Глава 10. Темный Орден

В следующую неделю про нас, кажется, все забыли. Ночевали мы в той же комнате, где проснулись в первый день. Правда, Курт заартачился и не захотел спать на тесной кушетке. Договорились спать на ней по очереди. Днем мы бесцельно слонялись по зданиям и школьному двору. Он то наполнялся крикливыми детьми, то затихал, когда детвора уходила на уроки. Ели мы в общей столовой вместе с гостями пансиона. Это была странная публика. Можно было встретить мрака в поношенной одежде и с грязными волосами – он ел быстро, словно голодал несколько дней, – а за соседним столом мог сидеть респектабельный мужчина в сюртуке с иголочки и с печатным листком с новостями, что вешали на досках объявлений в столице и крупных городах Ниневии.

Они приезжали и приходили обычно поздно вечером. Кареты или пешие мраки быстро скрывались вдали подъездной дорожки. Она была длинной, а территория пансиона – огромной. Настолько, что, гуляя, мы с Куртом не могли дойти до выездных ворот. Прямо на территории, вскоре за школьными лужайками начинался лес – с ручьями, полянами и старыми упавшими деревьями. Было непонятно, насколько далеко тянется этот лес и что за ним.

Иногда мы заставали за завтраком преподавателей школы во главе с Криспиной. Время от времени к ним присоединялся Рингольд. Он всегда сидел рядом с мадам Оверон и что-то тихо обсуждал с ней. Женщина склонялась к нему, слегка поворачивала голову и смотрела на него не прямо, а из уголков своих красивых глаз. И хотя Криспина была лет на десять старше пришельца из другого мира, я часто ловила себя на мысли, что они были очень красивой парой.

Между приемами пищи Курт валял дурака, играл в мяч со старшими школьниками, даже пытался приударить за парой местных учениц. Те хихикали и неправдоподобно пугались при его приближении. Мне было скучно от безделья и неуютно среди мраков, которые так открыто, неприлично использовали свои пороки. Я скучала по работе и чувствовала угрызения совести перед месье Гийомом. Как он там без меня справляется в трактире? Наверняка думает, что я, как типичный мрак, сбежала, когда надоело трудиться.

Еще я мучилась от неопределенности. Я не могла понять, как отношусь ко всему случившемуся. Что-то мешало мне до конца поверить в злой замысел члена Директории. Но и отбросить аргументы Криспины я тоже не могла. А если это правда, то мы с Куртом были непрошеными свидетелями, и нам точно нельзя показываться за пределами защищенного пансионата. Поэтому я решила просто ждать и попытаться выяснить еще хоть что-то, а потом уже решить, что делать.

Все свободное время, то есть почти все время, я стала проводить за книгами. Ходила в библиотеку, брала несколько томов и устраивалась с ними в беседке. В самой библиотеке было бы удобнее, но там почти всегда сидел Рингольд. Он бросал на меня короткий взгляд и возвращался к своим книгам. Это было довольно странно – с виду он не был похож на любителя чтения. Загорелый, очень высокий, с широкими плечами и большими руками, он больше походил на головореза или заядлого зачинщика драк. Читал он про Оттона Бешеного, его свержение, изредка – мифы о древних королях.

Сегодня Рингольд вместо обычного не сидел, уткнувшись в очередной старый фолиант, а читал вслух. После первой встречи мы не разговаривали, и я забыла – неужели у него такой мелодичный и красивый голос. Я прошмыгнула к полке, чтобы вернуть прочитанную книгу и взять новую.

– Привет.

Я вздрогнула – не заметила, что у другого конца стеллажа стоял молодой человек с русыми волосами до плеч и мягкой улыбкой.

– Эм, привет, – я смутилась и поспешила поставить книгу на место. Но она никак не хотела помещаться в зазор между другими томами.

– Давай помогу, – парень взял у меня книгу, повернул и прочел название.

– Народное войско встало у рва вокруг королевского замка. Огненными стрелами они сожгли два моста из трех, чтобы Оттон не смог сбежать по ним, – Рингольд не обратил на нас никакого внимания и продолжал читать вслух.

– «Путешествие в Дильмут». Любишь читать про экзотические страны? Могу тебе кое-что посоветовать. Я, к слову, Серж.

– Лита.

Серж поставил мою книгу на полку повыше, взял соседнюю и протянул мне.

