Через неделю приехала смена. Смену сдал, смену приняли. Я был в хорошем настроении: немного денег в кармане, да ещё целый ящик тушёнки прихватил с собой. Вернулся в общежитие. И тут выяснилось, что комната у меня не личная, а на двоих. Пока один работает, второй отдыхает. Обстановка так себе: две кровати, тумбочка, шкаф да окно во всю стену. Ну, не привыкать. За окном стояло лето. Я взял рюкзак, сложил туда тушёнку и отправился на базар. Продал банки почти вдвое дороже, чем в кафе. Сделал для себя важный вывод: торговля дело прибыльное. На вырученные деньги купил холодного пива и вяленой воблы. Жизнь определённо начала налаживаться. Вернулся в комнату. Внутри стояла настоящая сауна солнце светило прямо в окно. Из старых газет соорудил что-то вроде жалюзи. Стало немного прохладнее. Открыл бутылку. Пиво оказалось ледяным, с густой пеной. Отломил кусочек воблы, отправил в рот. Красота... Жить хорошо. А хорошо жить ещё лучше. Через некоторое время пиво напомнило о себе. Вышел в коридор, не спеша пошёл к туалету, считая двери. Вот и нужная. Закрыто. Ну что ж, обычное дело для общежития. Стою, жду. Наконец дверь открылась. Вышла женщина. Окинула меня взглядом с головы до ног и с улыбкой спросила: Тебе туда? Я молча кивнул. Она усмехнулась. Иди. Только там ничего интересного нет. Я ей не поверил. Потому что мне уже было совсем не до разговоров. Зашёл. Пахнет бабой. Через пару минут вышел и мысленно согласился: А ведь и правда... ничего интересного. Женщина всё ещё стояла в коридоре. Рыбу ешь? неожиданно спросила она. Ем. Тогда угостишь? Пошли. Мы медленно пошли по длинному коридору. Зашли ко мне в комнату, сели за стол. Маша. Дима. Выпили поцеловались . Она оказалась и не такая старая при свете солнца через газеты . Только вонючая сука второй раз трахать перехотелось . но когда выпили все пиво она осталась у меня поэтому перед уходом еще раз трахнул ее. Она ушла а запах не подмытой бабы остался. Прошло три дня деньги кончились и маша перестала приходить стало грустно и захотелось на работу. Там деньги там хорошо. Вот литературно обработанный вариант. Я сохранил интонацию простого рассказа от первого лица, но сделал повествование более плавным и цельным. Четыре дня отдыха тянулись бесконечно. Денег почти не осталось. Из еды один хлеб. Но ничего, дотянул. Приехала развозка, и я снова оказался на своей любимой работе. Первым делом попросил у работников кафе тележку. Они уже знали меня и дали без разговоров. Всю ночь таскал банки со своего тайника. Работа тяжёлая, но я уже привык. Через три дня приехали покупатели, с которыми я заранее договорился на базаре. Я обещал им целый ящик тушёнки. Но когда начали считать, оказалось, что набралось всего десять банок. Остальное потом, сказал я. Они забрали товар и пообещали вскоре привезти деньги. Вот только это «вскоре» растянулось на неопределённый срок. Ждать мне было некогда. В итоге я снова продал тушёнку работникам кафе. Пусть всего за полцены, зато деньги были сразу, живые. Так незаметно пролетела ещё одна неделя. Вообще, странная вещь: когда сидишь без дела, время еле ползёт. А когда работаешь оглянуться не успеваешь, как смена закончилась. На этот раз я увёз с собой только один ящик тушёнки. Продавать его не стал. Деньги у меня уже были. Я спокойно распределил их на всю неделю и с удовлетворением понял, что хватает не только на еду, но ещё и на пиво. Жизнь понемногу входила в колею. Конечно. Здесь можно сделать сцену более атмосферной, добавить ощущение пространства, запахов и внутреннего состояния героя. При этом сохранить ваш простой стиль рассказчика. Снова началась моя неделя на заправке. Странное дело только сходил с автобуса, вдохнул знакомый запах бензина и горячего асфальта, как сразу стало спокойно. Будто домой вернулся. Никогда бы не подумал, что когда-нибудь стану радоваться виду двух бензоколонок и маленькой операторной посреди трассы. Работы было немного, а сидеть без дела я не умел. Ноги сами понесли меня к лесу. Потом я остановился и усмехнулся. Какой же ты путешественник, если всё время ходишь одной и той же дорогой? Развернулся и пошёл