«Помыслы в сердце человека – глубокие воды, но человек разумный вычерпывает их» Книга Притчей Соломоновых

20:5.

Часть Первая. Зяблик

Зяблик – птица отряда «воробьинообразные» семейства «вьюрковые», чье пение иногда принимают за пение соловья. Одна из наиболее распространенных птиц России.

Как жаль, что тем, чем стало для меня

твое существование, не стало

мое существованье для тебя...

Иосиф Бродский

Глава 1

Далеких дней

Былое чувство

Не покидает и сейчас.

Оно острее,

Чем безумство, –

Оно как цепь связало нас.

Тебе нельзя,

Ты всё забыла,

Страсть юности своей ко мне,

Но помню я,

Как ты любила

И каждый миг наедине.

Теперь ты там,

За океаном,

Любима кем-то или нет…

Я ж как Адам

Объят дурманом

Доселе, через столько лет.

Прошел рассвет,

Настала осень,

Но все же я не устаю:

Сквозь мили лет

И версты сосен

Твое я имя повторю…

– Что-о? Ты с ума сошла? Всё бросить? Мне это не снится? Ущипните меня!

– Марина, прекрати, пожалуйста. И так тошно, ты еще не начинай.

– Юля, ну нельзя же так, в самом деле! Ну что ты надумала? Это же безумие! И потом какой реакции ты ждешь от окружающих? Это же все воспримут одинаково! Юля Пересветова сошла с ума!

– Я всё решила. Ты же знаешь, что думать я могу долго, но если надумаю, то всё.

Несмотря на подавленное состояние Юли, Марина видела, что вид у той был вполне решительный.

– Ага! Вот я и говорю! Всё! – Марина покрутила пальцем у виска. – Тю-тю!

Юля корила себя за то, что согласилась с ней встретиться. За десять лет их знакомства она изучила Марину как облупленную и ожидала, что встреча не принесет ничего, кроме раздражения. Но ведь полностью отгородиться от людей было тоже нельзя. Юля бросила на Марину сердитый взгляд снизу вверх. В ответ та взяла ее за руку:

– Господи, холодная-то какая! На дворе же лето! Ну что с тобой, Юля? Нельзя же вот так взять и всё бросить из-за какого-то мужика! Ну посмотри на себя, ты же живой труп, высохла совсем! Не стоит он того, никто не стоит, слышишь?

Юля отобрала свою руку:

– Слышу. Не стоит.

– Возьми себя в руки!

– А с чего ты вдруг решила, что это всё из-за него?

Марина натянула на лицо покровительственное выражение, которое ей всегда очень шло. Она прекрасно знала об этом. Это была очень красивая блондинка лет тридцати, с прекрасной фигурой и лицом, притягивающим к себе взгляды всех окружающих. Большие темно-голубые глаза в сочетании с пухлыми ярко-розовыми губами придавали ее лицу чувственность на грани с эротизмом, но при этом оно не выглядело вульгарным. В меру короткий носик добавлял лицу немного детской непосредственности, что делало его обладательницу на вид чуть моложе своих лет. О да, Марина была настоящей чаровницей и умело пользовалась этим даром. А жертвами, конечно же, по обыкновению становились мужчины. Но поскольку большую часть своей жизни она пребывала в образе, ей трудно было остановиться даже в те моменты, когда этого не требовалось. Например, когда рядом не было мужчин, как сейчас. Юлю это нисколько не угнетало, а лишь немного забавляло. Она была начисто лишена чувства зависти: тотальная нехватка времени не давала ей возможности задуматься даже о своей собственной жизни. Юля просто наблюдала за подругой и, как ценитель всего прекрасного, любовалась ею, как если бы та была безмятежным небом. Или хрустальной вазой. Это уж исходя из текущего настроения. Но сегодня Юля не была настроена на созерцание.

– А что я должна думать? Кризис? Среднего возраста? Так вроде рано тебе еще.

– Я устала. От всего. Если я сейчас сделаю еще хоть один шаг в том направлении, по которому иду всю жизнь, меня просто не станет.

Марина нахмурилась:

– В смысле?

– Я перестану существовать. Как личность.

– Ты понимаешь, что ты в своем роде уникальна? И что ты намерена сделать? Пустить всё по миру просто потому, что тебе шлея под хвост попала? – Марина сделала театральный выпад кистью в сторону.

Юля вздохнула:

– Уникальна... Настолько, что потеряла всякий смысл своего существования. Уникальные люди не растрачивают себя по пустякам.

Марина сверкнула глазами на подругу, схватила салфетку и отшвырнула ее в сторону:

– Нет, я просто не могу тебя слушать! Ты меня бесишь, Юлька, убила бы тебя! Ты пустяками называешь свою жизнь? Да любая девчонка всё бы сделала ради того, чтобы хотя бы раз рядом постоять с теми людьми, с которыми ты каждый день ужинаешь! Душу бы дьяволу отдала!

