Глава 3

Вадим

– Па-па-а-а, – стоит только зайти в квартиру, как на шум летит мелкая стрекоза. – Па-па!

Приходится присесть и развести руки, чтобы поймать девчонку.

– Ур-р-ра! – влетает в объятия и вешается на шею. Обнимаю и поднимаюсь на ноги, усаживая себе, как обезьянку.

– Как дела, коза? – спрашиваю, поцеловав в пухлую щечку.

– Хор-р-ошо, – рычит девчонка.

– Все-таки справилась с этой жуткой буквой, да? – усмехаюсь.

– Угу, – целует в щеку. – Колючка.

– Угу, – повторяю за ней. – Не успел побриться. Мама где? – поглядываю на часы.

С рейса сразу домой. Через час снова в офис.

– Спит еще, – как ни в чем не бывало отвечает дочь.

– А в сад-то когда? – удивляюсь, спускаю ее на пол и, взяв за руку, веду в кухню.

– Не хочу, – дует щеки.

В кухне во всю копошится Вера Николаевна, домработница.

– Здравствуйте, Вадим.

– Доброе утро, – здороваюсь. – Покормите нас?

– Конечно, – улыбается она. – Через пять минут накрою стол.

– Посиди тут, – прошу дочь, усаживая на стул. – Я переоденусь и сразу к тебе.

– Хор-р-рошо.

Прохожу мимо спальни, снова смотрю на часы. Половина восьмого. Торможу и приоткрываю дверь, заглядываю в комнату. Полина спит, а в комнате стоит запах спиртного. Кажется, кто-то в мое отсутствие весело провел время. Пересекаю спальню, подхожу к окну, открываю створку, впуская свежий прохладный воздух.

– М-м-м, – доносится стон со стороны кровати.

Оборачиваюсь. Полина тянет руки в мою сторону.

– Приветик, – говорит, улыбаясь.

– Ты снова пила? – задавать вопрос бессмысленно. И так понятно.

– Я совсем немного с подружками, – мямлит. – Тебя не было, мне было скучно.

– Так, может, займешься чем-нибудь, и скучно не будет? – еще немного, и у меня рванет.

– Я и работать? Да с чего бы? Я ребенком занимаюсь, Вадик. Тебе с ней некогда сидеть, ты весь в делах. Так хоть материнскую любовь получит дочь, – садится в постели и морщится. С ее плеча сползает лямка, приоткрывая грудь. Я отворачиваюсь. Неделю не трахался, но Полину не хочу.

– Не ты ребенком занимаешься, а наша домработница. Даже дома ты ничего не делаешь. Когда последний раз ужин готовила? – прохожу мимо нее к двери.

– А я не кухарка, – фыркает. – И не уборщица.

– А кто ты? – оборачиваюсь и всматриваюсь пристально в ее лицо. – Что с тобой стало, Полина?

– Да пошел ты! Может, если бы спал со мной, я себя так не вела бы? – изгибает бровь.

– Вот только за старое не надо, – усмехаюсь. – Ты знала, на что шла, дорогая жена. А теперь извини, времени нет с тобой пьяные бредни трепать. Завтракаю и ребенка в сад завожу, да в офис.

Выхожу из комнаты и захлопываю за собой дверь. Прохожу в гостевую комнату и из шкафа достаю сменный комплект одежды. Прихватываю с собой, направляюсь в ванную.

Контрастный душ – это то, что сейчас нужно. Упираюсь ладонями в стену и, опустив голову, подставив под прохладные струи воды, стою так хрен знает сколько. Погружаюсь в мысли, закрыв глаза. А перед ними Ждана. Та самая, моя девочка. Только взгляд другой.

Блять, как же все закрутилось, сколько времени утекло. Она замуж выходит. Разобрался, твою мать.

Внутри все сжимается. Как бы с ней переговорить? Без Никиты.

Умываюсь, бреюсь, переодеваюсь. Покидаю ванную, направляюсь в кухню. Оттуда уже доносятся аппетитные запахи.

– Ваш кофе, Вадим, – и передо мной на столе появляется чашка с ароматным напитком.

Блинчики, творожники. Мелкая наяривает кашу за обе щеки.

– Вкусно? – спрашиваю.

