ГЛАВА 7. ВОСПОМИНАНИЕ 1

– Госпожа! Прошу, продержитесь еще немного! – взволнованно кричала женщина, пытаясь достучаться до Идзанами, которая лежала на кровати, едва оставаясь в сознании. Вокруг сновала целая толпа акушерок, постоянно проверяющих пульс роженицы и поминутно меняющих воду и полотенца. Однако Идзанами не замечала снующих людей и практически не слышала их криков. Ее сознание застилала боль. Казалось бы, пора было уже привыкнуть. Она проходила через это столько раз, что и сама сбилась со счета, но все было тщетно. Боль схваток в очередной раз пронзила ее тело так, что она содрогнулась. В голове промелькнула мысль, что было бы проще потерять сознание. Губы ее сами собой растянулись в кривой улыбке от подобной перспективы, когда перед ней уже, наверное, в сотый раз возникло лицо повитухи, кричащей:

– Тужьтесь!

Боль была адской. В какой-то момент женщина просто захотела исчезнуть, лишь бы больше никогда не проходить через это снова. Ей не удалось дальше проследить дорожку мрачных мыслей, так как раздался пронзительный плач ребенка. Идзанами попыталась сосредоточить взгляд на снующих вокруг людях, но у нее ничего не вышло. Все вокруг расплывалось, мир представал перед ее взором одним сплошным мутным пятном. Звенело в ушах.

– Как он?.. – на выдохе прошептала она.

– Поздравляем, госпожа Идзанами, – гордо произнесла повитуха, – у вас родилась чудесная девочка – ну просто ваша копия! – в ее голосе прослеживалась теплота.

При этих словах сознание Идзанами резко прояснилось. Она оторвала голову от подушки, ища глазами ребенка и параллельно корчась от сковавшего тело спазма. Казалось, что боль исходит не только изнутри тела, но также давит на нее со всех сторон извне. Столпившиеся вокруг люди попытались ее успокоить, убеждая расслабиться и дать организму отдохнуть, но она изо всех оставшихся сил начала отталкивать их прочь, крича, чтобы ей сейчас же показали ребенка.

Уже через секунду взволнованная женщина, только что принявшая у нее роды, поднесла маленький сверток матери и отступила на несколько шагов назад, надеясь, что, взглянув на свое дитя, богиня успокоится.

Как только сверток оказался в руках у Идзанами, она больше не двигалась. Женщина просто замерла на месте, глядя на выглядывающее из-под пеленок крошечное личико. Прошла минута, а богиня так и не шевельнулась. Акушерки уже начали опасаться, не потеряла ли их госпожа сознание, как вдруг неожиданно она передала ребенка ближайшей девушке, да так быстро, как будто держала в руках не новорожденного младенца, а горячую картошку, которая ошпарила ей руки. Ошарашенная девушка едва среагировала, чтобы успеть поймать малышку, при этом едва не выронив ее. На несколько секунд воцарилась гробовая тишина, только звуки, издаваемые испуганным младенцем, несколько нарушали ее.

– Г-госпожа? – нервно прошептала девушка, прижимая к груди малышку.

– Ну что еще? – уставшим голосом произнесла Идзанами, по всей видимости потеряв интерес к ребенку.

– Вы… уже придумали ей имя? – пытаясь разрядить обстановку, спросила девушка. Она, как и все присутствующие, не поняла, почему настроение их госпожи так резко переменилось. Задав этот вопрос, служанка надеялась смягчить странную накалившуюся атмосферу. Но своим следующим ответом Идзанами все только усложнила.

– Пускай Идзанаги придумает ей имя, – не глядя на дочь, равнодушно бросила она. – В конце концов это его дитя.

* * *

Идзанаги несказанно обрадовался, услышав новость о начавшихся, хоть и преждевременно, родах. Не так давно Идзанами уже подарила ему чудесную, так похожую на него дочь. Возможно, и в этот раз ребенок родится похожим на одного из родителей. Поэтому, когда дверь отворилась, и в кабинет зашел Гото, Идзанаги с предвкушением спросил:

– Ну что?

– Поздравляю, господин, у вас родилась дочь. И кроме того, она просто копия вашей жены, – с поклоном сообщил радостную новость Гото.

– Скорее принесите ребёнка. Я хочу его увидеть, – радостно сказал Идзанаги.

Гото с поклоном удалился, и через несколько минут на пороге появилась служанка, прижимающая к груди теплый комочек. Она поклонилась, а когда Идзанаги подошел к ней, бережно передала малышку, после чего удалилась из комнаты, оставив отца с дочерью наедине.

Из-под пеленок на Идзанаги уставились два больших любопытных ярко-голубых глаза. Уже сейчас было видно, что девочка действительно очень похожа на свою мать.