Терпение Юли наконец лопнуло, и она вскрикнула:

– Хватит!

– Ты просто перетрудилась. Возьми отпуск. Отдышись. Развейся. Заведи роман. И не смотри на меня так, это верное средство, всегда надежно. Клин клином вышибают.

– Марина, ты меня утомила.

Юля поднялась с места и собралась уходить.

– Подожди! Пожалуйста, давай договорим.

Марина схватила ее за руку.

– Ты прости меня за резкость, но просто я впервые с таким сталкиваюсь, чтобы из-за проходных, в принципе, проблем человек себя собственными руками в такой тупик загонял.

Юля перевела усталый взгляд с узора на скатерти на Марину:

– Ты хочешь поговорить нормально? Тогда просто сиди и слушай. И не перебивай. Дело не в нем. Я уже давно чувствую, что моя жизнь катится не туда. Ты вот говоришь, что я себя в тупик завожу, а не понимаешь, что я уже давно в нем нахожусь. Я загнала себя туда еще пятнадцать лет назад, когда на одном жизненном перекрестке не там свернула. Мне бы это сразу понять, но я была еще слишком молода. – Юля выдержала паузу и взглянула на подругу. Похоже, что та наконец была готова ее выслушать. – Но я не снимаю с себя ответственности. Я всегда знала, что выбрала не свой путь, что он не принесет мне счастья. Потому что я занималась нелюбимым делом. Ради независимости, ради денег, ради того, чтобы что-то кому-то доказать. И когда всё уже всем доказано, наконец наступил момент осознания, что это никому не нужно. Даже мне.

Юля с грустью посмотрела на Марину:

– Ведь мы с мамой жили очень скромно до моего переезда в Штаты, но я была так счастлива. Больше я никогда такого не испытывала. – Она посмотрела в окно невидящим взглядом. – А Влад… Останься я здесь, моя жизнь была бы другой, но он бы вряд ли изменился. У нас с ним и здесь ничего бы не вышло. Просто я долго жила иллюзиями. А иллюзии – это и есть тупик...

Юля остановилась и серьезно посмотрела на Марину:

– Из любого тупика существует только один выход. Назад. Поэтому я должна остановиться и повернуть обратно. Я знаю, что нашла единственное решение. И ни ты, и ни кто другой меня не остановит.

Марина выдохнула:

– П-фу... Хорошо, допустим. Но ехать в неизвестном направлении, непонятно куда — это не выход!

– Почему непонятно куда? Как там было у Грибоедова? «В деревню, к тетке, в глушь, в Саратов!»? Это как раз из моей оперы...

В голове у Марины мелькнула мысль, и она протяжно произнесла:

– Знаешь... А это идея! Про Саратов... Есть у меня один знакомый...

– О нет, прошу не надо никаких твоих знакомых... Мне это точно не подойдет.

– Ты же долго не вынесешь на периферии. Начнется новый припадок, только уже на почве необустроенности и антисанитарии. Недели не пройдет, как назад вернешься! Оцени свои возможности трезво!

Юля задумалась. Что ни говори, а практичности ее подруге было не занимать. А вот у нее самой по части вольных путешествий опыт, надо сказать, отсутствовал. Когда она в последний раз жила вот так, по-простому, у курортной хозяйки или в привокзальном гостиничном номере в небольшом российском городке? Никогда.

– Он живет в шикарном доме со всеми удобствами в невообразимой глуши. До райцентра десятки километров. К тому же он человек занятой, дома практически не бывает. Обычно у него дела в городе, так что он там часто остается. Вы с ним вряд ли будете много видеться, если ты вообще его застанешь. Дом стоит в лесу, в природоохранной зоне. И знакомство у нас с ним не шапочное, так что я за тебя попросить имею полное право. Мне он не откажет.

Возбуждение, охватившее Марину, слегка удивило Юлю, но эта мысль не успела достигнуть ее сознания, ведь подруга уже продолжала:

– Теперь представь, какой рай я тебе описала! И как ты локти будешь кусать, когда через неделю, вылетая пулей из какого-нибудь Усть-Задрищенска, будешь вспоминать этот наш разговор и то, что ты меня не послушала.

– Идея, может, была бы и неплохая, – неуверенно произнесла Юля, – если бы не одно «но» ... У меня просто в голове не укладывается, как можно вот так просто взять и явиться в дом к незнакомому мужчине? И потом в качестве кого? Великовозрастной дамы-искательницы острых ощущений?

Марина театрально закатила глаза:

– Ой, Юля, я тебя умоляю! Всё не пойму, в какой вселенной ты живешь? Ты взрослая женщина, а ведешь себя как тургеневская героиня, честное слово! Перестань всё так усложнять! Это мой давний знакомый, я хорошо его знаю. Он серьезный человек, и в сферу его интересов входит исключительно работа. Поверь мне, он мало интересуется женщинами. Это я тебе говорю как специалист по данному вопросу.