– Да нет… – Дей подскочило к ящику с инструментами. – Я не с точки зрения закона, а со стороны жизни, какое у меня право есть?

– У тебя? – Бад коротко вскрикнуло. – Ха! Самое, что не на есть правое право.

– Да нет, что я вообще сделало в жизни? – Бад перевело глаза на разобранное устройство на столе, затем обратно на Дей. – Нет. Я имею в виду само. А это Мий, да ты, да…

– Опять отчаиваешься.

– Что? Нет…

– Теперь отнекиваешься. – Бад указало на него.

– Да нет…

– Ты принципиально совсем не соглашаешься?

– Нет я…

– Нет – не со всем? Нет – не соглашаешься? Или целая моя фраза не верна?

– Я… – Дей остановило обмотку. – Что?

– Так, забыли. Давай ещё раз. Смотри… слушай. – Оба принялись опять за работу. – Во время проблем, не важно каких, все поголовно делятся на злящихся и отчаявшихся. Злость может дать азарта, стимула и вести нас, подталкивать для решения проблемы, а может наоборот, быть направленна не к решению, а к источнику проблемы. Мы можем ослепиться ею и потерять изначальную цель. Так же и отчаянье. Можно добиваться цели от безвыходности, если ты раб проблемы. Забыть свою прежнюю жизнь и поглотиться отчаяньем. Убить себя, уничтожить из-за не достижения цели. Не ради (так как это агрессия), а из-за. Или от отчаянья можно сложить руки, подавившись, смирившись. Таким образом, или спивались раньше, или насилие устраивали над детьми. По сути, все пути неверны и нет выхода из проблемы. Тем более если она в таких страстях обрушивается. Но то, как ты её встретишь… От этого и зависит твой метод воспитания ребёнка. – Бад дошло до конца резьбы и ещё раз всё хорошенько промяло. – Так и какое ты? – Дей взглянуло на него, но не оторвалось от работы. – Я думаю, ты смиряешься. Но не так… не просто… – Бад заглядывало в опустившееся лицо Дей, а то ждало, во что это рассуждение выльется. – Ты против своей воли смиряешься, хотя и само себя загнало в смирение. – Дей и радо возразить, но не чему. – Я же помню эту ярость в твоих глазах. Как ты любило решать проблемы, даже в самых безвыходных ситуациях, но сейчас как будто ты уходишь куда-то. – Дей ускорилось, обмотало и сцепило проводники. – Не отнекивайся опять. И ладно если это пугающий посторонний мир, хрен бы с ним. Ты уходишь от близкого тебе мира. – Дей схватило отвёртку и полезло ею в щель. – Ты закрываешься от мира друзей, семьи, всех кто тебя любит. – Оно судорожно вращало, но зацепить никак не удавалось. – Мы же семья тебе. – Бад замедлялось, понимая, что Дей полностью согласно с произнесённым. – Будто бы ты не знаешь, как выбраться из всего этого. Хочешь, но не можешь. Причём хочешь, чтобы тебя вытягивали, но не поддаёшься. – Дей хлопнуло отвёрткой по столу и попробовало подцепить ножом. – Это как в детстве я себя так подначивало. – Бад находило даже забавным такой способ общения, говорить можно что угодно, и тебе не перечат. – Если нужно у кого-то что-то спросить, а боишься или стесняешься, то представь, что ты не одно. Если бы ты с другом или с несколькими друзьями спрашивало или что-то делало, то ощущало бы в себе смелость. Во-первых, в том, что ты перед друзьями и нельзя опозориться, во-вторых, то что вас больше и толпа сильнее. Тебе сколько циклов, а ты всё как ребёнок!

– Старики к этому циклами приходят. – Дей бросило нож и полезло в карман, загребло всё, что там нащупало и вывалило рядом с собой на стол.

– Ух ты! – Нарочито отпрянуло Бад. – А потом что? Сидят и молчат. Ни едят, ни спят, ни ходят. Ничего не хотят. У тебя хоть одно знакомое до порога дошло? Вот и у меня нет. Если хочешь этого тогда сядь и сиди. Не показывайся, не маячь. Что ты делаешь, зачем дышишь? – Дей отодвинуло свёрнутую бумажку, монету, ключи и раскрутило скрепку. – Но ты ведь не останавливаешься. Ты вот, опять что-то делаешь. А если делаешь, значит, хочешь ещё жить. А если хочешь – так живи! – Скрепка отлично подошла. – Только не чуть-чуть, а нормально живи! – Бад, отставив тубу, обошло Дей и схватило за плечи. – Полной грудью живи! – Оно потрясло сосредоточенное тело и попыталось выпрямить ему согбенную спину. – Как раньше, как при Мий. Думаешь, оно хотело бы, чтобы…

– То, что оно бы хотело… – Прорвалось сильно из скрюченного существа. – Мы не можем знать! – Бад остановило его мять. – Оно было выше, сильнее и понимало больше нас всех вместе взятых. – Громкий звук вибрацией отдавал в спину. – Поэтому и тянуло нас туда! Куда-то… к себе! Но мы можем сделать то, что точно знаем, чего оно хотело.