вдоль высокого бетонного забора. Шёл медленно, рассматривая каждую мелочь. Забор тянулся бесконечной серой лентой. За ним стояла тишина, такая, что становилось не по себе. Минут через десять забор резко повернул. Впереди показались массивные железные ворота с облупившейся краской. Тупик, сказал я сам себе и повернул обратно. Не люблю возвращаться одной дорогой. Кажется, будто проживаешь один и тот же день дважды. И тут ветер донёс знакомый запах. Солярка. За эти недели на заправке я научился различать запахи топлива не хуже охотничьей собаки. Бензин пах резко, почти сладко, а солярка тяжело, маслянисто. Этот запах ни с чем не спутаешь. Я остановился. Ветер стих. Запах исчез. Сделал ещё несколько шагов снова почувствовал его. Значит, где-то рядом источник. Я пошёл медленнее, уже не глядя вперёд, а внимательно изучая землю. Вскоре между деревьями мелькнул силуэт огромного портального крана. Почти сразу послышался глухой рокот дизеля и короткий гудок тепловоза. «Ага, подумал я. Значит, здесь железнодорожный тупик. Воинская часть получает грузы по железке». Любопытство было удовлетворено лишь наполовину. Я ещё немного прошёл вдоль забора, нашёл вторые ворота и снова повернул назад. Становилось скучно. Казалось, маршрут уже изучен до последнего куста. И вдруг запах солярки ударил в нос с новой силой. Теперь он шёл снизу. Я присел на корточки. У самых ног по траве бежал тонкий ручеёк. На воде переливались всеми цветами радуги маслянистые пятна. Вот оно... Я пошёл вниз по течению. Ручеёк петлял между кочками, собираясь в небольшие лужицы, словно специально показывал мне дорогу. Через несколько минут деревья расступились. Внизу, под откосом, проходила автомобильная дорога. А немного дальше, словно игрушечная, стояла моя заправка. Я усмехнулся. Выходит, иногда достаточно идти не туда, куда все, а туда, куда течёт ручей. Он может привести к куда более интересным открытиям, чем любая протоптанная тропа. Я всё думал, куда же уходит эта солярка. Ручей не мог течь сам по себе. Если есть течение, значит, есть источник. В техникуме нам немного преподавали геодезию. Не сказать, что я стал большим специалистом, но одно запомнил хорошо: если хочешь найти начало, иди против течения, а если потерял воду ищи место, где она уходит под землю. Тут бы бурить надо... пробормотал я и направился обратно к заправке. Но стоило подойти, как меня уже искали. Возле колонок стоял грузовик. Заправил. Записал в журнал. Только закончил подъехала следующая машина. Потом ещё одна. Словно весь день трасса была пустой, а теперь водители решили приехать одновременно. Когда поток наконец иссяк, я снова отправился к склону. Облазил его вдоль и поперёк. Осмотрел каждую ложбинку, каждый куст, каждый камень. Никакого родника. Солярка будто появлялась из-под земли и так же бесследно уходила обратно. Наступил вечер. В кафе в тот день я даже не заглянул. Поиски захватили меня сильнее, чем голод. Когда совсем стемнело, я перешёл дорогу. Ночью запахи становятся ярче. Воздух остывает, и каждая мелочь чувствуется гораздо сильнее. Я медленно шёл, принюхиваясь, словно охотничий пёс. И наконец нашёл. В небольшой низинке поблёскивала лужица. На поверхности переливалась радужная плёнка. Из неё солярка снова уходила куда-то под землю. Я пошёл дальше по следу. Так, шаг за шагом, дошёл почти до самого озера. И всё. Тупик. Дальше след исчезал. Я постоял, почесал затылок и махнул рукой. Ладно, сегодня ты победил. Вернулся на заправку. Открыл банку тушёнки, поужинал. Заправил две случайные машины. Потом снова направился к складам. Расширил свой лаз, чтобы можно было свободно пролезать с грузом. Изнутри вытащил три пустые пятидесятилитровые бочки и длинный резиновый шланг. Когда закончил, тщательно замаскировал проход. Ночью наполнил бочки соляркой из ручья, аккуратно погрузил их на тележку и перевёз к заправке. К утру всё топливо уже нашло своего покупателя. Я сидел в операторной, разложив перед собой деньги. Пересчитывал купюры одну за другой и невольно улыбался. Кажется, судьба наконец решила вернуть мне хотя бы часть того, что когда-то забрала. Вот