой поляне и восхищенно, как маленькие дети, впервые увидевшие фокус смотрели на уходящий вниз склон. Край не обманул, склон напоминал хаф-пайп. Единственное что его отличало от творения рук человеческих, в два раза меньшая высота
стенок, и небольшие ямы да пригорки, виднеющиеся то тут, то там, но нам эти обстоятельства были только на руку.
– Вот это да! Рулез! – выкрикнул я, придя в себя после первого шока.
– Fun! – поддержал меня Эйр.
– Прокатимся? – предложил Край готовый мчать вниз в любую секунду.
– Хорошо, – вынес свой вердикт Дэн. – Идем друг за другом, интервал десять секунд и без лишних примочек, склон незнакомый. Готовы?
– Да!!!
– One! Two! Three!
– Go-ууу!
Уходили мы обычным порядком. Первым шел Край, за ним я, Эйр и Дэн. Чем дольше я катил вниз, тем больше росло мое восхищение. Этот склон буквально создан для сноуборда. На хорошей скорости здесь было, где раскатиться. Конечно, это тебе не Приэльбрусье, но ряд положительных моментов, таких как U-образность и нетронутость, делали склон привлекательным. Единственным недостатком хаф-пайпа была маленькая тормозная площадка, окруженная высокими каменными выступами. Но это мы заметили только в конце склона.
– Здесь на хорошей скорости и убиться можно! – крикнул мне Край, лихо тормозя у огромного валуна.
– Запросто, – согласился я, оглядывая небольшой заснеженный пяточек. – Маловато места.
Сзади накатили Эйр и Дэн. Мы обменялись несколькими наблюдениями и пришли к выводу, что склон не ахти какой крутой, но кататься можно. Во всяком случае, здесь лучше, чем на трассе. Мы как раз спорили, стоит ли возвращаться сюда после обеда, когда раздался грохот,и земля задрожала под нашими ногами.
– Землетрясение, ложись, – успел выкрикнуть Эйр, и мы начали проваливаться сквозь землю.
Падали мы долго и странно. Когда на смену первому испугу, пришло осознание, что падение происходит слишком медленно, я попытался оглядеться, но с удивлением обнаружил что вишу (падаю?) в абсолютной темноте.
"Где это я?" – подумалось мне, и мысль промелькнув метеором, вызвала к жизни ряд ярких, картин-воспоминаний.
Случилась эта история накануне вечером. Мы вкусно поужинали шашлыком и пивом в небольшой забегаловке с бесхитростным названием «Под горой» и возвращались к себе, когда заметили незнакомца, топтавшегося у нашего вагончика. Первым его увидел Эйр.
– Потеряли что-нибудь? – не без иронии осведомился он. – Может, помочь?
– Вечер добрый! Нет, спасибо, не стоит беспокоиться, – ответил незнакомец, поворачиваясь. – Сторож я местный, Иван Иванович, за вагончиками приглядываю.
Перед нами стоял невысокий седой старик-узбек с седой клиновидной бородой, одетый в добротную фуфайку, ватные штаны, шапку-ушанку и валенки с калошами.
– А-а-а-а-а! – многозначительно произнес Эйр и протянул руку новому знакомому. – Я Эйр, точнее Саша, но лучше Эйр, а это мои друзья Эндрио, Дэн и Край.
– Очень приятно, – сказал сторож, внимательно разглядывая нас из-под густых, чуть тронутых сединой бровей – взгляд цепкий, с легкой хитринкой и толикой озорства.
– И часто у вас здесь воруют? – поинтересовался Край, откупоривая прихваченную с собой из бара баночку пива «Holsten».
– Ну-у-у, как вам сказать. Вообще-то места здесь тихие и воруют редко, но я все равно трижды за ночь обхожу все вагончики. На всякий случай, – объяснил старик и хорошенько приложился к предложенному пиву. – А вы, молодежь, каким видом спорта занимаетесь?
– Мы сноубордисты, – ответил Дэн.
– Самые крутые фрирайдеры в России, – не упустил случая выпендриться Край.
– Так вы фрирайдеры или сноубордисты? – цедя пиво, удивился Иван Иванович.
– Фрирайдеры – это разновидность сноубордистов, катающихся по первозданным склонам, – пояснил я. – Там, где нет трасс.
– Вон оно что, – многозначительно произнес сторож. – Тогда послушайте меня, парни. Лучше вам здесь вне трасс не кататься.
– А что, разве это опасно? – с легкой иронией поинтересовался Эйр.
– Опасно? Да! Но опасность тут кроется в другом, но это длинная история, – ответил Иван Иванович, а затем, почесав бороду, добавил. – Если вам интересно, то милости прошу к нашему шалашу. У меня сторожка тут неподалеку, вон за тем вагончиком.
