Мы присели на кушетку, и доктор взял моё запястье. Его пальцы легли на пульс, после чего старик закрыл глаза, сосредоточенно прислушиваясь к биению сердца. Затем вайдья осмотрел мою голову, попросил высунуть язык.

– Хорошо… вам нужно отдохнуть, раджкумари… – он замолчал, а потом с осторожностью произнёс: – Вы уж простите своего верного слугу. Но я вынужден вас предупредить. Благоразумие – это не только защита себя, но и защита всей семьи. Молодые девушки, особенно из знатных родов, должны беречь свою скромность и честь, как драгоценное ожерелье. Общение с мужчинами вне круга семьи должно быть умеренным и всегда под защитой. Поговорите с Пари, принцесса.

Ясно. Доктор намекает на разговоры сестры с Кемалем. Но что я могла сделать? Сомневаюсь, что эта безмозглая девчонка послушает меня.

– Я поговорю с ней, вайдья, – всё же пообещала я, понимая, что своим поведением сестра может так опозориться при дворе падишаха, что пострадаем мы обе.

Вайдья мягко кивнул и поднялся.

– Отдыхайте, принцесса. Пусть сон принесёт вам здоровье и успокоит мысли.

Он ушёл, а я задумалась. Что ж, пусть мне многое здесь непонятно, но я ведь образованная женщина, моя голова прекрасно работает. Разобраться в тонкостях всех правил дворцовой жизни я со временем смогу. Но с Пари и правда нужно провести серьёзный разговор. Я не позволю ей утопить вместе с собой и меня. Ведь ещё одного шанса я могу уже и не получить.

После лёгкого ужина Майя помогла мне смыть дорожную пыль, и я опустилась на кушетку, ощущая, как тело расслабляется после долгих часов пути. Служанка накрыла меня расшитым покрывалом и расстелила свой тюфяк у входа. С улицы доносились приглушённые звуки: потрескивание костра, тихие разговоры стражников, пронзительные крики ночных птиц. Лунный свет проникал сквозь ткань шатра, добавляя таинственности.

Я закрыла глаза, погружаясь в тёплую, обволакивающую темноту. Тело постепенно тяжелело, медленно расслаблялась каждая мышца. И вскоре мир растворился в мягких объятиях сна.

Мне снилась прошлая жизнь. Я снова неслась на своей Ниве по пыльным дорогам. Чувствовала аромат полевых трав и лёгкий ветерок, залетающий в открытое окно… А потом появилась огромная морда КАМАЗа, раздался жуткий скрежет и… я резко распахнула глаза. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь шумом в ушах. Я задержала дыхание, пытаясь понять, что произошло. Кошмар. Мне приснился кошмар. Последние минуты моей прошлой жизни…

В шатре царила тишина. Лишь из-за плотной ткани доносился кашель стражника. Ничего необычного. И тут раздался какой-то странный шорох. Я прислушалась. Вначале ничего не слышала, но затем откуда-то из темноты снова послышался едва уловимый шелестящий звук. Будто что-то медленно ползло по полу шатра застеленному коврами. Сердце сжалось от внезапного предчувствия.

Я протянула руку к низкому столику, на котором стоял масляный светильник. В нём тлело совсем слабое пламя. Взяв его, я повернула крохотный рычажок, и огонёк мгновенно взметнулся, озаряя пространство шатра мягким, оранжевым светом. Стараясь двигаться бесшумно, я подошла к полупрозрачной занавеси, отделяющей спальную зону, и осторожно отодвинула её. Увиденное заставило меня замереть.

У тюфяка, где мирно спала Майя, подняв голову, застыла кобра. Её почти чёрная кожа с едва заметными ромбовидными узорами отливала глянцевым блеском. Широкий капюшон был угрожающе раскрыт. Кричать нельзя: девушка может проснуться. А это слишком большой риск, ведь любое её неосторожное движение спровоцирует змею. Нужно было действовать так, чтобы убрать угрозу, не подвергая никого большей опасности.

