Первоклассный рассказ. Из тех произведений, про которые даже неловко говорить, что они там отличные, превосходные или еще какие-то в этом роде. И какую десятку ни поставь - все мало будет. И при этом, по иронии судьбы, не самый известный рассказ Чехова. А при чем тут ирония судьбы? Тот, кто рассказ читал, сразу поймет – дело в том, что в нем именно и поднимается (и рассматривается) тема «известности». Почему тот или иной человек становится известным, а другой – нет, почему та или иная профессия способствует известности, а другая – вовсе нет? Можно сказать, что перед нами не рассказ, а философское рассуждение… хотя нет, все же именно рассказ. Проблема здесь скорее образно демонстрируется, чем интеллектуально разбирается.
Главное действующее лицо – инженер Крикунов, который всю жизнь мечтал о славе, а между тем он никому не известен – при том, что он настоящий мастер своего дела и построил по России десятка два преотличнейших мостов. Антипод Крикунова – провинциальная певичка, с которой он сошелся в провинциальном же городе – у ней ни таланта, ни трудолюбия (во всяком случае таково пристрастное мнение Крикунова), но все ее знают, «звезда», можно сказать, и даже «в центрах» о ней слыхали. Вот Крикунов и мучается – как так? Почему строитель мостов никому не известен, а дрыгающая ножками певичка – известна всем? Несправедливо! Вот давайте и подумаем, справедливо это или нет?
Больше всего в рассказе поражает изначальный посыл, а именно, что Крикунов стремился не к чему иному, как к славе в ее чистом виде. Почему поражает? Да потому что тогда способ, который он избрал для достижения славы не может, в свою очередь, не поражать. Крикунов жалуется на то, что законы достижения известности неизвестны и поэтому он и попал впросак, однако, я думаю, что не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться: строитель мостов не является фигурой, пользующейся всеобщим поклонением. Тем более строитель мостов в провинциальных городках. Но даже если взять резонансные мосты – кто-нибудь знает, например, кто строил мост «Русский» во Владивостоке или кто сейчас строит Керченский мост? Я лично не знаю, да и не интересуюсь. Думаю, широкая публика тоже с куда большим азартом будет надрывать глотки по вопросу «наш все-таки Крым или не наш?», а кто там строит Керченский мост, публику мало интересует. Но обидно ли это архитекторам-инженерам? Не знаю. Мне кажется, что при адекватном признании в профессиональной среде они не слишком заморачиваются по тому поводу, что их не узнают на улицах. Но не знаю, не знаю. Думаю, у многих профессионалов высокого класса все же должно вырабатываться такое вот «крикуновское» недоумение типа: почему всякого зачастую второстепенного футболиста или актера знают все, а многих первостепенных математиков, химиков, инженеров, архитекторов знают только очень немногие? Например, только «самые-самые» ученые могут похвастаться, что их, как Эйнштейна, знает каждая собака. Да и то, наверное, не всегда и не каждая.
Тут все же не обойтись без сопоставления самих этих понятий: признание и слава. Понятно, что любая слава подразумевает признание, но вот далеко не любое признание подразумевает славу. Что такое слава: это когда человека знают «все». А что такое признание: это когда человека знают только непосредственно те, кто способен по достоинству оценить его деятельность. Если мы возьмем математика, то его способны понять другие математики (или всерьез интересующиеся математикой), но трудно представить, чтобы его могли понимать очень многие (особенно сегодня). Вместе с тем, какая-то его работа может произвести такой фурор, что имя математика станет общеизвестным. Но ведь эти люди, которые теперь будут его знать, не станут от этого лучше его понимать. Вот, например, все знают Перельмана, но многих ли это приблизило к пониманию того, что он сделал? И какая тогда радость, что тебя знают те, кому до твоего дела нет никакого дела? Я это к тому, что смысл всегда имеет только стремление к признанию. Просто в ряде сфер, например, в индустрии развлечений, это стремление совпадает со стремлением славе, и любой мало-мальски известный в этой индустрии человек как бы автоматически известен почти всем (ну или очень широкой аудитории). Плюс везде еще своя специфика. В кино, например, актеры, как правило, пользуются большей славой, чем режиссеры. И что? Не думаю, чтобы признанные режиссеры комплексовали по этому поводу…
Ну а стремление к славе Крикунова… Крикунов у нас ведь еще и химик, и не какой-нибудь химик-любитель, но «занимаясь на досуге этой наукой, я нашел способы добывания некоторых органических кислот, так что имя мое вы найдете во всех заграничных учебниках химии». Что бы ему тогда посоветовать? Если бы он жил сегодня, можно было бы посоветовать ему взяться за написание научпопа. Вполне возможно, что тогда его имя неплохо прогремело бы. Ну или написал бы книжку: «Как я строил мосты в России и остался никому не известным». Впрочем, за него такую книжку уже написал всем известный Чехов:)