– Здравствуй, красавица, – нежно произнес Идзанаги, глядя на дочку, – Добро пожаловать в семью, – наклонившись, он аккуратно поцеловал малышку в лоб.

– Пчхи!

– Будь здорова, – полным любви голосом произнес он.

Через несколько часов к нему пришла Идзанами. На входе в комнату она глубоко поклонилась, и только получив легкий кивок от супруга, позволила себе подойти к ним. Все это время Идзанаги провел с дочкой. А увидев жену, обрадовался и подошел к ней. Взглянув на нее и заметив небольшие круги под глазами, Идзанаги осторожно поцеловал Идзанами в щеку и приобнял за талию, поднеся ребенка так, чтобы они оба его держали.

– Благодарю тебя, – на ухо прошептал он ей. – Спасибо, что подарила жизнь нашей дочери.

– Вы любите ее? – глядя в пол, избегая смотреть на девочку, произнесла Идзанами.

– Конечно.

– Несмотря на то, что она девочка… Я знаю, что в глубине души вы, как и все, надеялись, что это будет сын… К тому же она на вас совсем не похожа, – виновато произнесла Идзанами, не смея взглянуть на супруга.

Он снова поцеловал ее.

– Это не имеет значения. Не важно кто – девочка или мальчик. Главное, что она родилась здоровой, так к тому же похожей на женщину, что является любовью всей моей жизни.

После этих слов Идзанами подняла глаза и обняла мужа. Так они и стояли посреди комнаты, нежно глядя на уснувшую малышку.

* * *

– Отец, матушка! – послышался звонкий голос, доносящийся с порога.

– Тише, – пожурил Идзанаги. – Твоя сестра спит.

– Ура-а-а! – шепотом сквозь прикрытую ладошку засмеялась Аматерасу. – У меня теперь есть младшая сестренка!

Подбежав к родителям, она привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть малышку. Чтобы всем было удобнее рассматривать нового члена семьи, Идзанаги и Идзанами пересекли комнату, чтобы опуститься на кровать и положить дочку на простыни. За это время малышка уже снова проснулась и начала внимательно разглядывать лицо вновь прибывшей.

– Ва-а-а, она такая красивая, – прыгая вокруг нее, сказала Аматерасу.

– Я тоже так считаю, – подперев голову рукой, проговорил Идзанаги.

– А как ее зовут? – не унималась Аматерасу.

– Думаю, ей подойдет имя Цукиёми. Что думаете? – осторожно погладив малышку, сказал Идзанаги.

– Здорово! Очень хорошее имя и так ей подходит! – радостно засмеялась маленькая Богиня Солнца.

– Добро пожаловать в семью, Цукиёми, – произнесла Идзанами.

ГЛАВА 8. ГОЛОС

Из-за нахлынувшего видения Цукиёми разжала пальцы, и рамка с изображением выскользнула из рук. Когда она разбилась об пол, голову пронзила резкая боль, как если бы кто-то воткнул деревянные осколки богине в череп. От этого она покачнулась и, тяжело дыша, упала на колени.

– Осторожнее, – донесся откуда-то насмешливый голос.

Судорожно глотая воздух, Цукиёми начала оглядываться по сторонам.

– Не утруждай себя, ты меня не увидишь, – голос доносился из разбитой рамки.

Цукиёми медленно перевела на нее взгляд, все еще обхватив руками гудящую от боли голову. Изображение исчезло. Теперь перед ней лежал абсолютно пустой лист бумаги.

* * *

Сделав вдох, Цукиёми широко распахнула глаза, вскочив на кровати, и тут же начала трясти головой, пытаясь прогнать остатки ужасного сна. Дыхание было рваным, а в глазах двоилось.

– Вот бы все это было просто дурным сном, – надеялась она. Но то, насколько он был реальным, и то, что она даже ощущала прикосновения родителей, ее пугало.

Глубоко дыша, Цукиёми попыталась встать с кровати и почувствовала сильное головокружение. Едва не потеряв сознание, она шатаясь добрела до ближайшей стены и уперлась в нее руками. Найдя прочную точку опоры, девушка попыталась выровнять свое дыхание, делая глубокие вдохи и выдохи. Медленно. Еще раз… Головокружение не проходило.

– Госпожа Цукиёми, – за дверью раздался короткий стук, и богиня услышала голос Курои. – К вам посетитель.

Цукиёми зажмурилась. Если Курои вопреки ее приказу так и не смогла его спровадить, значит, это кто-то важный.

– Х-хорошо, – запинаясь произнесла Цукиёми.

– Госпожа, у вас все хорошо? – послышался полный тревоги голос девушки.

– Да, все в порядке, передай гостю, что я сейчас приду.

