Перед скалистым подъёмом, ведущим ко входу в пещеру, замедлили шаги.

Ненадолго остановились, прислушались. Но пока ничего страшного не услышали, да и не увидели, хоть сколько бы ни вытягивали шеи и ни присматривались. Казалось, пещера совсем пуста, и если там кто-то прежде обитал, теперь точно покинул своё обиталище.

– Пошли, – скомандовал Петров и первым зашагал по извилистым выступам, впрочем очень даже напоминающим ступени, продолбленные когда-то давным-давно, а теперь обсыпавшиеся по краям и местами поросшие травой.

Товарищи его заспешили следом за ним.

У самого входа в пещеру тоже остановились.

– Эй! Эй! Эй!– прокричали все разом.

Снова на всякий случай прислушались. А потом осторожно стали заходить в узкий проём.

– Как здесь темно, – сказал Богдан.

Владик и Лёлик достали фонарики и включили их.

– И это предусмотрели, – одобрительно кивнул Петров.

Тотчас забрал у них один фонарь и сам стал размахивать им из стороны в сторону.

– Так лучше будет, – пояснил, чтобы не обидеть.

В самом деле у него получалось ловко выхватывать из темноты все углы, но пока ничего интересного дети не увидели. Двинулись дальше.

Вдруг устрашающий грохот заставил их отпрянуть. Но к этому моменту незаметно для себя они, увлечённые своим исследованием, прошли по пещере уже достаточно далеко и несколько раз свернули за скалистые выступы, так что теперь спинами наткнулись на холодные камни и запаниковали, понимая, что не знают куда бежать.

– Стойте, не двигайтесь, – попытался успокоить их Петров.

Он по-прежнему держал фонарик впереди себя и теперь посветил им прямо на источник шума.

– Что, припозднился на этот раз? – сказал он кому-то с грозной иронией.

Спутники его вскоре тоже разглядели вдалеке того, кого он увидел первым.

В углу пещеры, как и они прижавшись к камням спиной, стоял напуганный паренёк. Он был явно старше их, подросток, рослый и угловатый – неуклюже при этом долбил палкой по каким-то прикрученным друг к другу железякам и выглядел очень странно, лицо его и вовсе было неестественного цвета – возможно от испуга и волнения.

– Что с тобой? – спросил у него Петров.

С этими словами, уже вовсе не робея, посветил прямо ему в лицо. Тот зажмурился.

– Ха! Да он тут играет в индейцев! – догадались остальные, понимая, что такой красный обитатель пещеры вовсе не потому что испугался.

Вокруг глаз у подростка были очерченные углём круги, а щёки и подбородок разрисованы так ярко, будто выкрал он у своей мамы праздничную перламутрово-алую губную помаду. На голове торчали огромные гусиные перья, а вокруг шорт висело накрученное как-то по-своему разноцветное тряпьё – в общем отдалённо всё это напоминало индейский наряд.

– Умора! Индеец на тропе войны! – стали потешаться над ним.

– Это же наш заика! – узнали его, несмотря на нелепый внешний вид.

Все знали этого подростка, который учился уже в старших классах, но говорил так плохо, что никто не мог ничего разобрать. Учителя всегда ставили ему плохие оценки, но в основном и не спрашивали.

– Ну-ка икни, как ты умеешь! – хихикнул в конце концов Петров и кинулся на подростка с кулаками.

Впрочем, навряд ли у него было намерение подраться, но тот напугался, метнулся в сторону.

– Вот и проваливай, беги отсюда подальше! – прокричал ему вслед Богдан.

Все они всегда старались подыгрывать своему авторитетному товарищу, и потому посматривали на него, довольные, когда замечали, что он одобряет их действия.

Подросток прошмыгнул мимо них, всхлипывая и явно желая что-то сказать, однако слов они не разобрали.

– Му-му, – поддразнили его Владик с Лёликом.

И потом все разом засмеялись.

– Больше сюда не приходи, теперь пещера наша! – прокричал ему вслед Серж и тоже посмотрел на Петрова.

Тот улыбался, довольный их победой и гордый от своей смелости, которая в очередной раз вызвала восхищение у его друзей.

Тотчас они разбрелись по пещере: принялись заглядывать повсюду уже совершенно спокойно, зная, что больше бояться нечего – им стало любопытно, что же привело сюда этого заикающегося паренька.

– Наверно с ним никто не дружит, вот он и стал играть сам с собой, – предположил кто-то из компании.

Иногда в их разговорах было вовсе не важно, кто что скажет.

– Смотрите-ка, он не просто так тут играл, – проговорил Петров, направив свет фонаря на дальнюю стену.

Там все увидели несколько ярких рисунков, абстрактных и непонятных, но почему-то они заинтриговали.

– Что это? – удивлённо стали гадать они.

– Может что-то из школьной программы, что мы ещё не успели изучить? – предположили Владик и Лёлик, они всегда держались вместе и многие даже думали, что это братья-близнецы.