– Угу, – мычит, запихивая ложку себе в рот.

После завтрака Вера Николаевна одевает Мию. Мы с дочкой спускаемся на парковку. Усаживаю ее в кресло, пристегиваю, поглядываю на часы.

– Опаздываем? – спрашивает с умным видом. И этому ребенку чуть больше трех лет!

– Ага, немного совсем.

– Р-р-ругать будут?

Улыбаюсь.

– Не будут, не переживай.

Доставляю ребенка в сад, сдав воспитателю, тороплюсь в офис. А там меня затягивают дела, в которые ухожу с головой. Единственное – под вечер влезаю на сайт отеля Жданы. То, что мне предоставил Ник вполне достаточно, но захотелось посмотреть сайт, ну и плюс нашел контакт в мессенджере. Забронировать номер? У них там реально красиво. Или напугаю своим приездом?

Каждый, мать его, шаг должен быть выверенным, один раз я уже поступил на эмоциях и под давлением. Жалею, но по-другому не мог. Когда ты связан по рукам и ногам – это пиздец полный. Но с тех пор многое изменилось. Теперь я сам себе хозяин. От этого не легче. Надо что-то думать и причем экстренно быстро. Через пару месяцев она выйдет замуж. А мне капец как хочется знать, осталось ли еще у нее что-то ко мне. Да, я, блять, мазохист, маньяк, но мне нужно это знать. А сказать об этом сможет только она. Надо лишь задать вопрос.

Поэтому снова заказываю билет на самолет, но уже на утренний рейс. Сейчас поздно. А мне надо застать ее на работе.

Ждана

Утром просыпаюсь вся разбитая. Давно я не была в таком состоянии. Очень давно. Словно все силы выкачали. Прислушиваюсь к тишине. А через пару минут улавливаю топот босых ножек по полу. Улыбка сама наползает на губы.

Раз-два-три, и дверь в мою спальню открывается.

– Мамочка, – с разбегу на кровать влетает мое солнышко. – Доблое утло, – забирается ко мне под одеяло и обнимает. Тянется губками и целует в щеку.

– Доброе, Максик, – прижимаю к себе сынишку. – Как спалось? – вдыхаю запах его волос. Самое вкусное мое счастье.

– Холошо, – и хитрый взгляд голубых глаз, точь-в-точь как у его отца.

Замираю, сердце ухает куда-то вниз. Я эти глаза так давно не видела, а вчера…

– Мы не пойдем в сад, – заявляет уверенно.

Вздыхаю, отгоняя воспоминания.

– Нет, малыш, сегодня не получится. Я очень буду занята.

– Ну, ма-м-м-а-а-м, – тянет, и так жалобно это у него получается. Светлые бровки домиком и глазки на мокром месте. – Один лаз.

– Только один, – сдаюсь. Знаю, что так нельзя. Но разве можно устоять?

В отель мы собираемся быстро. Предупреждаю тетю Нину, что она сегодня нам не понадобится. Завтракаем с Максимом, болтая. Конечно же, заляпываем кофточку и идем переодеваться.

Собираю сумку, помимо моих документов, еще одна – с вещами и игрушками сына. Запираем дом и направляемся к машине.

Отель встречает суетой. Ну кто бы сомневался. А то – отдыхай, Ждана Владимировна, мы справимся.

– Доброе утро, – здороваюсь с девочками на ресепшене. – Надеюсь, оно все еще доброе?

– Доброе, – тут же улыбки появляются на их лицах.

– Где Лиза?

Меня за руку дергает сын.

– Что такое? – спрашиваю.

– К Лисе хочу, – выдает мой мужчина.

Кажется, в Лизу он влюбился с первого взгляда.

– Лиза готовится к встрече.

– Когда подъедут? – поглядываю на часы.

– Обещали минут через двадцать, – отчитываются сотрудники. – У нас все готово.

– Ма-ма, – канючит сын. – К Лисе…

– Пойдем искать, – соглашаюсь и подхватываю мальчишку на руки.

Идем на поиски моей помощницы. Ее мы находим в небольшом конференц-зале.

– Ой, мой жених пришел, – замечает нас Лиза и торопится в нашу сторону.