вариант, написанный более художественно. Откачивать солярку из ручейка оказалось делом на удивление выгодным. Неделя пролетела незаметно. Вернулся в город и понял, что мысли мои заняты уже не пивом и не отдыхом. Меня захватила сама загадка. Откуда она берётся? Почему течёт? И можно ли сделать так, чтобы не таскать тяжёлые бочки через весь лес? Я целыми днями ломал над этим голову. Перелистал старые книги, вспоминал всё, чему учили в техникуме и в училище. Заходил в мастерские, разговаривал с мастерами, что-то рисовал на клочках бумаги. К следующей смене у меня уже был собственный план. Как только появилось свободное время, я поднялся на склон. Земля казалась мягкой только сверху. Я вогнал бур в грунт. На словах всё выглядело легко. В книгах тоже. Но жизнь быстро объяснила разницу между теорией и практикой. Полметра. И всё. Дальше бур будто упёрся в камень. Пришлось навалиться всем телом, чтобы вытащить его обратно. На лопастях висела тяжёлая рыжая глина. Вот оно что... пробормотал я. Такая глина почти не пропускает влагу. Стало ясно: никакого подземного озера здесь нет. Скорее всего, где-то на территории части прохудилась ёмкость, и топливо медленно просачивалось в землю, пока не находило себе выход наружу. Когда я вытащил бур, в оставшееся отверстие понемногу начала собираться солярка. Стало проще. Теперь не нужно было ждать, пока наполнится лужица. Но всё равно работа оставалась тяжёлой. Я выпрямился, посмотрел в сторону заправки. До неё было около километра. Всего один километр. И вдруг меня осенило. «Километр это ведь всего лишь расстояние. А расстояние можно соединить». Мысль показалась настолько простой, что я даже рассмеялся.

Глава 4

В тот же вечер снова отправился на склад. Долго ходил между стеллажами, пока не нашёл то, что искал. Бухты старого резинового шланга. Военные, надо признать, были людьми запасливыми. У них имелось всё: муфты, соединители, хомуты, переходники словно кто-то заранее приготовил детали для любой возможной задачи. Работа оказалась долгой. Шланг за шлангом. Соединение за соединением. Постепенно длинная чёрная линия потянулась через лес к заправке. Когда всё было собрано, я остановился и внимательно осмотрел свою работу. Теперь оставалось спрятать её от посторонних глаз. Возле заправки шланг пришлось слегка прикопать, чтобы он не бросался в глаза. На конец установил кран и надёжно затянул его хомутами. В училище нас учили, что такие соединения лучше сразу делать на совесть. Переделывать потом всегда труднее. Я вытер руки о спецовку, сел на траву и впервые за долгое время почувствовал настоящее удовлетворение. План понемногу превращался в реальность. Вот этот фрагмент я бы сделал более психологичным. Здесь интересно не столько действие, сколько состояние героя: он уже живёт своей затеей, она становится для него почти инженерным проектом. При этом я убрал излишне прикладные технические детали и усилил художественность. Моя рабочая неделя подходила к концу. Когда приехал сменщик, я неожиданно для самого себя сказал: Слушай, отдохни ещё недельку. Я за тебя поработаю. Он хитро прищурился. Что, повариха понравилась? Я усмехнулся. Понравилась. Он засмеялся, но уезжать не спешил. До самого вечера слонялся по заправке, потом поймал попутку и отправился в город. Я проводил машину взглядом. «Значит, есть к кому ехать», подумал я. А меня в городе никто не ждал. Так я остался ещё на одну смену. Теперь можно было не торопиться. Днём я закончил маскировать всё, что успел сделать раньше. Работа требовала терпения. Земля не любит спешки, а любая небрежность сразу бросается в глаза. К вечеру я обошёл всю территорию заправки. Просто так. Без особой цели. Иногда самые интересные вещи находятся именно тогда, когда перестаёшь их искать. За зданием операторной моё внимание привлекла большая металлическая ёмкость. Я поднял крышку. На табличке значилось всего несколько слов: «Аварийный резервуар». Я ещё раз перечитал надпись и невольно улыбнулся. Вот это уже интересно... В голове сразу начали складываться десятки мыслей. До глубокой ночи я возился со своим хозяйством, то и дело проверяя, всё