Дей вновь закрутило пальцами вокруг изобретения. Оно развернуло листочек и по указанным цифрам загибало необходимые провода. Бад встало сбоку, осмотрело его и схватило монету со стола. Дей дёрнулось, но не успело перехватить, оно бросило собираемый аппарат и вскочило.

– Что такое? – Бад оттянуло монету вверх, вынуждая Дей нападать.

– Брось. – Дей вздумало схватить его за руку, но лишь протянуло раскрытую ладонь.

– Зачем тебе тогда эта монета? – Бад стало переворачивать кругляшок, осматривая его со всех сторон.

– Отдай. – Дей отступило. – Ты само знаешь.

– Да, я помню. Ты купило два жетона, на обратную дорогу на пневмотрубу, для вас обоих. Почему же ты не можешь использовать эту монету теперь?

– Эта для него предназначена.

– Так как же? Ты же говоришь: «мы не можем знать», получается, признаёшь случившееся. – Дей подняло глаза, соглашаясь, но требуя вернуть монету. – Или нет? Почему не купить другую, когда оно вернётся?

– Эта для неё. – Дей попыталось перехватить. – Оно её ещё не использовало.

– Разве важна именно эта монета? – Бад отпрянуло боком, прижимаясь к мебели. – Разве суть твоего загона не в памяти, которую несёт в себе этот сплюснутый кусок металла? – Бад обернулось спиной и протиснулось к крану. – Да… И за монету ты держишься, чтобы не забыть эту память, получается. Тогда может проблема в том, что ты боишься чего-то забыть? – Дей замерло среди кухни. – Одно хорошее существо как-то сказало: Если боитесь чего-то потерять, потеряйте и больше не бойтесь. – Бад развернулось и раскрыло монету в кисти. – Может, будь это действительно важно, ты бы не боялось забыть и… – Резким движением Дей вырвало монету, сложило в карман и село вновь за собираемый аппарат. – Вот эта реакция! Я и забыло какое ты быстрое, ты точно не из племенных? И супер сила включается когда… только тогда, когда тебе это нужно? – Дей скрутило провода и стало пересчитывать их по листочку. – Ладно, допустим тебе важна именно эта монета. Она же тебе важна, да? Ну скажи, важна? Именно та монета, которую нельзя заменить другой, важна? – Дей бросило короткий взгляд. – Точно важна, подумай хорошенько? – Дей присоединило проводник к индуктору и закрепило изолентой ручку. – Получается, вот эта монета тебе не важна? – Бад раскрыло вторую ладонь, на которой лежал жетон. Дей подскочило к жетону, но Бад опять его оттянуло. – Твою монету можно поменять на какую угодно, ничего не изменится.

– Отдай! – Дей зацепилось за его руку и они нелепо затолкались.

– Что отдать? – Они повалились на диван. – Не нужную тебе монету?

– Пусти! – Дей вскарабкалось на него.

– Да не она это! – Бад оттолкнуло его. – Успокойся. Твоя у тебя. – Дей полезло в карман, достало монету и стало её рассматривать. – Ты даже не знаешь, как она выглядит. – Бад оправилось. – На, сравнишь! – Оно кинуло в Дей и вторую монету. – Цикл производства хотя бы выучи.

Они отдышались и пришли в себя после потасовки.

– Да… – Бад глубоко вздохнуло. – Где ты?.. – Дей робко подобралось к столу и вновь стало сверять показатели. – У тебя всё оно. Везде оно. Как при нём, так и после. Остальное не важно. – Бад перешло на резкий серьёзный тон. – Как бы ты не уверяло, что всё, что отошло, всё же… Другое дело, когда ты жило этим. А быть погребённым этим… это не жизнь. Ты не ты из-за своей одержимости.

– Благодаря одержимости я сделало это…

– Хватит! – Рявкнуло Бад. – Успокойся уже и делом займись.

– Я занялось. – Дей откинуло листочек и встало, протягивая аппарат. – Вот! Нужно подгонять энергию разной часто… – Бад устало протёрло лицо. – Я знаю, это её не вернёт. Но это поможет делу и твоему, и моему, и общему. – Бад сложило руки на груди. – Посмотри.