Старик указал на желтый вагончик с двумя красными полосами. Заинтригованные таким началом мы приняли предложение.
В сторожке царил полумрак. Свет от небольшой настольной лампы едва освещал дальние углы комнаты. Мы сидели на огромном топчане, пили пиво, покуривали и слушали Иван Ивановича. Стариком он, надо сказать, оказался интересным, хотя бы потому, что вместо обычных сигарет курил дикий табак, который собирал в одном только ему известном месте.
Табак оказался ароматным и крайне забористым. Сквозь сизые клубы дыма я еле различал Ивана Ивановича, сидящего на низеньком табурете напротив пузатой печки-буржуйки. В какой-то момент я даже усомнился в его существовании. Мир плыл перед глазами, все больше и больше отдаляя меня от происходящего.
«Ай да табачок», – подумал я, пытаясь ухватиться за потерянную нить рассказа.
– В тот год много народу пропало в наших краях, и только одному молодому парню удалось выжить. Я расскажу вам его историю. На лыжах он катался. Трасса разбита, оттепель. Вот он и решил пойти на нетронутый склон. С трассы ушел по просеке и наткнулся на узкий нетронутый склон. Съехал он вниз, смотрит, а там вход в пещеру. Вот он, дурья башка, взял и зашел, а как зашел, тут же вниз провалился. Сколько падал, того сам не ведает, но говорит, что долго. В итоге очутился он в огромном зале. Огляделся, мать моя родная, вокруг котлы огромные рядами вниз по склону расставлены, а у котлов черти бегают, суетятся. Тут-то паренек и понял, что в Ад он попал. Он с испугу в снег упал и пополз вдоль стены мимо котлов и чертей. Ползет и думает: «Вот бы дверку найти, пусть даже самую маленькую, лишь бы сбежать отсюда». Только подумал и почти сразу на маленькую дверь в стене и наткнулся. Открыл он ее, а там темнота и холод. Посветил зажигалкой, видит лестница вниз круговая уходит. Постоял, посомневался, а потом решил, будь что будет, и на лестницу ступил, а как ступил, так поскользнулся, упал и кубарем вниз. Вокруг темень, не видать ничего, а он падает, и то сказать, не падает, а словно летит, и вдруг бух! Сидит посреди сугроба недалеко от базы – Иван Иванович зашелся долгим старческим кашлем.
– И что, никто больше не посещал эту пещеру? – спросил я, подождав, когда у старика пройдет приступ кашля.
– Кто же его знает, много смельчаков пыталось ее отыскать, но почти все вернулись ни
с чем, а другие и вовсе сгинули. Народ до сих пор в этих местах бесследно
исчезает.
– Ух ты! – изумленно воскликнул Дэн, взглянув на часы. – Мужики, времени-то почти час! Пора бы и честь знать.
Поблагодарив старика за гостеприимство и пообещав зайти в гости еще раз, мы вышли из
сторожки. На крыльце Дэн остановил меня, придержав за рукав.
– Знаешь, кого он мне напомнил? – спросил он. – Кого?
– Этакая русская версия Дона Хуана.
– Кого? – переспросил я, но, сообразив, о ком идет речь, рассмеялся. – Возможно.
Вот только рассказчик из него никудышный.
– Согласен, – улыбаясь, ответил Дэн и, чуть подтолкнув меня плечом, побежал
догонять идущих впереди Края и Эйра.
Закончилось падение также неожиданно, как и началось. Сначала яркий свет ударил в глаза, а затем я почувствовал, как подо мной проминается нечто мягкое. Привыкнув к свету, я обнаружил, что сижу посреди кучи снега в небольшой каменной зале, освещенной несколькими десятками настенных светильников. Друзья мои, к моему удивлению, оказались рядом и, судя по выражению их лиц, охренели от происходящего не меньше моего.
– Это ж с какойтакой высоты мы навербнулись? – спросил изумленный Эйр и задрал голову.
Остальная часть нашей команды последовала его примеру и обнаружила над собой каменный свод пещеры.
– Ни хрена себе! – воскликнул Край, первым обретя способность говорить. – Как прикажете эту хрень понимать? Падали мы, значит, падали, а теперь выясняется, что падать нам было неоткуда.
– Чудеса! Не удивлюсь, если сейчас откуда-нибудь выскочит белый кролик, – как бы между прочим заметил Дэн.
И Кролик выскочил. Правда, сначала из сугроба, безбожно матерясь, выскочил Край, а следом за ним, отфыркиваясь и причитая, появился белый кролик: полуметрового роста, упитанный, с гладкой блестящей шерсткой. Одет зайцеобразный был в черный приталенный жилет и высокий классический цилиндр.