Я посмотрела по сторонам. Мой взгляд упал на покрывало, и сразу пришло решение. Страх отодвинулся на второй план. Адреналин захлестнул меня с головой. Схватив покрывало и нож, лежащий возле блюда с фруктами, я осторожно приблизилась и швырнула покрывало на змею. Плотная ткань накрыла её с головой. Кобра издала глухое шипение и яростно заметалась. Нельзя терять ни секунды. Я занесла нож и ударила им извивающееся тело. В ту же секунду с тюфяка раздался пронзительный, полный ужаса крик. Майя проснулась и визжала, глядя на шевелящееся покрывало. Я ударила змею ещё и ещё раз! И она, наконец, замерла. В тот же момент полог шатра резко распахнулся, и внутрь ворвались стражники. За ними показались Мирза Касим и Кемаль. Взгляд последнего метнулся от меня, сжимающей нож, к покрывалу.

– Что здесь произошло?! – взволнованно произнёс посланник падишаха. – Принцесса?!

Кемаль быстро шагнул вперёд, наклонился и осторожно приподнял край ткани. Под ним в луже крови лежало тело аспида.

– Принцесса убила змею, – Кемаль медленно поднял голову, и наши взгляды встретились. В его глубоких тёмных глазах, которые казались бездонными колодцами в свете светильника, промелькнуло уважение. – Это нага.

– Немедленно уберите её! – приказал Мирза Касим, и стражники спешно вынесли покрывало из шатра. – Вы не ранены, раджкумари?

– Нет, я в порядке, – ответила я, всё ещё чувствуя на себе изучающий взгляд Кемаля. – Прикажите, чтобы осмотрели шатёр Пари.

– Я и сам собирался это сделать, – ответил посланник падишаха. – Отдыхайте, принцесса.

Он направился к выходу, а я вдруг обратила внимание на одну странную вещь: Мирза Касим резко остановился, пропуская вперёд своего стражника. Кемаль вышел, и лишь потом Мирза Касим покинул шатёр. Как интересно… Человек, который обладает немалой властью и влиянием, уступил дорогу простому солдату. Что-то здесь не так. Нужно внимательнее понаблюдать за нашими сопровождающими.

Мои размышления прервали всхлипы Майи. Служанка была напугана и мне пришлось отложить свои размышления, чтобы успокоить её:

– Не плачь, всё позади.

– Вы такая смелая, госпожа! – девушка вытерла слёзы. – А если бы змея укусила вас?!

– Но она меня не укусила, – терпеливо произнесла я. – И тебя, кстати, тоже. Хватит рыдать.

– Принцесса Налини, моя госпожа останется на ночь у вас. Её шатёр осматривают, – прозвучал голос служанки сестры.

Ещё до того как я успела хоть что-то ответить, за её спиной показалась сама Пари. Она даже не взглянула на меня и сразу направилась к моей кушетке. Но я сделала шаг вперёд, преградив ей путь.

– Дождись, когда принесут твоё спальное место. Или можешь лечь на тюфяке на полу.

Пари замерла. Её брови поползли вверх, а глаза сузились. Она явно не ожидала такого.

– И мой тебе совет, – добавила я, не отводя от взгляда от нахалки. – Прекращай вести себя, как безмозглая курица. Имей достоинство. Твои ужимки и беседы с мужчинами привлекают слишком много ненужного внимания. Это уж точно не красит принцессу.

– Ты завидуешь мне! – прошипела Пари. Её глаза метали молнии. – Моей красоте!

Я лишь презрительно усмехнулась. В словах сестры не было ничего, что могло бы хоть чуточку задеть меня. Скорее это было печально.

– Оказывается, ты ещё глупее, чем кажешься. Повторяешь одно и то же, словно попугай. И это не делает тебя ни умнее, ни привлекательнее. Только глупая женщина кичится своей внешностью, не имея за душой ничего больше. Если ты не станешь вести себя скромно, – продолжила я спокойным голосом, – я заставлю тебя это сделать.

Пари нервно рассмеялась. Её красивые губы сжались в некрасивую тонкую линию, а глаза горели от злости.