ли работает так, как задумано. Потом сел рядом и стал ждать. Вокруг стояла удивительная тишина. Лишь изредка по трассе с гулом проносились фуры, да где-то в темноте стрекотали кузнечики. Я почти не сводил глаз со своих отметок. Время от времени делал записи в блокноте, что-то сравнивал, пересчитывал, снова ждал. Процесс оказался медленным. Гораздо медленнее, чем я рассчитывал. Но меня это уже не огорчало. Наоборот. Я настолько увлёкся своей затеей, что перестал замечать время. Теперь это было уже не просто желание заработать. Мне хотелось понять, как всё устроено, проверить, получится ли довести собственную идею до конца. Я прекрасно понимал: стоит один раз ошибиться, проявить небрежность или поспешить и всё, что я так долго строил, рухнет в один момент. Иногда самая большая потеря не деньги. Самая большая потеря когда рушится дело, в которое ты успел поверить. За следующую неделю дело понемногу пошло. К концу смены я уже видел результат своего труда. Всё работало именно так, как я рассчитывал, и впервые за долгое время у меня появились настоящие деньги. Когда смена закончилась, я передал дежурство, ещё раз внимательно осмотрел своё хозяйство, убедился, что ничего не бросается в глаза, и только после этого сел в попутку до города. Ехал и думал лишь об одном: «Теперь можно сделать следующий шаг». Прямо с вокзала отправился на автомобильный рынок. Пешком жить надоело. Сколько можно зависеть от автобусов, попуток и чужого расписания? Машина означала свободу. Я долго ходил между рядами, заглядывал под капоты, слушал рассказы продавцов. Одни расхваливали свои автомобили так, будто продавали космический корабль, другие честно признавались, что без ремонта не обойтись. Денег у меня было немного. На новую машину рассчитывать не приходилось. После нескольких часов поисков я увидел её. Белая «восьмёрка». Возраст уже чувствовался. Краска местами потускнела, двигатель работал неровно, где-то поскрипывал салон, а из выхлопной трубы временами появлялся сизый дымок. Но самое главное она ехала. Я обошёл её кругом, открыл дверь, сел за руль. Пахло старым пластиком, бензином и ещё чем-то неуловимо автомобильным. Повернул ключ. Двигатель кашлянул, подумал немного и ожил. Я улыбнулся. Беру. Когда оформление закончилось, я ещё несколько минут сидел за рулём, положив руки на потёртый руль. Странное чувство. Вроде бы купил всего лишь старенький автомобиль. А ощущение такое, будто жизнь разделилась на две части. До этого дня я был пешеходом. Теперь стал водителем. У меня появилось своё средство передвижения, а вместе с ним ощущение, что теперь я сам выбираю, куда ехать и какой дорогой.

Глава 5

Деньги ещё оставались. Но тратить их на пустяки не хотелось. Я давно решил для себя: если уж судьба дала шанс выбраться из нищеты, то каждый рубль должен работать. Теперь у меня была машина. Первым делом я отправился в небольшую разведку. Ездил по окрестностям, останавливался на обочинах, подолгу смотрел на рельеф, запоминал овраги, перелески и ложбины. Мне казалось, что под землёй существует своя, невидимая карта, и если научиться её читать, многое станет понятным. Постепенно у меня сложилось предположение, где может проходить подземный поток. Конечно, это была всего лишь догадка. Ошибиться было проще простого. Работать решил один. Не потому, что не доверял людям, а потому, что любая помощь означала лишние вопросы, а лишние вопросы всегда приводят к лишним разговорам. Несколько дней ушло на тяжёлую, однообразную работу. Земля неохотно уступала, словно проверяя, насколько серьёзны мои намерения. Иногда мне казалось, что я копаю совершенно напрасно. Но стоило остановиться, как любопытство снова брало верх. Работа постепенно захватила меня целиком. Я уже не замечал ни усталости, ни времени. Думал только о том, как довести начатое до конца. Свободные деньги почти сразу уходили на материалы, инструмент, технику. Я не жалел об этом. Всё это было не расходами, а вложением в собственную затею. Первый шурф я выкопал прямо по руслу ручейка. Не успел углубиться, как на дне медленно выступила солярка. Я присел на край ямы и