Вместо этого светловолосая девчонка, которая носит длинные юбки и как одержимая составляет длинные списки дел, запала мне в самую душу, и я влюбился в нее так сильно, что сам не мог в это
Ладно, притормози, малыш. Она моя, – шучу я.
Он удивленно смотрит на меня.
– Твоя кто? Твоя жена?
– Нет, черт, ты что, – усмехаюсь я.
– Черт? – переспрашивает он.
– Вот дерьмо! Не говори это слово! – Я тянусь через весь диван, чтобы прикрыть ему рот.
– Не говорить слово «дерьмо»? – Он убирает мою руку.
– Не говори слово «черт» и слово «дерьмо». – Вот поэтому мне и не стоит об
Твой отец стал другим человеком, я тоже.
– Но это все равно не меняет прошлое, – тихо говорит он.
– Да, не меняет. Но иногда надо отпустить чувства и двигаться дальше. Я правда рада, что ты с ним видишься.
Ну, как матери, мне приходится мириться с его выходками. Но ты не должна этого делать. Если он хочет, чтобы ты его простила, то должен заслужить это. Он должен доказать, что это никогда больше не повторится – что бы он ни натворил, – а я думаю, наврал он по-крупному, раз ты даже решила съехать. Не забывай, что эмоции – это то, чем он редко пользуется. Этого парня… то есть теперь мужчину, легко рассердить.