Сын задергал ногами, требуя его поставить.

– Привет, все по плану, – выдыхает девушка и приседает рядом с Максимом. – Привет, мужчина.

– Пливет, – его щеки краснеют.

Мальчишка смущается.

– Ты сегодня с мамкой, да?

– Угу, – кивает.

– Помогать будешь?

Кивает и улыбается. Боже мой, солнышко, люблю его больше всего на свете.

– А давай мы ее с тобой отпустим по делам, а пока она занята, погуляем? Проверим кухню? Кстати, – поднимает взгляд на меня, – наши повара сегодня вышли в полном составе. Не знаю, удастся ли им удивить корейцев, – усмехается.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Но шеф говорил, что у него есть какие-то задумки.

– Ладненько, идите, Ждана, куда-нибудь, мы с Максимкой погуляем, – берет моего мальчика за руку и выводит из зала, а я смотрю ему вслед и в груди растекается тепло.

Я закапываюсь в делах, а дальше и вовсе теряюсь во времени, когда приезжает делегация. В городе они у нас по делам. Также экскурсии в их списке. А вот остановиться решили в нашем небольшом отеле. Да, мы находимся за пределами города, но от этого только плюс. До Сочи максимум полчаса езды, а окна номеров выходят на море. И выйти прогуляться к берегу в любой момент возможно. Разве не сказка? Увидев это место впервые, я влюбилась. И близость к дому – тоже огромный плюс. Я очень редко выезжаю в город.

Все под контролем. Все хорошо. Размещение проходит быстро. Я сама решаюсь рассказать, что и где у нас находится. Хоть мы и обговаривали заранее питание гостей, еще раз уточняю у их переводчика, который, по совместительству, является организатором этой поездки.

Подаю сигнал девочкам, чтобы кухня готовилась… и пошло-поехало.

Когда Лиза берет на себя гостей, я забираю у нее Макса, и мы идем в мой кабинет, где для нас накрыли столик. Любимый супчик сына уже не такой горячий, и он с удовольствием уминает его за обе щеки.

За весь день я не вспоминала вчерашний вечер. А сейчас смотрю на Максима и мысленно сравниваю его с Вадимом. Глаза выдают сразу. А еще он хмурится так же, как и его отец. И сейчас у Макса такое сосредоточенное лицо, как и у Вадима вчера.

Но у Вадика есть дочь. И жена. И эти два факта не выходят у меня из головы. Это злит и обижает. Его просьба расстаться стала понятной как никогда, после того как я увидела дату их свадьбы. Надо это срочно выкинуть из головы. Мне все равно. Ровно! Абсолютно.

Чтобы переключить мысли достаю телефон и вижу входящее от Никиты.

Ник: “Привет, как ты?”.

Я: “Мы с Максом в отеле. Он сегодня мне помогает”, – улыбаюсь, наблюдая, как сын доедает супчик.

Ник: “Как корейцы?”

Я: “Все хорошо, кажется, справляемся”.

Ник: “Вечером заеду?”

Я: “Хорошо”, – соглашаюсь. – “Буду ждать”.

Его мне действительно нужно увидеть, чтобы кое-кого вытравить из головы.

Глава 4

Ждана

Утром просыпаюсь бодренькой и даже улыбаться хочется. Вчера вечером мы втроем ужинали у нас дома. Я очень хочу, чтобы Максик привык к присутствию Никиты. Он к нам очень редко заходит, в основном, мы вне дома проводим с ним время, вдвоём. Буквально каких-то пару часов. Большее я пока себе позволить не могу. Но сейчас будто чувствую, что нужно двигаться дальше. Жизнь идет вперед, а я будто замерла в гребаном ожидании непонятно чего. Такое подвешенное состояние раздражает. И чем больше я об этом задумываюсь, тем сложнее двигаться дальше. Потому что появляется неуверенность.

Приготовив завтрак, иду будить Максима. Присаживаюсь у кровати его и поглаживаю по спинке. Мальчишка любит спать без одеяла, ему всегда тепло. А еще обязательно ходить по дому босиком.

– Доброе утро, – говорю, видя, как он потягивается и зевает.

С трудом открывает глазки и смотрит на меня.

– Мам, давай поспим, – и снова закрывает их.