– А если не выйдет, опять уйдёшь? Закроешься, забьёшься, потеряешься? Дай слово, что нет. – Дей не ответило. – Дай мне и главное себе слово, что нет. – Дей хотело сказать «нет», но не могло торопиться. – Я знаю, если дашь – не соврёшь. Это вообще мой прибор, захочу, вырву у тебя его из рук и выкину тебя за порог. Плевать, очередная премия это или что. Слово дай!

– Ладно… да. – Дей поставило себе задачу. – Даю.

– Так не мямли, показывай!

Дей хотело описать принцип работы, но Бад его опять взглядом прервало, указывая ладонью. Дей согласилось, что практика лучше теории. Оно щёлкнуло включатель на приборе и отошло, но ничего не произошло. Дей ждало, Бад не настаивало. Прибор представлял из себя коробку корпуса, измерительную шкалу со сводкой показателей и антенны, обычно ловящие волны источника и считывающие разности силы. Теперь же антенны скрутились в круг и поднялись, а на них уже намоталась проволока изнутри. По щелчку накопителя обычно колеблющаяся на первых делениях измерительная стрелка, сейчас резко легла за десятку. Вода стала засасываться с одной стороны кольца и выходить вихрями через центр. Кольцо покрылось пузырями и провода раскалились. Коробку затрясло, а от дрожащего прибора несло жаром. Бад схватило со стола тубу с копией и отступило, поглядывая на Дей, а то протянуло вилку к кольцу. Ещё на подходе кончики метала стали изгибаться, задрожали в пространстве и прибор зашипел. Бад ухватилось за Дей, но то ещё дальше просунуло вилку, которая извивалась, переплавлялась и выравнивалась одновременно. Понять точно невозможно, кипящая вода с дымом и паром искажали видимость. Разгорячённое кольцо проплавило корпус, треснуло и разошлось по столу, шипя и побулькивая. Дей протянуло ровную, неизменившуюся вилку назад Бад.

– Но она же… – Бад боялось брать, но вилка была такой же холодной.

– Знаю, мне так же показалось.

– Откуда энергия? Чем питалось? – Бад посмотрело вокруг стола, но провода не обнаружило.

– Как и циклометр, лишь волнами. – Дей улыбнулось, ощущая мощь. – Я сожгу стену, мы выберемся наружу. – Успокоилось оно убеждённостью.

– На какую ружу? – Поллу вошло и сморщилось. – Чем это так воняет?

– Наше дорогое Дей сожгло нам стол. – Бад потыкало вилкой остывающую массу.

– Опять? – Поллу поставило рюкзак на диван. – Какую стену вы хотите сжечь в этот раз?

– Мы… – Дей и Бад переглянулись. – Стену купола, я полагаю…

– А на какую ружу, тогда? – Поллу уселось рядом.

– За стену. За купол.

– Это куда? – Поллу чуть притихло, обращаясь к родителю.

– У вас же историю ещё преподают? – Дей село напротив и Бад ему кивнуло. – И… что ты знаешь, о мире, там, за стеной?

– Каком мире? – Не поняло Поллу и Дей удивлённое повернулось на Бад. – Мир замёрз.

– Теперь учат этому… – Бад вскинуло руки.

– А что было на самом деле, ты знаешь? – Поллу слышало разные истории и слухи, но не думало их соединять в своей маленькой голове, доверяя без разбору.

– А кто знает? – Встряло Бад.

– В том то и правда, что мы не можем узнать точно, что было на самом деле. Мы не можем… – Оно взглянуло на переплавленную массу. – Не могли (раньше) пробиться сквозь стену купола, чтобы проверить, замёрз весь остальной мир, как говорят, или нет.

– Почему не можем? – Резко встряло Поллу.

– На это нужна аппаратура, много энергии и непрерывные работы, хотя это могло бы всех спасти. Я раньше долго над этим работало.

– Признайся, ты тратило свои капиталы в некуда. – Хлопнуло его по плечу Бад. – Тем более, учитывая возможности этого. – Оно указало на прибор.

– Мы тратились на веру.

– Рыбка моя, – все поняли, что родитель обратилось к Поллу, – скажи, если ты видишь стену, большую стену, прямо огромную, нельзя её ни обойти, ни перелезть, ни подлезть. Как нам пройти за неё?

– Нужно ломать стену и рубить дырку в ней?

– И вот ты рубишь дырку цикл за циклом, но стена не заканчивается, что делать будешь?

– Я буду рубить дальше, если нужно мне пройти. – Поллу не знало, правильно оно говорит или нет.

– Хорошо, правильно. Ты рубишь дальше, она всё не заканчивается и не заканчивается. – Бад не хотело утыкать Поллу, а ждало, что оно само придёт к нужному решению.