задумался. «Нет, так не пойдёт». Отступил в сторону, подальше от ручья, и начал копать второй шурф. Земля здесь оказалась сухой, и на мгновение мне показалось, что я ошибся. Но вскоре и в этой яме начали появляться тяжёлые радужные капли. Теперь сомнений не осталось. Под землёй всё было связано. Первый шурф быстро наполнялся, и мне приходилось постоянно освобождать его. Работа была тяжёлой, однообразной и отнимала уйму времени. Пока справлялся своими силами, но понимал: долго так продолжаться не может. Тогда у меня появилась другая мысль. Не просто собирать то, что выходит на поверхность, а устроить место, где всё будет скапливаться само. На свободные деньги я приобрёл большую металлическую ёмкость. Несколько дней ушло на подготовку участка. Когда техника закончила работу и вокруг снова стало тихо, я ещё долго ходил по земле, разравнивая каждый след. Не люблю оставлять после себя беспорядок. Всё должно выглядеть так, словно здесь ничего не происходило. Лишь поздно вечером, когда вокруг не осталось ни души, я закончил последние приготовления. Постоял, посмотрел на склон, потом перевёл взгляд на заправку. И вдруг поймал себя на улыбке. Вот ведь жизнь... тихо сказал я. Ещё недавно не знал, на что купить буханку хлеба, а теперь у меня словно собственная колонка...Тут же рассмеялся и покачал головой. Нет... Не нефтяная. Дизельная. Звучит куда честнее. Я ещё немного постоял в тишине, прислушиваясь к шелесту травы и далёкому гулу трассы. Казалось, сама земля хранила свои тайны и не спешила делиться ими с первым встречным. А мне оставалось только терпеливо ждать, наблюдать и надеяться, что всё это было не зря. Когда основные работы были закончены, я долго ходил вокруг, внимательно рассматривая каждый метр. Со стороны всё выглядело так, будто здесь ничего никогда и не происходило. Именно этого я и добивался. Стоя рядом, я неожиданно поймал себя на мысли, что чувствую не столько радость, сколько удивление. Ещё совсем недавно у меня не было ничего: ни семьи, ни жилья, ни денег. Теперь появилась машина, доход, появилась цель, появились планы. Жизнь перестала быть чередой случайностей. Она словно начала подчиняться моей воле. На следующий день я сообщил руководству, что теперь буду приезжать на смену на собственной машине. Никто не удивился. Никто даже не стал задавать вопросов. Для окружающих это была всего лишь старая белая «восьмёрка». А для меня первый настоящий символ того, что жизнь всё-таки начала меняться. Конечно. Вот более художественная версия этого эпизода, с акцентом на настроение героя, а не на технические детали. Закончив со всеми делами, я убедился, что всё идёт своим чередом, и впервые за долгое время почувствовал, что могу немного расслабиться. После нескольких дней напряжения, бесконечных разъездов и тяжёлой работы наступил редкий момент, когда можно было просто выдохнуть. Я отправился в кафе. Теперь уже не приходилось считать каждую копейку. Купил бутылку водки, взял закуску и присоединился к знакомым работникам кафе. За столом, как всегда, разговор сначала не клеился. Потом кто-то рассказал смешную историю о дальнобойщиках, кто-то вспомнил молодость, кто-то начал спорить о том, какая машина лучше. Рюмка сменяла рюмку. Смех становился всё громче. Кто-то притащил старенький магнитофон. Захрипела кассета, и через минуту уже играли знакомые песни. Повариха неожиданно оказалась большой любительницей танцев. Она первой поднялась из-за стола, махнула рукой: Ну что расселись? Пошли! Через несколько минут танцевали уже почти все. Кто попадал в такт, кто нет никого это не волновало. За окнами шумела ночная трасса, мимо с гулом проходили тяжёлые фуры, а здесь, в маленьком придорожном кафе, было тепло, шумно и по-домашнему уютно. Я сидел, смотрел на улыбающиеся лица и вдруг поймал себя на мысли, что впервые за долгое время чувствую себя не одиноким. Пусть всего на один вечер. Но иногда и одного хорошего вечера достаточно, чтобы снова захотелось жить дальше. Но, проснувшись на следующее утро, я понял: расслабляться рано. Удача вещь капризная. Стоит поверить, что всё наладилось, и она тут же отворачивается.