– Нет уж, – поднимаюсь и беру его на руки. – У тебя сегодня рабочий день, как и у меня.

– Я вчела с тобой лаботал, – выдает устало.

– Подъем, Максим. Маме нельзя опаздывать, – несу его в ванную умываться.

Ставлю ножками на его подставку, и он опирается локоточками о раковину и вздыхает.

– Давай щетку, – сдается, тяжело вздохнув.

Мы чистим зубы, умываемся. Потом идем завтракать, а уже после я помогаю ему одеться.

Первым делом завожу сына в детский сад.

– А ты за мной плидешь или Нина? – спрашивает, взяв за руку.

От его такого взгляда мое сердечко обливается кровью.

– Тетя Нина. Вы с ней погуляете, а потом пойдете домой.

– Ну ладно, – пожимает плечами и уходит в группу.

Я все больше задумываюсь о том, что меня, наверное, не хватает сыну. Но я пытаюсь и очень стараюсь быть хорошей мамой.

Подъезжаю к отелю, паркуюсь. Выхожу из машины, чуть не забыв сумочку.

– Ждана Владимировна, доброе утро, – здоровается Катя.

– Доброе, как дела? – влезаю в сумку, пытаясь найти телефон. Ну не могла же его дома забыть?

– Все хорошо. Корейцы довольны, – отчитывается. – Я хотела вас предупредить, что поменялась несколькими днями с Олей.

– Не страшно. Главное, чтобы было кому работать, – отвечаю, все же нашла телефон и выдохнула.

Прохожу к лестнице.

– И еще, – снова окликает меня девушка.

– Что? – оборачиваюсь.

– К вам посетитель.

– С самого утра? – оглядываю небольшой холл, но тут никого нет.

– Почти. Я проводила мужчину на второй этаж. У вашего кабинета.

Я пытаюсь понять, кто ко мне с утра пожаловал.

– Что он сказал?

– Что у вас с ним договоренность на встречу.

– Хорошо, – киваю и поднимаюсь на второй, прекрасно понимая, что ни с кем, ни о чем не договаривалась.

Прохожу по коридору до самого конца левого крыла. Пока еще никого не вижу. Там балкон, выходящий на сад, гость мог выйти туда.

Так оно и есть. Останавливаюсь в проеме и замечаю мужчину, стоящего ко мне спиной. Он облокотился локтями о перила. В черном костюме.

Мое сердце сбивается с ритма. Только сейчас ощущаю знакомый до боли парфюм. Ноги подкашиваются.

Поворачиваюсь к двери и отпираю замок ключом.

– Доброе утро, – раздается голос за спиной.

Открываю дверь и вхожу в кабинет, не обернувшись. Слышу, как он заходит и закрывает за собой дверь. Первым делом оглядываю кабинет быстрым взглядом. Игрушек Макса нигде не видно. Уже хорошо. Я еще не решила, что делать со своим секретом.

– Если его можно таковым назвать, то доброе, – стараюсь держать спину ровно, да и голос тоже.

Ставлю сумку на стол. Все же решаюсь посмотреть на него. Сглатываю образовавшийся ком. Почему, когда он на меня так смотрит, я теряю все самообладание?

Высокий, кажется, стал еще шире в плечах. Стройный…Уверенный. Уже нет во взгляде того мальчишеского задора. Не уж-то повзрослел? Ему сейчас… двадцать семь?

– Думаю, можно, – отвечает и разглядывает мой кабинет.

– Не хорошо врать моим сотрудникам, что у нас назначена встреча, – раздражаюсь от того, что он не торопится начинать говорить. Словно проверяет мою выдержку на прочность, а она трещит по швам.

– Прошу прощения, – переводит свой взгляд на меня, а я тону в его синеве и сразу же вспоминаю, что у меня фотография Макса на столе.

Плюхаюсь в кресло и, включая компьютер, быстренько убираю рамку в стол.

Вадим подходит ближе и садится в кресло у моего рабочего стола. Так он очень близко. И мне не по себе. Смотрю на него и не могу отвести взгляд. И это бесит. Чувствую себя загнанным кроликом в ловушку. Пустить его сюда было большой ошибкой.