– О, спасибо. А про что…

– Воины подступили к главному мосту. И в замке люди хотели остановить тирана. Они опустили мост и… – Рингольд читал старинный текст, не останавливаясь.

Нет, ну что за наглость. Я даже набралась смелости, чтобы попросить его быть потише, обернулась и замерла. Голос рассказывал про свержение последнего короля, но губы Рингольда не двигались, он сосредоточился на книге перед собой.

– Не удивляйся, – прошептал Серж мне в ухо. – Это я сделал. Я могу заставлять книги рассказывать свои истории.

– Ух ты! – я в восторге обернулась. – Это так здорово! Можно читать одну книгу и слушать другую. Так успеешь вдвое больше.

– Не лучшее занятие, – Серж поморщился и покачал головой. – Лучше слушать и делать что-нибудь монотонное, если нужны обе руки, или, например, ночью, когда погасил свет. А вот две книги разом… Ты либо читаешь, либо слушаешь. Одновременно вообще ничего не поймешь. Каша в голове будет.

Он легонько кивнул в сторону Рингольда. Я сжала губы, чтобы сдержать ухмылку. У этого-то точно каша в голове. Серж же легко коснулся уголка книги, которую до этого дал мне, и улыбнулся.

– Вот. Открой, – сказал он почти беззвучно, но в библиотеке стало тише, и я смогла его расслышать.

Я послушалась.

– Страна Аратта издревле полнилась золотом и лазуритом… – послышался со страниц знакомый мелодичный голос. Теперь было понятно, что это голос Сержа. Я закрыла книгу.

– Спасибо.

– Обращайся, – Серж снова улыбнулся. – Это отличная книга про легендарную «Золотую страну».

Я бросила взгляд на скромную серую обложку. Мне вдруг захотелось впечатлить Сержа.

– Тогда и выглядеть она должна соответствующе, – я задумалась над словом «золотая». От моих пальцев потекли желтые разводы, и вскоре обложка окрасилась в цвет благородного металла.

– Эффектно. Так можно и… – но собеседник умолк на полуслове. Он смотрел мне за спину.

Я обернулась. Позади стоял Рингольд, в руках у него был толстый старинный фолиант.

– Закончилась. Теперь эту, – протянул он Сержу новый том.

Парень аккуратно коснулся обложки. Рингольд тут же развернулся и, не сказав больше ни слова, зашагал к столу, за которым сидел. Он раскрыл книгу, и библиотека снова наполнилась звучащей историей.

– Первым царем Ниневии, согласно преданиям, был…

– Пожалуйста, – прошептал Серж и покачал головой.

Я все-таки прыснула.

– Кстати, – громкий хрипловатый голос Рингольда перекрыл все остальные звуки. – Сегодня в восемь ужин у Криспины. Будь там. Ты и этот твой…

Мужчина за столом помахал рукой в воздухе, не поднимая головы.

– Курт? – переспросила я, удивляясь неожиданному приглашению.

Он кивнул и углубился в чтение.

– Мой брат, – поспешила я объяснить Сержу.

Тот улыбнулся.

***

Когда мы встретились, Курт уже получил свое приглашение от Криспины – его передал Персик. Он же вызвался проводить нас до кабинета директора пансиона. Без двух минут восемь Курт постучал в высокие дубовые двери.

– Курт, какой вы пунктуальный, прошу, входите, – мадам Оверон посторонилась и вытянула руку в приглашающем жесте. Тут ее взгляд упал на меня. – Лита, вы тоже решили к нам присоединиться?

– Пусть войдет, – раздался из глубины комнаты голос Рингольда.

Криспина тут же коротко кивнула и отошла от двери.

В кабинете было тепло и сумрачно. Комнату освещали полдюжины канделябров. У зашторенного окна стоял большой рабочий стол, на который присел Рингольд – он разговаривал с кем-то, кто сидел в большом кожаном кресле. В комнате было еще семь или восемь мужчин разного возраста: пара совсем молодых – чуть старше Курта, другие двое – в летах, был даже один дряхлый старик. Все были хорошо одеты: камзолы из плотной и дорогой ткани, литые пуговицы с эмблемами. В углу я заметила Сержа. Мужчины стояли небольшими группами: у стеллажа с книгами, у столика с напитками, – и что-то обсуждали. Когда мы вошли, лишь немногие повернули головы, но только Серж с улыбкой кивнул. Я улыбнулась в ответ – было приятно встретить здесь знакомого.

