славия. Его воображение упивалось ужасными подробностями. Ему было все равно, что погибла сотня других людей. Все крушение было в его глазах лишь актом справедливого возмездия. Денис был единственный человек, обидевший его, посмевший дать ему отпор, – и теперь он мертв. Сладкое утешение!