Цитаты из книг автора «Анна Гаврилова»

Кузя. Маленький «котик» при встрече высыпал на меня с сотню бранных слов уровня «бли‑и‑ин» и «реди‑и‑иска». И честно заверил, что покусает, причем в этот раз не врагов, а меня. За то, что с таким постоянством в неприятности влипаю.

Желания повернуться к Дану и сказать: «Во-от! Слушай и запоминай!»

торого платья – того самого, которое к следующему приему готовил, немного стушевалась и пообещала сказать чуть позже. Просто возникло одно подозрение… Закончив разговор с Марком, я обратилась к Тамиру, и подозрение оправдалось. – В ближайшее время никаких светских мероприятий, – морщась, сказал муж. – Только на последний прием сезона сходим, и все. Я такому решению порадовалась, однако прежде, чем успела эту радость озвучить, услышала: – Но если ты хочешь, то мы, конечно… – Нет, – спешно перебила я. – Не хочу! Я действительно не хотела и мысленно поблагодарила Араю с Сацалией за вмешательство. Ведь именно инцидент в доме ри Крамов заставил Тамира изменить точку зрения. Эта новость значительно улучшила и без того чудесное настроение. А когда мы, по наводке того же Марка, включили галавизор, меня пробило на смех. Клянусь, до сего момента я свято верила в благоразумие риторской прессы, но… В общем, по всем каналам галавидения планеты шли кадры нашего с Тамиром общения. Те самые, когда мы никого и ничего, кроме друг друга, не замечали. Главнокомандующему такой взгляд на ситуацию понравился. Он, как обычно, сдерживался, но я-то видела – Тамир рад. И тут снова вопрос благоразумия риторской прессы возник. В частности, появилась догадка – ведь знали, поганцы, что транслировать… Только заморачиваться я все-таки не стала. Понаслаждалась кадрами своей неадекватности и вернулась к распаковке вещей. А уже вечером еще один эпизод случился. И как отнестись к нему, я действительно не знала… Желания спускаться в один из ресторанных залов отеля ни у меня, ни у Тамира не имелось, поэтому мы заказали ужин в номер и ничуть не удивились, услышав через некоторое время звонок в дверь. Тамир тут же отправился открывать, а я продолжила валяться на застеленной кровати – муж обещал позвать, когда сервируют стол. Однако оклик прозвучал гораздо раньше, всего через пару минут. Это вызвало некоторое недоумение, и я, разумеется, встала, чтобы проследовать в

Ничего не было! – запрыгивая на постель, воскликнула я. – Зяб, это не мы! Мы спали! – Ага! Как же! – Не пойман – не вор. Спали мы!

С этими словами лис, мнящий себя котиком, поднялся и с гордым видом направился ко входной двери, но… Но, разумеется, был пойман и сжат в объятиях. Защитник мой плюшевый. Лапа моя. Вот он – лучший мужчина Академии Стихий. И вот у кого некоторым рыжим, да и не только рыжим, учиться нужно!

Я застыла и приготовилась атаковать. Ну, то есть защищаться

рять – вот два движущих фактора в любой, и не только политической, игре. Остальное – только поводы. В случае с тобой поводом

очень хорошо понимала, что «тараканы» бывают разные. Со многими из них можно быть хорошо знакомым, а о других до поры до времени даже не подозревать.

ообще, в этот момент родной мир показался вдруг таким далеким, таким недосягаемым. И жизнь, которая всего три недели назад была для меня нормой, стала восприниматься как очень давнее прошлое. Неожиданно пришло осознание: мое настоящее – это Полар, и только решив проблемы там, я смогу строить свое будущее.

Что я знала о тюрьмах? То же, что и все благовоспитанные девушки Верилии: тюрьма – это грязно, страшно и в высшей степени ужасно. Благодаря Милану и господину Вакирсу выяснила, что это еще сыро, тесно и совершенно омерзительно.