Цитаты из книг автора «Анна Гавальда»

– Благодарю тебя, ты произнес именно те слова, которых я ждала. Да-да, я проделала весь этот путь, чтобы услышать два этих слова. Это было слегка рискованно. Я что-то мямлил, тоже хотел подняться, но зацепился за ножку стола… Она сделала мне знак:– Не двигайся.Глаза ее сверкали.– Я получила то, что хотела. Мне никак не удавалось с тобой расстаться. Я не могу провести жизнь, ожидая тебя, но я… Да нет, ничего. Я должна была услышать эти слова. И увидеть твою трусость. Пощупать ее, понимаешь? Нет, не двигайся… Не вставай, говорю тебе! Не шевелись! Я сейчас уйду. Я так устала… Если бы ты знал, как я устала, Пьер… Я… я больше не могу…Я встал.– Скажи, ты отпустишь меня? Дашь свободу? Ты должен отпустить меня сейчас, должен дать мне уйти… – Она задыхалась. – Ты отпустишь меня, правда?Я кивнул.– Но ты ведь знаешь, что я тебя люблю, знаешь? – напоследок выговорил я. Она была уже у двери и обернулась, прежде чем переступить порог. Пристально посмотрела на меня и отрицательно покачала головой.

Я смотрела на жизнь иначе, но почему бы и нет? Хочу попробовать. В конце концов, что я теряю? Трусливого мужчину? А что выигрываю? Удовольствие засыпать иногда в твоих объятиях… Я все обдумала – и хочу попробовать. Решай.

Возможно, меня это устраивало. «Устраивало»… До чего же уродливое слово. Возможно, так мне было удобно – иметь и надежный тыл, и африканскую страсть. Домашний ужин по вечерам и острые ощущения время от времени… Как хорошо – и сыт, и в форме себя держишь. Практично, удобно…

Мне теперь хочется остановиться, прервать этот бег, потому что жизнь с вами прекрасна. Я говорила, что попробую жить без вас… Я пробую, пробую, но у меня не слишком получается, я все время думаю о вас. И вот я спрашиваю – наверное, в последний раз, – как вы намерены поступить со мной? – Буду любить вас.– А еще?– Обещаю, что никогда больше не оставлю вас одну в гостиничном номере. Клянусь.Я уткнулся лицом ей в колени. Она потянула меня за волосы, заставила поднять голову.– И это все?– Я люблю вас. Я счастлив только рядом с вами. Люблю только вас. Я… Я… Доверьтесь мне… Она отпустила мою голову, и разговор на этом закончился. Я нежно овладел ею, но она осталась безучастной – просто не сопротивлялась. В этом была вся разница.

– Что с нами будет? – спросила она. Я промолчал.– Знаете, когда вы ушли вчера посреди ночи, оставив меня одну в этой комнате, я сказала себе, что такого больше не будет. Никогда, слышите? Никогда… Я оделась и вышла. Я не знала, куда пойти. Я не хочу снова пережить такое, не хочу лежать в постели и смотреть, как вы одеваетесь и уходите. Это слишком жестоко.Она с трудом выговаривала слова. – Я поклялась, что больше ни один мужчина не заставит меня страдать. Я этого не заслуживаю, понимаете? Не заслуживаю. Потому-то и спрашиваю: что с нами будет?

и когда она захотела взять меня за руку, я поспешно ее отдернул. «Вас что, здесь знают?» – спросила она, морща носик.

Я сметаю пыль, Обсуждаю, Сужу и Прощаю .

Учительницей с большой буквы, всю свою жизнь посвятившей пробуждению и воспитанию ума и воображения.

Так уж вышло, что меня воспитали без любви. Меня воспитали без любви, и откуда вам было знать, что значит расти в одиночестве и никогда не иметь вдоволь… как бы это сказать… не наобниматься вдоволь: от этого навсегда остается некая жесткость и неловкость. Я был, таким и остаюсь, жестким и неловким мужчиной.

Один раз, однажды в моей жизни меня вот так же вот кормили, с той же неподдельной строгостью и нежностью, лишь однажды. Эмилия, Яйя, как мы ее звали, маленькая эльзаска, служившая домработницей у моей бабушки в Ля Юшод – чудовищном нивернском доме, где я провел целое лето, предоставленный самому себе после смерти моего отца. Когда я был один