– Ах, боже мой, боже! Я совершенно опаздываю, – бормотал Кролик, глядя на извлеченные из жилетного кармана часы.
На нас Ушастик не обратил никакого внимания.
– Ах ты падла! – неожиданно закричал Край и с разбегу наподдал изо всех сил косоглазому под зад ногой.
Кролик взвизгнул, заскользил по обледенелому полу через всю залу и крепко приложился к противоположной стене, но уже в следующую секунду оказался на ногах.
– Ах, боже мой, боже! Я категорически опаздываю, – произнес он как ни в чем не бывало и исчез в небольшом круглом тоннеле, существование которого я только теперь заметил.
– Что ты делаешь, Край? – Воскликнул я, возмущенный таким поведением товарища.
– Этот гад меня за задницу укусил! – Край выпятил на общее обозрение пятую точку, и мы увидели, что его оранжево-синие штаны знатно разодраны на правой ягодице. – Что прикажешь после такого делать, в ножки ему кланяться? И вообще, откуда ты знал, что он появится?
Последний вопрос был адресован Дэну.
– Книжки надо читать, – резонно заметил Дэн, отстегнул сноуборд и стал выбираться из сугроба.
Мы с Эйром последовали его примеру.
– Как думаешь, откуда взялся кролик? – спросил Эйр, когда мы выбрались на свободную площадку.
– А хрен его знает, – ответил я, подумав о том, что, возможно, мы стали свидетелями материализации мысли Дэна.
– Я думаю, мы попали в ту самую пещеру, о которой говорил нам Иван Иванович, – сказал Край, смахивая снег со сноуборда. – Не удивлюсь, если сейчас черти отовсюду полезут.
При мысли о материализующихся чертях я вздрогнул и посмотрел на Дэна. Судя по его встревоженному виду, думал он примерно в том же направлении.
Однако черти не появились.
– Можешь ты помолчать хоть секундочку, Край, – раздраженно сказал Дэн, подходя к галерее, в которой исчез злополучный Кролик. – Больше никаких предположений о том, что может быть в этой пещере. От греха подальше.
– Почему? Постой, ты что… Ты думаешь, что здесь материализуются мысли? – Сообразил Край и округлил глаза.
– Я так не думаю, но прошу быть осторожными и не нести чушь.
Но было поздно.
– Хочу чемодан с миллионом долларов! – Загадал Край, глупо улыбаясь, и зачем-то расставил руки в стороны, видимо ожидая, что чемодан появится прямо в них.
Все замерли. Секунды шли, но ничего не происходило.
– Уф-ф-ф! – Шумно выдохнул Эйр.
Оказалось, от напряжения он какое-то время совсем не дышал.
– Край, еще хоть слово, и я тебя поколочу, – Показав огромный кулак, пообещал Дэн.
В этот момент сугроб позади взорвался, окутав нас снежной пылью. Минуту спустя снег осел, и мы увидели торчащий из сугроба серебристый чемоданчик внушительного размера.
– Ура! – Крикнул Край и кинулся к своему сокровищу. – Миллион баксов!
– Край, не трогай его, – Попытался остановить друга Дэн.
Понятно, что Край ничего и слышать не хотел ни о какой осторожности. Он вытащил чемодан из сугроба и положил на каменный пол.
– Ну всё, парни, теперь мы заживем, – Произнес он, аккуратно стряхивая с чемодана снег.
– Твоя прелесть? – Ухмыльнулся я.
– Вместо того чтобы завидовать, заказал бы себе такой же, – Огрызнулся Край.
– Даже не вздумай, – Предупредил меня Дэн. – Парни, вспомните, что говорил Иван Иванович! Если кто и находил проклятую пещеру, то выбраться из нее не мог. Не удивлюсь, если это происходило из-за таких вот глупых желаний!
– Ключ! Тут нужен ключ, – Произнес Край, дергая закрытые замки чемодана. – Хочу ключ от чемодана!
– Край, твою мать! – Предостерегающе вскрикнул Дэн и двинулся к другу, но тот вскочил с чемоданом в руках и обежал сугроб, разорвав дистанцию.
– Дэн, спокойно, я больше ни слова не скажу, обещаю! – Примирительно заголосил Край. – Мне нужен только ключ.
– Иди сюда, придурок! – Ревел Дэн.
Лицо его раскраснелось, а кулаки были плотно сжаты. В этот момент над сугробом что-то ярко сверкнуло, и, готов поклясться, мы все, как в замедленной съемке, увидели золотой ключик, упавший в сугроб.
– Вот он! – Крикнул Край. – Парни, всё, мир! Я молчу. Помогите только найти ключ.