– Как? – насмешливо поинтересовалась она, изо всех сил стараясь придать своему голосу небрежный тон. – Как ты заставишь меня?

Прежде чем Пари успела понять, что происходит, моя рука метнулась к запястью сестры. Пальцы крепко обхватил тонкую кисть, и я вывернула её руку так, что Пари вскрикнула. Я надавила на плечо, вынуждая девушку податься назад. Она попыталась вырваться, но моя хватка была железной.

– Вот так, – произнесла я ледяным тоном, приблизив своё лицо к её испуганным глазам. – И это лишь предупреждение. Ещё одна выходка, и ты узнаешь, насколько далеко я готова зайти.

В этот момент в шатёр занесли кушетку, и я отпустила руку сестры. Испуганные служанки смотрели на меня с ужасом. Видимо, настоящая Налини не отличалась стойкостью характера. Что ж, я стану для них откровением.

Глава 8

Ещё до того как безжалостное солнце начало превращать прозрачный воздух в душное марево, лагерь пришёл в движение. Мы готовились отправиться в путь, чтобы преодолеть как можно большее расстояние до наступления полуденного зноя. Слуги сворачивали шатры, складывали весь скарб на повозки. И вскоре я снова покачивалась на спине слона, сидя в украшенном искусной резьбой паланкине. Мой взгляд периодически устремлялся на Мирзу Касима и Кемаля, которые ехали чуть впереди. Сейчас мужчины о чём-то переговаривались, и со стороны это могло бы показаться обычной беседой господина и его верного стражника. Но после вчерашнего я видела то, что, вероятно, было скрыто от других глаз. Кемаль говорил, а Мирза Касим слушал. Не просто слушал, а внимал каждому слову, слегка склонив голову в знак почтительного внимания. Его поза, его жесты – всё выдавало в нём подчинённого, а не начальника. Всё выглядело каким-то неправильным. Перевёрнутым с ног на голову. И я окончательно убедилась: Кемаль не был простым солдатом. А Мирза Касим не был его господином. Это был спектакль, разыгрываемый для всех.

Красивый, статный, с уверенным взглядом и такой спокойной, какой-то даже царственной осанкой… Кто же ты, Кемаль? В его движениях не было ни суетливости, ни подобострастия, которые я так часто замечала у слуг. Наоборот, он держался с достоинством, с незримой внутренней силой, которая присуща лишь тем, кто привык принимать решения и нести ответственность. Он смотрел на Мирзу Касима не как на равного, а сверху вниз, хоть и без видимой надменности. В Кемале была стать, которая выдавала благородное происхождение. Внезапно, словно вспышка молнии, меня озарило. Всё встало на свои места. Да ведь это же сам падишах! Я еду в одном караване с самим Великим Моголом! И он наблюдал за мной так же, как и я за ним. Но зачем?! Зачем это понадобилось столь могущественному человеку? А хотя… какая разница? Это даёт мне преимущество. Нужно приложить все усилия, чтобы заинтересовать падишаха. Игра началась. И я была полна решимости выиграть.

Когда солнце стало припекать чуть сильнее, наш караван остановился в густой тени раскидистых баньяновых деревьев. Воздух здесь был чуть прохладнее. Где-то вдалеке слышалось негромкое пение птиц, а неподалёку журчал небольшой ручеёк.

Мы с Майей нашли уютное местечко под самым раскидистым деревом и устроились на покрывале. Рядом расположилась Пари со своей служанкой. Сестра приняла изящную, почти театральную позу и с нарочитой грацией принялась обмахиваться большим, искусно сделанным веером из павлиньих перьев, оправленных в тонкое золото. Её глаза каждую минуту стреляли в сторону падишаха, который сидел на траве, опершись спиной о большой камень. Было видно, что он замечает эти взгляды, и на его губах играла лёгкая улыбка.

– Как же хорошо у прохладного ручья! – радостно воскликнул вайдья, подходя к нам с Майей. – Вам бы стоило умыться, раджкумари! Это освежит вас!

