Опасность ранней детективной классики состоит как раз в том, в чём повинен роман «Дело Левенуорта» (со второй буквой «в» как хотите, но у меня сильное подозрение, что вторая буква фамилии должна быть «е», а не «и»). Начинаются эти псевдо-аристократические манцы на тему «я – породистая кошечка (кот) и я ничего не скажу, потому как у меня такая предиспозиция, что меня безжалостно мучает одна только мысль о том, что мне будут задавать вопросы». При этом появляется сильное ощущение, что обнаружение преступника никого вообще не интересует, аристократические расшаркивания значительно важнее. В этом романе почти все так себя ведут, а повествователь мистер Реймонд постоянно мечется между своим хромоногим джентльменством и желанием что-то там понять. (Зато когда он сталкивается с женщиной более низкого происхождения, он свободно пользуется шпионажем и прочими нелицеприятными трюками профессии, которых ужасается в «приличном обществе».)
Вторая проблема романов того времени – чрезмерно подробные объяснения всего, что происходит. Эти две причины приводят к тому, что местами чтение становится не интересным, погружающимся в эмоциональные трепыхания и оставляющим мало места для собственно расследования. Ну а что делать, новые принципы писания детективов ещё не выработались, а тогдашняя публика привыкла к такой подаче сюжета.
Грин уже в те годы пробовала сделать преступником наименее вероятного персонажа, для чего применила не самый лучший трюк (ну всё же не Золотой век!). Кроме того, читателю ещё не даётся возможность угадать преступника – а тут выясняется, что сам мистер Грайс до последнего момента пребывал в сомнениях. Но тогдашнему читателю роман несёт много неожиданных поворотов, а коллегам лайвлибовцам будет приятно узнать, что у Грин есть и более эффектные произведения, даже если это – самое известное.