– Нужно учесть ещё тот факт, что стена зарастает обратно, если долго не рубить. – Как бы невзначай себе сказало Дей.

– Да, да. И вот ты рубишь и рубишь, а конца нет. – Бад изобразило недоумение. – Что делать?

– Дальше рубить…

– Ты уже дальше рубило.

– Ещё рубить…

– И ещё ты уже тоже рубило. Прохода всё нет. – Бад переводило лицо между ними.

– Но ведь был же раньше. Куда делся? – Оба взрослых молчали. – Где-то же он есть, где-то же должен быть.

– Вот! Теперь видишь? – Бад указало на Поллу, обращаясь к Дей. – Вот так же и ты выглядишь. Ребёнок, не принимающий реальность. Мечтать хорошо, когда не надо думать, о доме, – Бад поцеловало Поллу в темя, – о том, кто тебя оденет, – Бад поцеловало так же в темя и Дей, – накормит, и где возьмёт деньги на это. – Оно пошло в коридор. – Я собираться. Расскажи, что там было.

– Ты же знаешь, что такое энергия. – Начало Дей рассказ в заинтересованные детские глаза. – А что такое земля, знаешь? – Поллу замотало головой, предвкушая раскрытие тайны. – Земля это… остатки энергии. Мы с тобой это бывшая энергия. Дома и машины – всё это когда-то было энергией. Всё энергия. Долгие миллионы циклов существовал один пузырь этой энергии. Мы не знаем где или в чём, но он точно был и есть. Он громадный. Гигантский. Ты знаешь, когда энергия расходуется остаётся примесь. Она разделяется ещё на многие подразделы, это не важно. Оседает эта примесь коркой вокруг пузыря. И вот, в центре пузыря энергии много и ей некуда расходоваться. – Дей сжало кулак, а другой рукой указывало внутрь и на оболочку. – Снаружи энергия только убывает. Таким образом энергетический пузырь покрылся остывшей энергией – шкурой, землёй. Эта корка и есть наша планета. Мы на поверхности этого пузыря. Кора долгие миллионы циклов разделялась на многие вещества и получилась вода, воздух и всё остальное. Под воздействием энергии процессы очень быстро идут, а без неё всё замирает…

Кора всё утолщалась и крепла, а энергии всё тяжелее и тяжелее было пробираться к поверхности, и она накапливалась внутри. Всё же её ещё там очень много, и энергия должна была рано или поздно вырваться. А пузырь наш ещё и вращается, и центробежная сила вместе с силой Герлиолиза растягивают кору… – Дей поняло, что пошло куда-то не туда, но Поллу слушало так, как будто понимало значение всех слов. – В общем, на полюсах кора тоньше чем на экваторе. Поэтому она и вырвалась однажды на поверхность прямо здесь. К тому времени весь мир вокруг полностью замёрз. Нынешнего ещё Дуона не было. Вся пустошь была лишь сплошной глыбой льда.

Энергия вырвала землю под небольшим углом (так получилась гора) и растопила лёд (так образовался нынешний купол и всё под ним). В то время тут жить было невозможно. Здесь всё было кашей из химических элементов, а вокруг вода просто кипела. Тут не было никакой жизни. Огонь и вода. Пламя и лёд. Давление смешивало всё это и языки плазмы вырывались во все стороны. Лёд вообще весь растопился, а может и вся вода по поверхности планеты выкипела. Со временем это месиво утихло. Кора становилась толще, и пробивающаяся энергия ослабевала. Пар успокоился, сконденсировал, остыл и кристаллизовался, но не везде. К той эпохе кора внутри пузыря разрасталась к центру. Она не росла ровным слоем, а по закону Данлау стремилась к центру ячейками, такими наростами-коростами. Сталактитами или сталагмитами… Неизвестно низ у них там или верх, да и как они образовывались… неважно. Эти ячейки с циклами ломались и так же разносились в стороны. Скорее всего поэтому и ударил второй поток энергии уже перпендикулярно оси вращения. То есть кора может и сама потрескалась, а поток через щель в бок пузыря и ударил. Он был сильнее, и вырвавшаяся энергия растеклась по наружной корке пузыря. Лёд снова стал водой. Удар не был просто одним источником, подобно нашему, а разломал кору в трещины. Энергия сочилась отовсюду. Там то и образовалась наша жизнь. Древние существа расселялись по всему пузырю. Воды с воздухом было немыслимое количество и всем тепло. Мы не знаем точные размеры пузыря и границы бывших наций. Большинство нашей истории кануло в небытие во время большого перехода… К этому сейчас придём.