– Вы никогда не задумывались над тем, как одна лишь жилка воды преображает целую местность, вайдья? – довольно громко произнесла я. – Вокруг ручья всё оживает, дышит. А ведь сколько таких маленьких источников пропадает зря… Их воды могли бы давать жизнь гораздо большим просторам, если бы их чуть-чуть направить, чуть-чуть придержать…

Доктор перевёл удивлённый взгляд с журчащей воды на меня, словно пытаясь понять, откуда такие мысли.

– Ах, раджкумари! Эта тайна доступна лишь немногим избранным. Перенаправить воды, чтобы они служили человеку… Вряд ли это подвластно нашим умам, принцесса! Ведь люди, что обладают такими знаниями, на вес золота! Их мудрость передается из поколения в поколение.

– Каждый ручей, даже самый маленький, как этот, может стать началом великой реки, если найти к нему правильный подход, – улыбнулась я, кивая на журчащий поток. – За ним небольшой склон. Если выкопать желобок, выложить его камнями, а в конце вырыть небольшое углубление вроде мелкого бассейна, дождевая вода и та, что придёт из ручья, будет там накапливаться. Её можно было бы использовать для орошения небольшого участка земли неподалёку. Это не требует больших усилий, лишь немного наблюдательности и понимания того, как вода движется по земле.

Глаза вайдьи расширялись с каждым моим словом. Я же бросила незаметный взгляд в сторону падишаха. Слушая меня, он даже чуть подался вперёд. Улыбка с его лица исчезла, уступив место сосредоточенному выражению. Он больше не смотрел в сторону Пари, его взгляд был прикован ко мне. В его глазах читался острый проницательный интерес. Сестра, которая до этого демонстративно обмахивалась веером и бросала взгляды на Великого Могола, вдруг опустила свой веер. Её губы изогнулись в ехидной презрительной усмешке.

– Ах, Налини! Ты и так не блещешь красотой… А этими речами оттолкнешь от себя любого! Женщина, милая моя сестра, должна быть красивой, нежной, как утренний цветок, и уметь завлекать мужчин сладкими манящими речами, словно райская птица! А не рассказывать глупости о какой-то там воде, словно обычная чернь! Это ли не позор для раджкумари?

Слова Пари никак не задели меня. В глубине души я почувствовала удовлетворение происходящим: глупая девица сама выставляла себя в невыгодном свете, показав всем свою недалёкость.

– Этот ручей, который ты так пренебрежительно назвала глупостью, даёт жизнь всему, что нас окружает. Без воды не было бы зелени, которая укрывает нас от солнца. Не было бы цветов, которыми ты так любишь украшать свои волосы, и плодов, которые ты сейчас ешь. Даже самая изысканная ткань, которой ты укутана, требует воды для своего создания. Ты говоришь, женщина должна быть красивой и нежной? Но разве без воды можно сохранить эту красоту? Разве не она освежает кожу, дарит ей сияние? Разве без глотка живительной влаги ты сможешь наслаждаться жизнью? Вода – сама основа нашего существования, источник всей красоты и жизни на этой земле. И те, кто понимает её язык, те, кто умеет с ней договориться, обладают не просто знаниями, а истинной силой, что способна преобразить мир, – сказала я, с удовольствием наблюдая, как краснеет Пари. – Поэтому не торопись в следующий раз показывать свою глупость.

И в этот момент я услышала, как падишах тихо выдохнул:

– О, Аллах… вот это да…

Для меня это было наилучшей похвалой. Естественно, я сделала вид, что вообще не замечаю ни его, ни Мирзу Касима, и принялась есть финики, услужливо поданные Майей.

Ну что ж, раз уж мою душу каким-то невероятным образом занесло в Индию, и меня ждёт династический брак, то глупо будет не попытаться получить от ситуации хоть что-то хорошее. Если уж ничего нельзя изменить, и моя судьба крепко сплетена с Великим Моголом, то пора привыкать к мысли, что он будет моим мужем. В конце концов, это ведь и не так страшно, как казалось поначалу. Я позволила себе чуть более дерзкий взгляд на молодого правителя. Красив он, конечно, спору нет. Явно неглуп. И вроде бы вполне благороден. По крайней мере, пока падишах не проявил себя с худшей стороны…

– Майя, что ты ещё знаешь о порядках во дворце Повелителя? – тихо спросила я, склонившись к служанке.