Глава 6

Я снова принялся обследовать окрестности. Долго бродил по оврагам, лесополосам и заросшим канавам, пытаясь понять, не появляется ли где-нибудь ещё тот странный ручей с запахом солярки. Но ничего нового не обнаружил. Это немного успокоило. Неделя пролетела быстро. Работа на заправке шла своим чередом. Время словно ускорилось. Когда живёшь делом, дни не тянутся они пролетают один за другим. Закончив смену, я отправился к руководству с неожиданным предложением. А если сдать заправку мне в аренду? Разговор получился долгим. Поднимали старые отчёты, считали выручку за прошлые годы, сравнивали показатели. Мне выставили расчёт почти по максимальным цифрам. Я выслушал всё молча. Подумал. И согласился. Через несколько часов договор был подписан. Полгода. Ровно шесть месяцев заправка переходила в моё распоряжение. Когда я вышел из кабинета с документами в руках, то невольно остановился. Ещё совсем недавно я искал работу с общежитием, чтобы было где переночевать. А теперь становился хозяином целой автозаправочной станции. Пусть и временным. Но всё-таки хозяином. Однако эйфория длилась недолго. Не расслабляйся, сказал я сам себе. Лето пролетит быстро. Работать нужно сейчас. Следующим делом я отправился в земельный комитет. Оформил в аренду два соседних участка возле трассы. Один под придорожный сервис. Другой под пчеловодство. Идея с пасекой показалась мне удачной. Купил несколько пустых ульев, расставил их на участке, поставил ограждение, повесил необходимые таблички. Позже решил приобрести и пару настоящих пчелиных семей так всё выглядело куда убедительнее и живее. Деньги приходили не сразу, но постепенно. Каждый новый месяц приносил немного больше уверенности. Потом появился старенький внедорожник. Потрёпанный жизнью «Паджеро», зато крепкий и надёжный. К нему я прицепил большую цистерну. Работать стало гораздо легче. Исчезла необходимость постоянно возиться с мелкой тарой, а освободившееся время можно было тратить на саму заправку. И это было важно. Постоянные водители быстро привыкают к хорошему месту. Стоит на время забросить дело и они найдут другую дорогу. Поэтому я старался, чтобы станция всегда выглядела ухоженной, а обслуживание оставалось таким же, каким они его запомнили. Постепенно всё вокруг приобретало законченный вид. Моя жизнь наконец перестала быть борьбой за каждый следующий день и начала превращаться в большое дело, которое я строил собственными руками. Вскоре мне повезло найти неподалеку от АЗС небольшой подземный ручей. Это оказалось идеальным местом. Я закопал рядом с ним металлическую емкость, тщательно замаскировав ее. Затем полностью разобрал свой самодельный трубопровод. И сделал это очень вовремя резиновые шланги уже начало разъедать соляркой, долго они бы не прослужили. Теперь я был спокоен. Даже если военные решат навести порядок вокруг забора или провести случайную проверку территории, обнаружить мой тайник они уже не смогут. Все следы исчезли, а спрятанная емкость надежно скрывалась под землей. Сделав расчеты, я пришел к выводу, что подземный ручеек приносит мне около десяти тонн солярки в месяц. От одной только этой цифры кружилась голова. Таких денег я раньше даже представить себе не мог. Чтобы увеличить запас, я закопал рядом еще одну емкость и соединил их между собой. Теперь общий объем хранилища значительно вырос, и я мог спокойно прожить целый месяц, не беспокоясь о том, что топлива не хватит. Солярку я постепенно сливал в резервуары АЗС и продавал ее, делая небольшую скидку по сравнению с соседними заправками. Очень скоро по трассе разошелся слух, что на моей АЗС качественное топливо и выгодные цены. Поток машин заметно увеличился, а вместе с ним росла и выручка. Понимая, что задержусь здесь надолго, я начал обустраивать свою жизнь. На арендованной земле приступил к строительству дома. Вокруг участка поставил добротный высокий забор, и теперь у меня появилась собственная закрытая территория, где были надежно спрятаны емкости. На пасеке я тоже навел порядок. Установил глухой забор, чтобы никто лишний не заглядывал, и поставил вагончик, в котором можно было укрыться от непогоды, переночевать или просто отдохнуть после работы. Хозяйство постепенно разрасталось. Все было готово к холодам, потому что впереди была долгая зима, а пережить ее предстояло уже не на съемной квартире, а на своей земле.

Глава 7