– Нам нужно поговорить, – наконец нарушает тишину.

– Нам? – удивляюсь и качаю головой. – Мне вот совершенно не нужно, – выдаю я.

Мой голос нервно звенит.

– Боишься, что я ему расскажу? – смотрит внимательно, считывает меня.

Голубые глаза впиваются пристально. Мороз по коже.

– А есть что рассказывать? Был просто секс, и ничего более. Давно. Жизнь идет дальше, – стараюсь дышать спокойно. – У тебя своя жизнь, у меня – своя.

– Но ты боишься этого.

Уж кто-кто, а Ковалев чувствует себя в своей тарелке. Уверенный нахал.

– Зачем ты приехал? По работе? Так мы отказываемся сотрудничать с вашей фирмой, Вадим Сергеевич.

Каждое слово дается мне с огромнейшим трудом. Мне сложно смотреть ему в глаза. Куда угодно, только не в глаза. Пара пуговиц у воротника не застегнуты, на запястьях манжеты. Татуировок не видно. Почему меня это так волнует?

– Я же сказал: поговорить, – на лице ни единой эмоции.

– О чем? – не понимаю.

– О нас, – и это звучит так…так… будто мы утром повздорили, и он решил помириться.

Усмехаюсь, поднимаю взгляд и, не сдерживая улыбки, выдаю:

– А “мы” были? Ты что-то путаешь, – отворачиваюсь, закусив щеку.

Был только секс. И ничего больше.

– Я должен все объяснить, – глухо звучит его голос.

Снова смотрю на него.

– Ты ничего мне не должен. Не вижу смысла говорить “ни о чем”, пустая трата времени, – и начинаю листать какие-то первые попавшиеся бумаги, совершенно не соображая.

– Я должен был все объяснить тебе тогда, – он поднимается и склоняется над столом, накрыв мои пальцы своими горячими ладонями. Меня словно током пронзает, до боли. Вздрагиваю. Отдергиваю руки. Дыхание сбивается, а сердце несется галопом в самую пропасть.

– Мне ничего от тебя не нужно было, ни тогда, ни тем более сейчас. Меня моя жизнь устраивает полностью! – выпаливаю слишком быстро, что он замирает напротив меня и впивается взглядом, который я не могу выдержать.

Уходи! Уходи! Молю мысленно. Но куда там!

– Ждана Владимировна? – в кабинет стучат и заглядывает Лиза. Мы одновременно смотрим на нее. – Ой, извините.

– Что-то срочное? – спрашиваю, надеясь на то, что мне нужно куда-то бежать. Мне нужно сбежать.

– Нет-нет, – отвечает помощница и сразу же скрывается за дверью.

Вадим возвращает свой взгляд ко мне.

– Владимировна? – его бровь выгибается дугой.

– А что не так?

– Помнится, ты была Игоревной.

– Все, что было раньше, там и осталось, – отвечаю коротко. И мысленно добавляю: ты – тоже.

– Ладно. Хорошо, извини, я не хочу тебя пугать и давить…

– Тогда просто исчезни, – прошу его.

Сощуривает взгляд.

– Я должен был так поступить. Я не хотел тебя бросать.

Смотрю на него. Внутри все обрывается, все нервы оголяются. Мне так хочется быть сильной, но он все рушит, все ломает.

– Ждана, – морщится, будто ему больно вспоминать. Знал бы он, как больно мне было, как я справлялась, расплакался бы. – Иначе тебя не оставили бы в покое.

Меня прорывает.

– И ты из-за этого побежал жениться? – усмехаюсь, а у самой слезы закипают в глазах. – Ты издеваешься? Ты женат! И у тебя растет дочь. О чем мы сейчас говорим? – вскидываю руки. – О чем? Ты же сразу сказал, что ничего не обещаешь мне, так и вышло. Я не виню тебя абсолютно ни в чем. Просто вспоминать не хочу. А теперь проваливай, Ковалев. Я очень надеюсь, что мы с тобой не увидимся. Никогда.

– Объяснения тебе мои не нужны, – наконец до него доходит.

– Нахрен мне твои объяснения, – выпаливаю зло.

– Ты изменилась, – все еще внимательно меня разглядывает, и этот его спокойный тон…