Цитаты из книги «После ссоры»

Вместо этого я провожу рукой по волосам, слегка вздрагивая, когда костяшки вспыхивают болью. Порезы оказались глубже обычного. Ударив кулаком по кирпичной стене в квартире, я повредил руку сильнее, чем думал. Но это ничто по сравнению с тем, что я чувствую внутри. Я не знал, что такая боль вообще существует: она намного хуже любого физического страдания.

– Я пытаюсь все уладить, но ты делаешь только хуже! – рычит Кен на сына. – Они заперли меня, как какое-то гребаное животное. Что это за хрень? Звони, кому там тебе надо позвонить, и пусть их заставят открыть эту чертову клетку! – кричит Хардин, дергая заведенными за спину руками.

для тебя все это тоже мучительно. – Да похрен на меня! Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо и чтобы ты поняла, что я действительно стараюсь как могу.

– Я хочу есть, – наконец говорит она и смотрит в сторону прилавка с едой, украшенного разноцветными огоньками. Я улыбаюсь. – Но ты же еще должна упасть прямо на меня и посмотреть мне в глаза, как это бывает в кино.

Он краснеет. – Э-э… привет. – Привет. – Я не могу оторвать от него взгляд. Минуточку… – А где весь пирсинг? – Ни в брови, ни в губе у него нет сережек. – Я все вынул. – Он пожимает плечами. – Зачем? – Не знаю… так ведь лучше? – Он смотрит мне прямо в глаза. – Нет! Мне нравилось, как ты выглядел раньше… Сейчас тоже, но лучше все вернуть. – Я не хочу больше носить их. – Он подходит к машине и открывает мне дверь. – Хардин… надеюсь, ты снял пирсинг не для того, чтобы больше мне понравиться, потому что я люблю тебя независимо от этого. Надень обратно, прошу тебя. От этих слов его взгляд загорается, и, залезая в машину, я отвожу глаза.

Оборачиваюсь: ко мне подбегает Хардин. Он проводит рукой по волосам и говорит: – Я, ну… хотел кое о чем поговорить с тобой… Он говорит непривычно громко, как будто… волнуется? – Прямо сейчас? Я не думаю, что здесь самое подходящее… – Не хочу выяснять отношения прямо посреди спортивного корпуса. – Нет, я о другом… Его голос звучит непривычно высоко – он точно взволнован, и в этом нет ничего хорошего. Он никогда не волнуется. – Я тут подумал… Не знаю… Ладно, неважно. Он краснеет и разворачивается, чтобы уйти. Я вздыхаю и открываю дверь в раздевалку. – Ты пойдешь со мной на свидание?! – кричит он… даже скорее вопит.

– Одна неудачная шутка – и мужчина проклят навеки.

«Только глубокое чувство может заставить меня вступить в брак…»[17]. Остальную часть предложения она не подчеркнула, а продолжается оно так: «…а потому мне суждено остаться старой девой»

или же разума вряд ли возможно полагаться. Два примера были явлены мне в последнее время: об одном я не помяну, другой же – замужество Шарлотты. Сие непостижимо! Как ни взгляни, сие непостижимо

Людей, коих я люблю, немного, а еще меньше тех, о ком я думаю хорошо. Чем больше я гляжу вокруг, тем менее довольна я миром, и всякий день подтверждает мою убежденность в непоследовательности любой человеческой натуры и в том, что на кажимость достоинства