Цитаты из книг автора «Анна Кирьянова»

И не надо удивляться, если Ванечка всю жизнь будет требовать чужие ягоды. А Владимир – не верить в любовь и справедливость…

Ненужная жестокость к близкому человеку, — ее не замечают. И полагают, что делают правильно, хорошо делают, тренируют и воспитывают. Идут быстрым шагом, энергично, не замечая, что близкому тяжело. Он не успевает. Он еле тащится где-то сзади. И его окликают сурово: «Ну, где ты там? Ты отстал, давай скорее!» А он не может скорее. Но все равно идет. Его же зовут. Ждут, нетерпеливо притопывая ногой. И он ускоряет шаг из последних сил. Такая вот прогулка получается.

Так бывает не только в семье. Так бывает и на работе. Симпатичному любимчику отдают чужие клубничины и несут на руках. Да пусть несут! Не в этом дело. Дело в несправедливости, которую даже обезьяны понимают.

Когда за выполнение одного и того же задания одним обезьянам давали виноград, а другим – огурец, мартышки с огурцом были грустными и плохо выполняли задание потом. Им обидно было. И людям обидно. Унижение это, вот что это такое.

В дороге мы отвлекаемся от повседневных забот и тревог. Мозг перенастраивается, обновляются нейронные связи. На самом деле становится лучше на душе, несмотря на хлопоты и дорожные неудобства.

Так одна женщина в тяжелое время нарезала бутерброды, собирала маленького сынишку в путь. И они в воскресенье ездили на электричке в соседний городок. А летом – в деревни покрасивее и побольше. Сколько было важных дел: изучать расписание, узнавать про достопримечательности – очень скромные, собираться в дорогу, наливать чай в маленький термос! Как хлопотал и радовался мальчик! Это было настоящее путешествие. А иначе она бы сгинула и захирела бы от мрачных мыслей, тревоги и душевной боли. И выходные были бы полны страданий вперемешку с хлопотами по хозяйству. И малыш играл бы один в углу, все понимая…

импульс все бросить и уехать – верный признак жестокого переутомления души. Можно понарошку все бросить. И недалеко уехать. Это все равно прекрасное лекарство для измученного и встревоженного сердца. А потом уж поедем в хорошее и обдуманное путешествие. Когда будет достаточно денег и времени.

Так бывает и с работой. Обещают прибавку жалованья, вожделенное повышение, улучшение условий, – да что угодно обещают. Или сам человек надеется. И из-за пригоршни орехов губит свою жизнь, здоровье, возможность карьеры. Он тщетно выколупывает орехи из кувшина и не видит других возможностей. А ловцы обезьян посмеиваются в кустах над этими усилиями.

Так бывает и с людьми. Человек вцепился в того, кому он не нужен, кто его не любит и не ценит, но находится рядом. Дразнит своей мнимой доступностью. Играет в отношения и обижает недостойным поведением. Надо уйти, разжать лапку и отправиться на поиски других орехов, других плодов. Но так жалко разжать пальцы и отпустить схваченное, уже почти мое, уже осязаемое, ощутимое…

сейчас запахи изменились. Они резкие, сильные, яркие. И совершенно мертвые. Неживые. Тени и муляжи тех запахов, что были в детстве. Может, конечно, это я изменилась. Может быть. Только вчера я понюхала розовое масло – а оно все такое же. Упоительно-нежное и прекрасное, меняющее весь мир. Масло осталось прежним. А духи – нет. Но от них осталась память. Память запаха. И флакончик напоминает о том запахе, который был живым когда-то. Когда все были живы…