За дверью послышались быстро удаляющиеся шаги. Цукиёми сползла на пол: «Что за бред с ней происходит? Откуда

это видение?». Цукиёми попыталась вспомнить, не испытывала ли она чего-то странного, пока спала, но на ум так ничего и не шло. Это не походило на магию или ментальное воздействие. Тогда что же это? Богиня попыталась собраться.

– Так, спокойно… Сейчас нужно разобраться с делами. Я дала слово Аматерасу, что обо всем позабочусь. – Цукиёми наконец смогла отделиться от стены, взяв себя в руки. Боль отступала. – Вот так. Ничего страшного. Ты сможешь, – она поднялась на ноги, – молодец.

Окончательно придя в порядок, богиня быстренько осмотрела себя и пришла к выводу, что прежде чем идти встречать гостя, нужно привести в надлежащее состояние свой внешний вид. Найдя в шкафу не слишком вычурное пурпурное кимоно с изображениями белых бабочек, она надела его, завязав пояс в простой бант, и поспешила на встречу. В главном зале храма, напротив места хозяйки сидел Райдзин. Расчетливые храмовники догадались подать богу чай, чтобы скрасить его и без того беспокойное ожидание. Однако к напитку гость так и не притронулся. Завидев богиню, которая едва доставала ему до пояса, он встал и поклонился.

– Приветствую, ваше высочество, – учтиво произнес Райдзин.

– По какому же делу вы решили меня побеспокоить? – сразу перешла к сути разговора Цукиёми.

– Ситуация на северо- западе стремительно ухудшается с каждым часом. Боюсь, скоро мы будем не в состоянии сдерживать натиск противника, – прямо заявил Райдзин.

Хотя от Цукиёми не укрылось, что во время доклада он с трудом удерживался, чтобы не отвести от нее взгляд, при этом нервно сжимая и разжимая кулаки. – Понятно. Тогда туда и направимся.

Райдзин опешил, едва не раскрыв рот от удивления, но успев взять себя в руки в последнюю секунду, удивленно уточнил:

– Вы… лично отправитесь в очаг заражения?

– Да, – подтвердила Цукиёми, – мне понадобится некоторое время на сборы. Это не надолго, так что подожди меня возле главных ворот храма, – с этими словами богиня удалилась.

Выйдя на улицу, она приказала служителям храма принести лечебные снадобья, а также созданные и благословленные ею печати против нечисти, а сама пошла набрать святой воды. Взяв все необходимое, она поспешила к воротам, где ее уже ждал Райдзин. Не потрудившись даже взглянуть в его сторону, Цукиёми передала ничего не подозревающему богу импровизированный «багаж», завернутый в ткань, на что Райдзин недоуменно изогнул бровь, но, не задавая лишних вопросов, безропотно принял увесистый куль. Далее он щелкнул пальцами, после чего они вдвоем переместились в северо-з ападную провинцию, где сейчас находился один из крупнейших разломов.

Открыв глаза в новом месте, Цукиёми показалось, что здесь разверзлись врата ада. Везде царил хаос, дома были разрушены, люди кричали. Из-под обломков очередного разрушенного строения высовывалась девушка, обе ноги которой были придавлены рухнувшими обломками. Увидев в небе двух парящих существ, она протянула к ним руки.

– Прошу, помогите! Прошу!.. – в ее голосе отчаяние смешалось с мольбой, а в глазах блеснула надежда.

Цукиёми двинулась, чтобы помочь, как вдруг, неожиданно ее схватил Райдзин и резко дернул вверх. Через секунду на поверхности, над которой они только что парили, образовался разлом, из которого вырвалось огромное чудовище, сомкнув свою пасть ровно в том месте, где они только что находились. Это был огромный, напоминающий волка демон, и если бы не реакция Райдзина, то сейчас они бы уже были растерзаны монстром.

– Принцесса, нам нужно подняться выше! Находиться так близко к земле опасно! – выкрикнул Райдзин, пытаясь оттащить ее назад.

Поняв, что добыча от него ускользнула, монстр взвыл. От этого звука черепица с полуразрушенного здания начала градом сыпаться вниз, а земля задрожала.

Лежащая под обломками девушка, закрывая голову, в отчаянии закричала. Услышав ее, монстр одним резким движением рванул к несчастной и, откинув прочь все мешающие преграды, разинул свою ужасающую пасть с несколькими рядами острых зубов, нависая прямо над ее головой. Из глаз девушки потоком хлынули слезы, и срывающимся голосом она прошептала:

– Почему?..

Пасть монстра сомкнулась.

* * *

– Сейчас же отпусти меня! Я помогу ей! – вырывалась Цукиёми из стальной хватки Райдзина, но силы здесь явно были на его стороне.

– Нет, не поможешь, – он пытался развернуть ее, так чтобы она не видела ни девушку, ни монстра.

– У меня есть святая вода!