– Моя дорогая раджкумари… Я и сама знаю немного. Вы станете женой падишаха, но всё равно будете одной из многих. Вас будут пытаться опорочить, навредить… Даже служанки могут оказаться подосланными от других жён. Но самое главное, что ваше положение будет зависеть от того, сможете ли вы родить наследника. Без сына ваш голос не будет слышен, на вас будут смотреть с пренебрежением. Падишах окружён сотнями женщин, раджкумари. Если он останется безразличным к вам, то, может, это и к лучшему. Тогда вы не будете вызывать ревность и спокойно проживёте свою жизнь. – Майя поправила мне волосы, выбившиеся из-под шарфа. – Но я всегда буду с вами, принцесса. Кришна не оставит нас. Он укажет нам верный путь и даст сил.

Да-а-а… мне предстоит много что пройти. И нужно сразу определиться, чего именно я хочу добиться.

Глава 9

Вскоре наше путешествие возобновилось. И уже к полудню выжженную солнцем равнину сменили возделанные поля и рощи манговых деревьев. Вдоль дороги появились небольшие поселения из глинобитных домов. Рядом играли дети, в тени сидели старики, равнодушно наблюдая за происходящим. Чем ближе мы подъезжали к городу, тем интенсивнее становилось движение на дороге. Караваны верблюдов, гружёные тюками с тканями и пряностями, погонщики слонов, торговцы, ведущие под уздцы ослов – всё это сливалось в единый гудящий и многоцветный поток. А на вершине холма раскинулся город, построенный из красного песчаника. Мы въехали в огромные ворота, и я с восхищением рассматривала чистые улицы, вымощенные камнем, дворцы с резными балконами, мечети с устремлёнными в небо минаретами… Это был мир моего будущего мужа. И теперь мне предстояло понять, как не затеряться и стать его неотъемлемой частью.

Наконец показался и сам дворцовый комплекс, окружённый неприступными стенами из того же красного песчаника. Главные ворота дворца были сделаны из тёмного дерева, украшены бронзовыми пластинами и усеяны массивными шипами. Створки со скрипом открылись, и наш караван медленно втянулся во двор. По его периметру располагались изящные павильоны с открытыми колоннадами, в которых стояли стражники с длинными копьями. А прямо перед главным входом, под ажурным навесом нас встречала небольшая группа людей, которую возглавлял невысокий полноватый мужчина, одетый в роскошный шёлковый кафтан и тюрбан, украшенный драгоценными камнями. За ним выстроился ряд юных девушек-служанок с низко опущенными головами. Наша процессия остановилась. К слону подтащили помост, и мы с Майей спустились, наконец, на твёрдую поверхность, ощущая на себе любопытные взгляды.

Мужчина в богатом тюрбане подошёл к нам с Пари. Его глаза были полны оценивающего любопытства.

– Приветствую вас, раджкумари Налини. И вас, раджкумари Пари, – сказал он мелодичным голосом и представился: – Я – Далат-хан, старший хранитель гарема. Следуйте за мной.

Я догадалась, что это евнух.

Пари тут же попыталась выступить вперёд, но Далат-хан жестом указал ей на место за моей спиной. Мы прошли через два просторных двора, каждый из которых отличался от предыдущего. Один был украшен миниатюрными цитрусовыми деревьями в больших глиняных кадках. Другой представлял собой зелёный оазис с небольшим прудом, где плавали золотые рыбки. Вскоре евнух остановился перед высоким, богато украшенным павильоном из белого мрамора. Его стены были инкрустированы полудрагоценными камнями, образующими сложный цветочный орнамент, а колонны и арки поражали тончайшей резьбой. Перед входом стояли две служанки.

– Раджкумари, вы будете ждать в своих покоях до тех пор, пока падишах не соизволит вас принять. Эти девушки, Фатима и Зейнаб, станут прислуживать вам. Скоро к вам придет старшая ханум.