– А ужина не будет? – протянул Курт, оглядывая комнату.

На звук его голоса из кресла, что стояло к нам спиной, поднялся мужчина. Он был такого же низкого роста, как и я, а на его лысеющей блестящей макушке плясали отсветы камина. На пухлом розовощеком лице расплылась широкая улыбка.

– Добрый вечер, добрый вечер. Курт, так понимаю? – он схватил руку моего брата. – Эдмунд Веймар. А это – ваша сестра, правильно?

– Лита, – подсказала я, тоже протянув руку.

Мужчина радостно затряс и ее.

– Да-да. Прошу прощения. Я, видите ли, работаю в Надзоре, за день столько анкет перед глазами проходит. Профессиональная болезнь – не запоминаю имен. О, не пугайтесь, сейчас я не ищу мраков и уж точно никуда не собираюсь докладывать о вас. На себя же я не докладываю, – он хохотнул, все еще сжимая мою руку. – И простите за то, что я усыпил вас.

Перед глазами тут же встала картина: поляна, наш горящий дом и группа людей в темных плащах, что окружают нас. Один касается лба Курта, брат валится без сознания, потом пальцы тянутся ко мне. Я опустила глаза на наши все еще сцепленные руки. Мужчина тут же отпустил мою ладонь.

– О, прощу прощения, прошу прощения, – он вскинул руки. – Не бойтесь, погружаю в сон, лишь когда касаюсь головы. Вы долго проспали тогда?

– Два дня, – буркнул Курт.

– Это совсем немного! Бывало и неделю, я в какой-то момент даже думал – уже с концами, – мужчина вновь засмеялся и хлопнул его по плечу. – Надеюсь, вы не в обиде. И я так рад, что вы здесь! Наконец-то я могу вас порасспросить о вашей способности. Я ведь многое повидал. Но перемещение во времени… И вы переместились на четыреста лет назад! А еще дальше могли бы? – мужчина кивнул на столик справа, где стояли бокалы.

Брат тут же схватил вино и залпом осушил его, взялся за второй. Я подняла бокал с другого столика и пригубила напиток. Он был горький, маленький глоток оцарапал горло. Пить больше не хотелось, но вернуть початый бокал на место я постеснялась.

– …всегда на три минуты? Вы засекаете время в своих… путешествиях? – Эдмунд Веймар продолжал засыпать Курта вопросами.

– Не, у меня есть часы – они звенят за три секунды до того, как обратно прыгну, – Курт вскинут руку и показал кожаный браслет с циферблатом. Он наслаждался вниманием к своей персоне.

– Хм, – Эдмунд склонился над вытянутым запястьем. – Но они стоят.

– А они так не работают. Запускаются, когда я прыгаю.

– Как?

– Э… честно говоря, не знаю. Их наш дружище Свен сделал. Однажды мы с Литой прыгнули на неделю назад, я как-то пропустил, что время вышло, не успел ее за руку взять, и она там осталась, в прошлом. Потом ей пришлось неделю прятаться, а то если б кто из воспитательниц увидел, что их, Литы, в смысле, две, ей бы по-любому влетело. А потом неделя прошла. Я прыгнул с ней, вернулся без нее, и меня Лита, ну, которая в прошлом осталась, тут же встречает, и как вреза… эм… накричала на меня. Свен рядом сидел, видел это и придумал такие часы сделать для меня. Чтобы я всегда знал, когда время истекает.

– Он тоже мрак?

– Не, просто башковитый, хоть и зануда. Всю жизнь что-нибудь собирает и разбирает. Его, знаете, даже когда в яму на Проверку посадили, он принес с собой какие-то детальки и в конце не хотел выходить – упирался, говорил, что еще не успел что-то там собрать. Он обычно тихий, но если что не по его желанию идет, кричит страшно. Ну, его и оставили в покое.

Эдмунд хмыкнул.

– Что ж, вас хотели использовать, но просчитались, – он толкнул брата локтем. – Мы планировали прийти на помощь, но вы и сами спаслись. Вы и наш…

Он с каким-то странным подобострастием, почти любовью глянул на Рингольда и еще раз хохотнул.

– Спаслись? – я вспомнила странный прыжок из пылающего дома и свой страх за Курта. Он должен был вернуться в огонь, но почему-то не вернулся. – Но как?

