Глава 2 Суета вокруг бала

Вечером по возвращении в комнату меня ждал очередной сюрприз, Гастон чтобы его перекорежило Барруа, вальяжно развалившийся на моей кровати в позе Махи одетой? с полотна великого Гойи. Да блиииин! Итак, он перемещается по всему поместью и привязки личной вещью ко мне ему не нужно, хм.

– Гас? Ты по делу или как?

Я уже достала телефон, с намерением наконец позвонить Кириллу, весь день моя совесть колола и жалила. К вечеру даже обретя визуальный образ, маленький мышонок Джерри в плаще и шляпе мушкетёра, с крохотной шпагой, и собственно моя сонная совесть в виде ленивого кота Тома.

– Конечно по делу, мон шерри! Бал! Бал! Бал! Наконец хоть какое-то развлечение в этом захолустье! – в оживлении дух подскочил и начал вышагивать по комнате размахивая призрачной рукой. Ещё один энтузиаст, только этого не хватало, интуиция просто вопила, бежать!

– Ммм? И какое отношение к нему имеешь ты? – я уселась на кровать скрестив ноги по-турецки и с любопытством наблюдала за передвижением Гастона. От негодования дух подпрыгнул на месте и стремительно обернулся. При жизни он наверняка был натурой яркой, увлечённой и ранимой, и свой темперамент не растерял даже после смерти. Кстати, кстати, надо бы узнать как он умер… Возможно как и с дедушкой Матвеем внезапная насильственная смерть, не дает его призраку покоя?

– Я? К-как? Как это какое?! – его вид был настолько возмущенным и уязвленным, будто я нанесла ему смертельное оскорбление. Он постоял, поделал дыхательную гимнастику обмахивая лицо ладонями, потом глубоко вздохнул и заговорил со мной как с умственно отсталой, медленно и делая длинные паузы между словами.

– Ты, моя конфетка, моя воспитанница, и ты будешь блистать на этом балу! Как самая яркая звёздочка! Ты будешь держаться лучше всех! Твой танец станет самым грациозным! Твое платье и манеры будут самыми изысканными! Иначе я не шевалье Гастон Барруа! – патетически провозгласил он отодвинув одну ногу назад и заложив руки за спину.

Я со стоном упала на спину и прикрыла глаза, воспитанница, демоны! Каким-то диким вывертом я обрела таки ещё одну няньку на свою голову, причем так няньку с большой буквы Н! Ууу. Где же я так накосячила?

– Гас, а может не надо? – я приподняла голову и посмотрела ну ооочень жалобно, чувствую скоро это станет моим девизом. Возможно я даже включу его в резюме, которое все мечтаю составить. Что-то на подобии – «Громова Александра Дмитриевна, образование неполное высшее-художественное, особые навыки: видеть призраков, влипать в неприятности и неудачно влюбляться. Жизненное кредо-А может не надо? Из несомненных плюсов интроверт, с недружелюбным колючим характером, привычкой разговаривать сама с собой, и быть магнитом для обманщиков.» Ну а что, грустно? Зато честно.

– Надо ,Сеня, надо! – спалился в подслушивании вредный призрак.

Мои увиливания, угрозы и уговоры результата не принесли. Гастон был не пробиваем! Этот нематериальный извращенец даже пошел на шантаж. В отличии от Матвея Ивановича с его народным фольклором, шевалье брал своей пошлостью и безмерной распущенностью. По хозяйски разглядывая меня, когда я принимала душ, отвешивая пошлые комплименты и давая ещё более непристойные советы он довел меня до стадии озверения. Всячески мешал мне работать, прятал мои вещи и следовал за мной по пятам. Расписывал мне прелести балов, уверяя, что именно там девице моего возраста и надлежит присмотреть себе подходящую партию. Я держалась неделю, в очередной раз в душевой услышав : "а ты ещё там потри", и "хочешь помогу", я буквально взвыла.

– Ладно! Хорошо! Ты поможешь мне подготовиться к балу!

– Твои условия? – Гас сиял, его наглую рожу озаряла блаженная улыбка. Эх шарахнуть бы его сейчас моим двойным ударом холода!