– Навряд ли он тут выполняет домашние уроки, – хохотнул Богдан.

Однако все понимали, что в нарисованном есть какой-то смысл.

– Проникся обрядами индейцев и шаманит тут, – предположил в свою очередь Серж.

– Ага, возможно думает, что это избавит его от заикания, – сказал насмешливо Богдан.

Но над столь циничным предположением никто не засмеялся – всё-таки все они были из одной деревни и в глубине души каждый понемногу желал этого неполноценного паренька.

– Смотрите, тут и его тетрадь, – с этими словами Петров вытащил из угла свёрнутую в трубочку и перевязанную лентой старую школьную тетрадку.

– Точно уроки учит! Ха-ха! – засмеялись остальные. – к сентябрю отличником станет. Вот потеха!

В тетради оказались какие-то странные записи, которые Петров не стал читать вслух. Все притаились, а он медленно и задумчиво перелистнул несколько страниц. Потом протянул тетрадь ребятам, тыча пальцем в начало первого абзаца.

– Наш индеец оказывается чрезвычайный умник, – сказал он. – прямо гений-изобретатель.

В это время товарищи его принялись читать написанное – молча, каждый про себя, заглядывая друг другу через плечо, но удавалось это с трудом, потому что было темно, хотя почерк у подростка был ровный, разборчивый и даже красивый.

– Кстати, надо разобраться в этом его изобретении, – продолжал Петров. – и непременно опробовать его. Кто со мной?

В тетрадке было много всего непонятного, но ребята уловили главное: подросток этот, чрезвычайно увлечённый какими-то индейскими учениями, узнал откуда-то ценнейшую информацию и теперь пытался повторить их изобретение. А изобрели эти древние мудрецы ни больше ни меньше, а прямо волшебный портал, способный переместить, куда угодно. Вот только, куда именно, мальчишки не смогли понять.

– Похоже измучился бедолага от своего заикания, вот и поверил в заморские чудеса, – скептически рассудил Богдан, ему теперь стало особенно жаль этого подростка, которого и прежде они считали неудачником.

– А ты значит в чудеса не веришь? – спросил тотчас Серж.

– Нет, волшебство только в сказках случается, а мы не маленькие дети.

– Взрослые что ли такие? – насмешливо прервал их диалог Петров.

Мальчишки сразу замолчали.

Каждый про себя удивился – поняли они, что этот их смелый товарищ в сказки до сих пор верит, и едва сдержались, чтобы не рассмеяться. Ведь над Петровым смеяться было нельзя, потому что он был сильнее их и запросто мог поколотить.

– Вооружение наше вовсе не пригодилось, – сказал Лёлик и отбросил в сторону свою палку.

Она в самом деле была ненужная, однако Владик рогатку свою продолжал крепко держать, да и Серж не расставался с игрушечным пистолетом. А Богдан намотал верёвку на руку, так что она его вовсе не обременяла.

– Когда солнце проникнет в расщелину и коснётся красного шара, следует встать в круг и дождаться полудня по солнечным часам, – прочитал он вслух.

Остальные ребята боязливо поёжились от услышанного, будто всем им оно показалось неведомым священным писанием, которое нельзя разглашать, а можно только прочитать самому потихонечку и запомнить. Или не запомнить, если в написанное не поверил. Но все почему-то поверили. И детские сказки показались им совсем примитивными по сравнению с тем, что теперь довелось узнать.

– Хотелось бы разобраться, где здесь красный шар и этот заветный круг, о котором тут говорится, – сказал Лёлик.

– А вот эта штуковина похожа на солнечные часы, – сказал Серж, вертя в руках обыкновенную палку.

Была эта палка аккуратно отшлифована со всех сторон, один её конец оставался перепачканный землёй, а другой заострён так изящно, что напоминал стрелку часов.

– Это обычная палка, – возразили ему Лёлик и Владик.

– Вовсе не обычная. Неужели вы никогда не делали солнечных часов? – спросил их Серж.

– Нет, не делали.

– А мы с отцом делали. Я научу вас определять, как они показывают время. Кстати, я и цифры заметил, также аккуратно выведенные на камнях у входа – теперь понятно, для чего они.

– Вот и шар, – воскликнул Богдан.

Перед этим он долго внимательно рассматривал рисунок на стене пещеры.

– Значит с другой стороны должна быть какая-то расщелина, – рассудил Петров.

Тогда свет своих фонариков они направили туда и вскоре нашли отверстие, совсем небольшое – похоже было, что его выдалбливали в скале каким-то острым предметом и делали это достаточно долго.

– Сомневаюсь, что продолблено насквозь, – заметил Богдан, изучая углубление, касаясь его ладонями.

– Всё равно полдень уже прошёл и мы не совершим ритуал, – серьёзно проговорил Петров.

– Тогда попробуем проделать это завтра? – осторожно поинтересовались ребята.

И он кивнул.

Уходить они не спешили, почему-то медлили, не понимая, впрочем, чего ждут…

Первым спустя недолгую паузу заговорил Серж – думать всегда у него получалось лучше остальных, однако вот исполнять задуманное он не всегда осмеливался.