– А разве вы не вылезли в окно? – заморгал Веймар.

Я нахмурилась. Может, после всего пережитого я просто забыла это? Вылезали в окно мы точно в жуткой спешке и панике. Или даже прыгнули в него с разбегу, поэтому я плюхнулась на траву лицом вниз.

– А зачем вы пришли на подмогу? – я все еще не могла сложить полную картину произошедшего.

– Ну как же… чтобы… помочь, спасти, – Веймар растерялся и просто указал на Рингольда.

Я потерла переносицу и глубоко вздохнула, чтобы скрыть раздражение. Весельчаку явно нужно помочь выстроить мысль.

– Так, кто «вы»?

– Ну, как же… Орден. Наш Темный орден.

Это было похоже на издевательство – Веймар говорил так, словно озвучивал элементарные вещи, но с каждым словом путал меня еще больше.

– Что за Орден? – запоздало вклинился в разговор Курт. Он только что прикончил второй бокал и разглядывал Криспину.

– Что значит «что за Орден»? Тот, в котором вы состоите, – Веймар захохотал в голос.

– Нет, не состоим, – я отмахнулась, – но подумываем вступить.

– Что же тут думать? Вы ведь уже с нами!

– А чем мы все занимаемся в этом ордене? – я уже скрежетала зубами от его непонятливости. А может – притворства.

– Ох, ну это вопрос на века. С чего же начать? Когда много лет назад был свергнут король Оттон…

– Триста девяносто четыре, – Курт выпятил грудь.

– О, а вы знаток истории.

Я поджала губы.

– Вы ведь знаете, – продолжил Веймар, – какие темные времена наступили тогда.

– М-м, конечно. Я ж не неуч какой, чтобы историю не знать, – протянул Курт, хотя взгляд его заметался по комнате.

Я хмыкнула: конечно, он не помнил, что следующее столетие после убийства короля власть переходила из рук в руки. Каждый город выбирал своего претендента на трон, и в итоге тысячи людей гибли в войнах за власть. И это не считая мраков. Мраков никогда не считают.

– Нам, мракам, приходилось особенно тяжко, ну, сами знаете. И мы понимали, что лучше всего нам прятаться. Так появился Темный орден, – Веймар обвел взглядом мужчин, собравшихся в комнате. – Он стал приютом для мраков, здесь спасали детей и тех, кого преследовали. Выпускники школы могут хорошо устроиться в жизни. Занимают посты и стараются чем могут помогать и Ордену, и своим собратьям. Да хотя бы найти работу или жилье.

Я скривилась. Спасти мраков до Проверки, чтобы им не поставили метку – про это я уже слышала. Тоже мне заслуга. У меня есть метка, но и жизнь нормальная… была. Дело же в не этом. Мраки чаще всего сами виноваты в своих проблемах. Да, недавно был принят закон о совместном обучении. Только сколько детей-мраков пришли в школы? Или сколькие устроились на работу, хотя по закону каждый владелец лавки, трактира или мастерской должен иметь одного такого сотрудника? Проще побираться или воровать. Сами виноваты.

– А к нам тогда зачем пришли? Его спасти? – я кивнула на Рингольда. Каким бы добряком ни был Веймар, я не верила, что этот странный Орден пришел на подмогу нам. Ведь у нас уже были метки. – Зачем? И откуда вы узнали, что Вормский приедет к нам?

– Оу, это прекрасная история! – Веймар сложил ладони перед грудью. Я была почти уверена, что он хотел захлопать от удовольствия. – Самое важное дело, что совершил Орден за четыреста лет! Видите ли, наш человек, приближенный к Бодуэну, заметил, что тот ведет себя странно. Он выяснили, что мрак-ясновидец сделал очень неприятное пророчество…

– Кто?

– Ну, мрак-ясновидец, – вопрос смутил мужчину. – Мрак, который видит будущее.

– Это понятно. Но зачем это Вормскому?

– Чтобы предвидеть будущее, – Веймар захлопал глазами.

– Что за глупости! Член Директории не стал бы. На них работают люди. Лю-ди! Не мраки. Им не нужно знать будущее, они же управляют страной и сами это будущее создают. Как они скажут, так и будет. Они не пойдут к мраку за помощью.

– Но к вам же пришли.

Я осеклась на полуслове, пораженная и пристыженная.

– И какое предсказание сделал тот мрак? – я сменила тему.