– Ты не ходишь за мной в душ, – я начала загибать пальцы,– ты не рассказываешь мне о своих интимных похождениях, не прячешь мои вещи, ты перестаешь петь гимн французской революции, и ты не перегибаешь палку! Мы готовимся исключительно в свободное от практики время! – я лихорадочно соображала, что еще добавить в список требований, но мысль не шла, видимо потерялась по дороге. Демон на правом плече давал дурацкие вредные советы, а ангелок приговаривал «надо подумать» и пожимал плечиком.

– Ладно, хорошо моя звёздочка, хотя за гимн было обидно!

Он пытался сделать вид оскорбленный невинности, но лукавые глаза выдавали его по полной. Так незаметно я позволила втравить себя в ещё одну авантюру.

Мы занимались танцами у меня в комнате, но очень скоро выяснили, что наши миры не так уж и отличаются друг от друга, в академии нам преподавали танцы и благородные манеры ещё не первом году обучения. И конечно я имела отлично по обоим предметам. Если не сильно вдаваться в названия танцы были очень похожи, даже нудный штроф в этом мире именуемый полонез присутствовал.

Гас немного подтянул меня в этикете, языке вееров, ага и такой существует. Хотя есть подозрение, что на предстоящем балу общаться таким образом мне будет не с кем, потому как никто кроме меня его не знает. Парням о своей подготовке я не распространялась . Семён вроде как смирился, но планировал бал посетить на полчаса и сразу слиться, Косте я из вредности мотала нервы и отвергала предложенные его приятелем платья одно за другим.

Да и не скажешь ведь, что благородным манерам и танцам меня обучает сластолюбивый призрак. Хотя Сёма все чаще поглядывал на меня задумчиво и встревожено, скорее всего из-за моей рассеянности и внезапных кивков головой или взмахов рукой. Конечно я делала вид, мол муху отгоняю, ага такую большую французскую муху, но причина была в навязчивости моего наставника и его почти постоянном присутствие рядом. Даже в мастерской я работала под аккомпанемент его постоянной трескотни.

А потом прозвучало роковое.

– Ну что же, теперь пора нам добыть тебе платье.

Я стояла перед зеркалом, вставленном в дверцу шкафа и расчесывала на ночь свою гриву. Гас сидел на кровати и мечтательно разглядывал потолок, и эту фразу произнес с видом полнейшей невинности.

Я медленно повернулась и слегка заикаясь спросила:

– В смысле, добыть платье? – повеяло неприятностями. Я кажется скоро начну различать их тонкий аромат, верхние ноты-тревожности и смятения, ноты сердца-страх, паника и самобичевание, и наконец шлейфовые ноты ночные кошмары и тотальное недоверие к людям.

– Платья Ольги тебе подойдут, – ничуть не смущаясь сказал этот авантюрист ощупывая взглядом мою фигуру в пижаме с заячьими ушками и хвостиком.

– И где мы их возьмём? – я осторожно подкралась на маленький шажок, продолжая расчесывать волосы. Оказалось в условиях нашего договора надо было указать и этот момент, не втравливать в сомнительные поиски.

– В сундуке, где же ещё? – не замечая моих маневров, беспечный призрак продолжал разглядывать потолок, явно что-то прикидывая в уме и мысленно перебирая гардероб Ольги.

Я тоже глянула на потолок, затем на Гаса, а потом сделала ещё один шаг, совсем крохотный, но пальцы уже скрутило судорогой в предвкушении сомкнуть их на горле этого затейника.

– В каком сундуке, Гастончик? – он наконец-то почувствовал неладное, вздрогнул и уставился на меня. М-да переборщила с медом в голосе. Призрак тем временем начал тактическое отступление, попросту отползая на кровати.

– Так в каком мон шерри? – уже не сдерживая зверскую улыбку приблизилась ещё немного.

– Алекс, ты главное не переживай! Платья в сундуке, сундук на чердаке, в закрытой секции, там лёгкий механизм я все сам открою. – он судорожно сглотнул и отполз ещё дальше.

Ага значит, яйцо в утке, утка в сундуке, сундук на дереве, а деревьев там тьма тьмущая.

– Ты предлагаешь мне воровство? – слова «закрытая секция» въелись кислотой в мой здравый смысл и принялись прожигать дыры.