– Ведь этот пацан может сюда вернуться, – сказал он. – теперь он станет предусмотрительней и как-нибудь забаррикадирует вход.

– Не исключено, – нахмурившись, кивнул Петров.

– Надо остаться тут до утра, – предложил Богдан.

Все понимали, что это очень хорошее предложение, даже интригующее, и каждый по-своему представил такую ночёвку. Но при этом все ещё понимали, что родители их не отпустят. Впрочем может кому-то и повезёт, только точно не всем.

– Пожалуй, я схожу сам и отпрошу всех, – предложил Серж.

Ребята тотчас оживились. Родители каждого из них уважали этого мальчишку особенно, так что всегда ставили его всем в пример, в общем, доверие он вызывал, оставалось только придумать, что бы такое убедительное он мог сказать, чтобы затея их удалась наверняка.

– Скажи, что я ногу подвернул, – предложил Богдан.

– Нет, не годится, – возразил Петров. – родичи всполошатся и тогда вовсе сами прибегут.

– Тогда, что мы забрели далеко и устали, – сказал Лёлик.

– Тоже не то.

– Я просто скажу, что мы хотим переночевать в пещере, потому что ночи сейчас тёплые, а у нас начались каникулы, – сказал тогда Серж.

Петров одобрительно кивнул.

– Правдиво и потому убедительно, – заметил он. – думаю, никто не станет возражать.

Когда Серж убежал, мальчишки спустились к реке и принялись доставать из-под камней прятавшихся там раков – планировали развести костёр и поужинать ими. Раков в те времена в Аю было полно и дети быстро наловили их целую кучу.

– Интересно всё-таки, а куда именно может переместить нас всех этот волшебный портал? – сказал спустя время Владик.

Все чувствовали, что в индейское волшебство они верят всё сильней, так что даже само это особенное место на берегу реки начинало казаться тоже волшебным – явно не зря подросток забрёл в эту пещеру, знал он что-то помимо написанного… От такого ощущения нераскрытой тайны волнение охватывало всё больше.

Вечером не темнело допоздна, и все с нетерпением ждали Сержа. Не знали, который уже час, потому что солнце продолжало светить, хотя уже совсем близко к горизонту.

– Вот и солнечные часы сейчас бесполезны, – сказал Богдан, вертя головой в поисках солнечного шара.

Но солнце в это время уже скрылось за выступом скалы и здесь всё было в тени.

– А если мы попадём в какое-нибудь другое измерение и все исчезнем отсюда навсегда? – со страхом предположил Лёлик.

– Или попадём к индейцам племени Майя? – интригующим шёпотом добавил Владик.

– Индейцев тех уже давным-давно нет на свете, – выпалил, хохотнув, Петров.

– Они умерли, да? – переспросил Лёлик.

– Ага, переместились все до одного в другие миры, – сказал Петров.

Тогда уже все засмеялись и даже такому боязливому Лёлику этот не совсем добрый юмор тоже понравился.

Потом вернулся Серж.

Мальчишки уже не надеялись, что он придёт: думали – родители не отпустили. Однако он задержался, потому что едва волок, взвалив на спину, большое одеяло. В одной руке при этом держал настоящий походный котелок, а в другой – сумку, от которой тянулся вкуснейший аромат, так что даже издали ребята почувствовали его.

– Вот это нам как раз сейчас прямо необходимо! – воскликнул Богдан, выхватывая из его руки котелок.

Тотчас налили туда воды и высыпали всех пойманных раков. Развели костёр.

– Одеяло широченное, все поместимся, – с гордостью в голосе проговорил Серж, бросая эту свою ношу прямо на камни у входа в пещеру.

– Ну, если среди нас отыщутся особые мерзляки, – хихикнул Петров скептически.

Всё-таки впятером навряд ли они поместились бы там, ведь были уже не настолько маленькими.

– А в пакете чего? – спросил Лёлик и протянул руки, чтобы заглянуть туда.

– Оладьи, мамка сейчас только нажарила, – ответил Серж. – ещё не остыли.

– Класс! У нас прямо настоящий походный ужин! – воскликнул Богдан восторженно.

– Первый в жизни! – добавил Петров.

Наверняка при этом каждый про себя подумал, какие они теперь взрослые.

Оладьи разошлись быстро – аппетит у мальчишек разыгрался особенно от ощущения этой самостоятельной жизни и от того, что родительский контроль понемногу ослабевал. Потом добрались и до раков.

– Пить хочется, – сказал Владик.

Хотели пить и все остальные. Но здесь не было такого привычного деревенской ребятне парного молока. Всё же они не огорчились. Вскипятили речной воды и набросали туда листьев лесной мяты – получилось вкусно и вполне по-взрослому.

Потом они ещё долго вспоминали эту ночь и то ощущение предвкушения, которое испытывал каждый, думая о том особенном индейском ритуале, которые собирались они провести на следующее утро.