Цитаты из книг автора «Анна Варга»

Мальчик «выбрал» способ, который выбирают многие дети в подобных ситуациях, идет ли речь о разводе мамы и бабушки, как в нашем случае, или о разводе родителей. Своим поведением он стал доказывать, что мама не справляется с ним. Он будет хорошо себя вести и хорошо учиться, когда мама и бабушка будут вместе, а нового папу не надо совсем. Психотерапия в таких случаях довольно сложна, в частности, потому, что биологическая мама действительно не справляется. У нее не было возможности построить со своим сыном полноценные отношения привязанности, она не привыкла нести за него ответственность. У нее самой есть чувство вины перед матерью за то, что она отняла у нее то, что сама же ей отдала в свое время. Очень важно повышать статус и силу матери как в ее собственных глазах, так и в глазах ее ребенка. Часто материнство не является привлекательной деятельностью именно потому, что оно не было удачным, не стало личным достижением.

Часто в таких случаях молодая женщина возвращается в родительскую семью с ребенком. Это в каком-то смысле решает ее проблемы сепарации от матери. Она откупается от матери ребенком и получает свободу. В системной семейной терапии такой ребенок называется замещающим. Он замещает свою мать в отношениях с бабушкой, выполняет ее функции и в этом смысле живет не свою жизнь. Понятно, что материнское поведение при таком развитии событий искажается, мама отдаляется от ребенка, процессы аттачмента нарушаются, так же как и процессы психического развития ребенка.

Наиболее ярко нарушения сепарационных процессов проявляются тогда, когда возникает необходимость создать свою семью. Близость с родительской семьей не оставляет места для новых эмоционально насыщенных отношений.

Сепарационные процессы протекают непросто, этапы сепарации могут сопровождаться семейными кризисами, незавершенность сепарационных процессов значительно снижает уровень жизненного функционирования человека. Интересно, что в России женщины часто являются носителями эмоциональной культуры семьи. Я вижу этому два объяснения. Во-первых, огромная роль женщины в культуре. В русской народной сказке мужчина – герой-послушник. Он выигрывает лишь в том случае, если слушается мудрых советников конька-горбунка, серого волка, возлюбленной жены. Женщина в сказке – мудрая колдунья, оборотень, помощник мужчины. Царевна-лягушка (интересно, что в Западной Европе есть аналогичная сказка, только там – принц-лягушонок, пол меняется на мужской), царь-девица, подруга Финиста – ясна сокола и т. д. Власть ее над мужчиной огромна, так же как велики ее физическая сила, хитрость, ум, верность.

Дело в том, что борьба за власть становится системообразующим фактором. Любая совместность в своем эмоциональном аспекте держится на одновременно протекающих одинаковых чувствах у разных людей. Люди женятся, чтобы одновременно испытывать радость, покой, сексуальное возбуждение, интерес и т. п. Если вместо этого они одновременно испытывают гнев, досаду, раздражение, обиду, то для совместности ничего не меняется. Эти чувства годятся, как и любые другие. Таким образом, борьба за власть становится эрзацем любви. Она начинает обслуживать системный гомеостаз.

Тот человек, который сосредоточен на том, любят ли его сильно, на самом деле сосредоточен на себе, на процессе получения психологического блага, т. е. находится в эгоцентрической потребительской позиции. Реальность другого человека, того, от кого он хочет получить это благо, игнорируется, иногда грубо, иногда тонко. Не получается полноценного общения, диалога, нет партнерства. Человек хочет любви и, огрубляя, ведет себя отталкивающим образом. Другому-то, который назначен на роль любящего, невдомек, что он участвует в проверке любви. И узнать он этого не может, тогда весь смысл проверки теряется. Это и есть парадокс. То

Гипофункционалу приятно, когда его обслуживают, в этом он видит знак заботы и любви. А гиперфункционалу нравится осознавать свою нужность и всесильность. В каждой культуре есть свои правила пунктуации событий.

Допустим, один из супругов отходит на периферию семейной системы: проводит меньше времени с близкими, а когда находится дома, то ведет себя незаинтересованно, невключенно, потому ли что много работает, или завел роман на стороне, или по каким-то другим мотивам. Тогда кто-нибудь другой из членов семьи начинает развивать симптоматическое поведение, т. е. такое поведение, которое потребует большего участия в семейной жизни от ушедшего на периферию элемента. В незапущенных случаях обычно достаточно супружеского конфликта. Во время конфликта дистанция

Тревожная личность становится авторитарной, желая при этом эмоциональной близости. Такой вот парадокс. Она подменяет душевную близость контролем. Потому что для тревожной личности важна предсказуемость… тогда тревога снижается.

Родителям никакие друзья этого ребенка не нравятся, внешняя среда кажется опасной, детские занятия дискредитируются, опасности для здоровья и жизни преувеличиваются. Нередко ребенку внушается его общая жизненная несостоятельность.