Мы с Эйром взглянули на Дэна. Тот стоял у сугроба, поигрывая желваками, и смотрел то на нас, то на Края.
– Черт с ним, – Наконец решил Дэн. – Он все равно не успокоится. Не бросать же его здесь.
Мы возражать не стали и рьяно принялись за дело. Желание обладать миллионом долларов пересилило все остальные. Нам понадобилось около пятнадцати минут, чтобы распылить сугроб по полу – ключа нигде не было.
– И что будем делать? – Спросил я, поняв бесполезность поисков, и встал с колен.
– Уходить, – Мрачно произнес Дэн и кивнул на тоннель, в котором скрылся кролик. – Боюсь, нам эти поиски еще аукнутся. Край, ты с нами?
– Я? – Край вскочил и растерянно огляделся.
Бьюсь об заклад, что в тот момент он думал, а не попросить ли второй ключ, но сказал он другое:
– Конечно, с вами! Да я этот чемодан и без ключа открою.
Мы переглянулись, удивившись благоразумию нашего друга – бывает же такое.
– Тогда вперед, скомандовал Дэн.
Мы стояли у входа в полутемный туннель и спорили, как нам по нему спускаться.
– Давайте на бордах, – Предложил Край. – Уклон для пеших прогулок слишком большой, к тому же лед.
– Да нет, лучше пешком, – Возразил Эйр. – Откуда ты знаешь, что ждет за поворотом?
Мы с Дэном молчали, оценивая обстановку: спуск действительно крут для пешей прогулки, но и на бордах катить не менее опасно. Какое из двух зол предпочесть, может решить лишь капитан команды. Я взглянул на Дэна и кивнул, как бы говоря: «Поддержу любое твое решение».
– Идем на бордах, друг за другом, интервал две секунды и без лишних примочек, склон незнакомый, – Дэн был как всегда краток.
– Yes, шеф, – Ответили мы, и, сев на пятую точку опоры, одели сноуборды.
– Эйр ready!
– Край ready!
– Эндрю ready!
– Ну с Богом, парни, – Сказал Дэн и начал отсчет.
– One! Two! Three!
– Go-ууу! – Закричали мы, поддерживая ушедшего первым Края. Следом стартовали я, Эйр и Дэн.
Спускаться по тоннелю оказалось неожиданно легко. Поворот, пройденный нами в начале, оказался единственным. За ним открывалась пологая, уклон не больше тридцати градусов, ледяная труба в два человеческих роста диаметром. Мы быстро набрали крейсерскую скорость. Край, шедший впереди, крепко-накрепко сжимал в руках чемодан.
«Обратно нам не дорога заказана», – Подумал я. – «Что нас ждет внизу?»
В неведении мы оставались недолго. Размытое бледное пятнышко, светящееся впереди, быстро увеличивалось в размере, и вскоре один за другим мы выехали на заснеженную площадку. Картина, открывшаяся нашему взору, потрясала масштабом и нереальностью. Мы стояли в верхней точке склона, в поверхность которого были вмонтированы тысячи и тысячи котлов. Яркое красно-желтое марево висело над склоном. Я вскинул голову и увидел небо – насыщенно-багряное, словно напитанное кровью, с быстро летящими, как при ускоренном просмотре, иссиня-черными облаками.
– Где мы? – Спросил я, зная, что услышу в ответ.
– В той самой пещере, – Ответил мне Дэн. – Но здесь есть небо, и оно совсем не похоже на наше, – Возразил Край.
– Какая, к черту, разница, где мы. Если угодно, давайте назовем это место адский склон, – Вмешался Эйр, – и если с выбором названия покончено, то предлагаю выбираться отсюда как можно быстрее.
– И как мы будем выбираться? – Спросил Край.
– Там, внизу, если верить Иван Ивановичу, – Ответил Эйр, указывая рукой на горизонт склона. – Должна быть дверь в наш мир.
– Согласен, нам нужна дверь, – Произнес я и взглянул на Дэна.
– И даже если ее нет, – Подхватил наш предводитель, – То мы хотим, чтобы внизу склона была дверь, большая открытая дверь в наш мир без всяких ключей.
– Ну что, погнали? – Спросил Эйр.
Дэн ответил не сразу, какое-то время он еще стоял, глядя в бесконечную даль долины, а потом сказал:
– Выбора у нас нет. Только будьте внимательны, идем нос в нос, не останавливаемся и ищем эту треклятую дверь. Старайтесь не терять друг друга из виду. Чем скорей мы отсюда выберемся, тем лучше. Готовы?
– Да!
– One! Two! Three!
– Go-ууу! – Скорей прошептали, чем сказали мы и заскользили вниз к первому ряду котлов.
О проекте
О подписке
Другие проекты