Ангел на правом плече завозился садясь удобней скрестил ручки на груди и решительно и твердо произнес: "Платье достанет Константин, нам не стоит идти на поводу у этого вздорного призрака. Это не законно – проникновение в чужом доме, вас могут поймать, и неужели, неужели м-мм тебе не страшно?"

С левого плеча послышалось : "Алексия, ну во-первых, целый сундук платьев, и ты выберешь то что по нраву тебе, во-вторых там должны быть перчатки, туфельки, броши, заколки и веер, настоящий, а не та гармошка из газеты которую ты слепила. И в-третьих, закрытая секция крошка, откуда нам знать, что помимо сундуков там храниться?" Выпалив это демон оторвался от подпиливания ногтей и победно глянул на правое плечо. Там лишь тяжело вздохнули и принялись шептать что-то на латыни, подозреваю молитву.

– Помилуйте мадемуазель, – воскликнул Гастон с видом профессора утомленного тупостью первокурсников, – какое воровство, у этих вещей больше нет хозяев! Мы просто найдем клад, небольшой, совсем-совсем небольшой. В общем волшебное слово "клад" прозвучало, добив то, что не разъело гипнотическое "закрытая секция". Пора признаться самой себе, сомнительные авантюры, риск и возможные открытия – моя слабость.

В душе рождается волнение и азарт. Ладошки потеют, под коленками пульсирует жилка, сердце бьётся чаще и в голове становится легко и приятно. Похоже мы тут имеем некоторую форму адреналиновой зависимости, жаль, очень жаль нельзя у Макара Сергеевича уточнить.

Здравый смысл издох, мозг выключил свет и ушел спать, интуиция застрелилась, и только авантюризм потер ладошки и часто-часто закивал головой.

– Хорошо завтра займемся, а теперь спокойной ночи и до свидания.

– Опять будешь своему Сирилю звонить? – ревниво надулся Гас, произнося имя парня на французский манер, и сколько я не переучивала, не Сириль, а Кирилл, коверкал его и дальше. У него вообще сложная реакция на Кирилла, и на Костю, в Семёне кстати он угрозы не видел. И это я ещё Максу при нем не звонила, то-то будет истерика.

Я только показала язык и набрала номер. С Киром мы созванивались через день, подолгу говорили, я рассказывала о поместье и работе, конечно умолчав о Гастоне, он рассказал смешные случаи из своего прошлого. О Гамбурге говорил мало, кроме офиса и гостиничного номера и описывать нечего. Кажется с расстоянием флер романтичности немного развеялся и я могла более трезво взглянуть на парня и наши отношения. И мне не нравились мои открытия, Кир безусловно положительный со всех сторон, и кажется я действительно ему нравлюсь, да и он мне, чего уж скрывать, и в то же время что-то меня тормозит. Наверное он слишком похож на Маркуса, не внешностью, нет, но вот отношением ко мне и своим идеальным образом, очень. Все во мне будто твердило, стоп Алексия, стоп, присмотрись, ты не можешь опять так встрять, у тебя нет права! И ещё меня насторожил недавний разговор с Танюшей. Она проходила практику юридическом отделе большого завода, в ближайшем к нашему небольшом городе, дела шли хорошо, но скучно.

Коллектив порядочный, руководитель практики толковый, условия в общежитии сносные. Но однажды она спросила:

– Саш, а ты уверена что Кирилл в Германии?

– Что ты имеешь в виду? Мы созваниваемся, часто. И номер там явно заграничный, очень длинный и с кодом страны.

– Ну понимаешь, – она замялась, – понимаешь…

– Да говори как есть, Танюша, ты чего?

– Мне кажется я видела его позавчера, здесь в городе.

И подруга мне рассказала, как стоя на светофоре по дороге на работу из окна маршрутки, увидела машину Кирилла, ту самую черную Ауди. За рулём был определенно Кирилл, ну или его брат близнец, на крайний случай.

Как раз в тот день мы с ним созванивались, и он отчитался о дне проведенном в Гамбурге на скучнейшей встрече с немецкими арендаторами. Поблагодарив подругу, я отключилась и призадумалась, м-да информация к размышлению. Потом глянув на часы, всего то десять, время детское, позвонила Славику нашему одногруппнику. Славик был художником по принуждению, по призванию он был хакером и компьютерным гением.

– Слав привет, это Саша Громова.