– Она не подействует. Ее слишком мало. К тому же, это новые монстры. С такими мы раньше еще не встречались. Они отличаются от тех, с которыми мы привыкли сражаться, – крепко держа ее, прошипел Райдзин.

– Все равно! Дай я его хотя бы прогоню! – срываясь на крик, не унималась Цукиёми.

Она пыталась высвободиться, но разница в силе была слишком большой. Так что со стороны ее попытки сопротивляться выглядели откровенно жалко. Проклиная собственную слабость, она бросила отчаянный взгляд вниз, однако увидела лишь замершее в предсмертной муке перекошенное лицо девушки, через мгновение исчезнувшее в звериной пасти. А ведь совсем недавно она умоляла богиню о помощи. Кажется, мир снова поплыл.

Расправившись с жертвой, монстр скрылся. А от его несчастной жертвы не осталось даже костей. Цукиёми и Райдзин все еще парили в воздухе, однако последний больше не пытался удержать ее и лишь безмолвно завис рядом.

– Простите мою грубость, ваше высочество.

От его слов у Цукиёми вырвался истеричный смешок: «Серьезно? Он это серьезно?! В такой ситуации он просит прощение у НЕЕ?»

– Почему ты не дал мне спасти ее?.. Почему помешал?..

Он отвел взгляд от принцессы. Посмотрел вниз – в это море боли и отчаяния.

– Вы – моя госпожа, моя принцесса Цукиёми но-М икото.

Я не мог подвергнуть вас пустому риску.

– Пустому… – эхом повторила она.

– Не вините себя в произошедшем. Такое сейчас повсюду. Люди гибнут везде, всех невозможно спасти.

– Но мы могли ее спасти, – с нажимом произнесла Цукиёми. Она все еще не сводила взгляд с места, откуда исчезла девушка… Нет, не исчезла… А была съедена.

– Мы бы не справились с той тварью без божественного оружия, – отрицательно мотая головой, произнес Райдзин. – Просто святая вода здесь крайне малоэффективна.

Цукиёми зажмурилась и отвернулась, до боли сжав кулаки.

Райдзин смерил ее обеспокоенным взглядом. Видимо, он уже сотню раз успел пожалеть о том, что вообще привел ее сюда.

Но тем не менее произнес:

– Нам нужно спешить. Необходимо как можно скорее установить барьер по периметру разлома, – твердо произнес он.

«Для меня, не привыкшей видеть трупы и чужие смерти, разумеется, было крайне болезненно видеть столь жестокий конец жизни даже абсолютно незнакомого мне человека. Однако у Райдзина смерть девушки не вызвала практически никаких эмоций. Он смотрит на подобное уже не первый месяц. Так что неудивительно, что он уже практически перестал эмоционально реагировать на смерти случайных людей», – подумала Цукиёми, после чего все же поспешила вслед за Райдзином.

* * *

Над разверзшимся разломом завис Бишамон – Бог Вой ны (один из семи Богов Удачи). Он парил достаточно высоко, чтобы без конца выбирающиеся наружу твари его не почувствовали, при этом позволяя Богу Войн ы спокойно наблюдать за собой. Заметив Райдзина, он выкрикнул:

– Уходи отсюда! Мало тебе разрушенного орудия, так еще и с жизнью решил распрощаться?

Проигнорировав его вопрос, Райдзин спокойно сказал:

– Мы здесь, чтобы установить барьер.

Только сейчас заметив Цукиёми, Бишамон скептически поднял бровь, чем сильно обидел богиню и, едва не закатив глаза, отрезал:

– По-вашему, мы не додумались установить барьер сами? Этим тварям конца и края нет. Они уничтожают все, к чему прикасаются, и барьеры против них не работают. Чертовы монстры просто сносят их, как будто те – не более, чем дымовая завеса. Здесь слишком много скверны! – было не понятно, кого из них двоих отчитывает Бишамон. Да, ИМЕННО ОТЧИТЫВАЕТ. Вроде бы он обращался к Цукиёми.

«Да как он смеет меня отчитывать?!» – подумала она.

Но при этом Бишамон старался как будто специально избегать смотреть на нее.

«…Как смеет меня игнорировать?!» – возмутилась девушка.

– Тем не менее, – не отступал Райдзин, – сейчас с нами одна из Трех Высших Богов. Стоит попытаться.

– И что она может? – «невинно» поинтересовался Бишамон.

От подобной дерзости Цукиёми едва не начала скрежетать зубами, меча взглядом молнии. Впившись ногтями в ладони, она с невиннейшей улыбкой и всем спокойствием, на которое сейчас была способна, произнесла:

– Я понимаю, что вы, возможно, сомневаетесь в моих способностях, но спешу вас разочаровать, я непременно справлюсь.

– Посмотрим, – все, что сказал Бишамон, прежде чем отвернулся.