Глава 10. Плавание по селёдке

Море было совершенно спокойным. Плот неторопливо скользил вдоль скалистых берегов. И Моляк лишь изредка брался за весло, чтобы обогнуть какой-нибудь утёс.

Маруся купалась, загорала и чувствовала себя замечательно. А вот Розалию всё раздражало: ей не нравился плот, и море, и шум волн…

– Я плохо плаваю, – говорила она. – И вообще коровы – животные сухопутные!

– Почему же, – возразил Моляк. – Я видел и молских колов и даже их ловил…

– Морские коровы? – фыркнула Розалия. – Какая глупость! Ну и чем же они питаются? Рыбой?!

– Зля смеётесь, – обиделся Моляк. – Бывают не только молские коловы, но и ежи, лисицы, собаки и даже котики.

И он поведал историю о том, как однажды на их судно сообщили о прибытии адмирала. Капитан вызвал бывшего боцмана к себе: «Передай команде, чтобы через час все стояли наглаженные и с начищенными кортиками». Моляк всё передал, как положено. Но из-за произношения матросы поняли, что им нужно быть «с начищенными котиками». И к приезду адмирала восемьдесят человек стояли на палубе с котами в руках…

– А при чём здесь морские котики? – спросила корова.

Моляк не ответил, глаза его вдруг округлились:

– ОКУЛОК!.. Вижу ОКУЛОК!

Розалия замычала, как аварийная сирена:

– Маруся! Акулы!

Девочка выскочила из воды точно ошпаренная:

– Где? Где акулы?!

– Да не акулы, а окулок, – смущённо пробормотал Моляк, вылавливая из воды веслом мокрый окурок. – Кулить очень хочется, я неделю не кулил…

– Во-первых, курить вредно! – строго сказала Розалия. – А во-вторых, следи за языком. Тут иногда такое случается: скажешь слово и…

Словно в подтверждение её слов мимо плота лениво проскользнул треугольный плавник, а за ним – ещё два.

Девочка и корова ахнули и попятились на другой край плота.

– Спокойно! – скомандовал Моляк. – Я десятки лаз тонул следи акул, я даже слажался с клокоди…

– Молчи! – взревела корова.

– Почему? – не понял Моляк.

– КЛОКОДИЛ, – прошептала Розалия, – страшное морское чудовище. Стоит громко произнести его имя, как он всплывает из глубины. Мне рассказывали, что, когда Клокодил поднимается, море кругом клокочет, как кипячёное молоко в котле… Ударом хвоста он разбивает огромные корабли!

Моряк изумлённо присвистнул.

– Я же говорю, здесь всё бывает… А вообще я заметила, что больше всех болтают те, кто не умеет говорить!

– Яколь мне в пасть, – ударил себя в грудь Моляк, – если я ещё что-нибудь скажу…

– Якорь не надо, – засмеялась Маруся. – Лучше – палочку, от неё пользы больше!

Остаток этого дня и почти весь следующий Моляк не произнёс ни звука. Если не считать «ды-ды-ды».

– Бедняжка, – шепнула Маруся корове. – Представляю, как это трудно – целый день не разговаривать.

– Труднее, – ответила с раздражением Розалия, – когда тебя целых два дня не доят. И то я молчу!

Моляк прекратил упражнения, не говоря ни слова, снял свой котелок и принялся доить корову.

– А у тебя неплохо получается, – удивилась Розалия. – Интерес-но, где тебя этому учили?

Моряк что-то промычал, но не ответил. Похоже, он опасался новых насмешек коровы.

– Коровы говорят, люди мычат, – улыбнулась Маруся. – А самое удивительное, что я, кажется, уже ничему не удивляюсь.

Настроение Розалии улучшилось. Она перестала вздыхать и согласилась попробовать водоросли, которые нарвали для неё Маруся с Моляком.

– Это, конечно, не сено, но что-то в этом есть, – проговорила она, задумчиво жуя. – И вообще, если разобраться, ко всему можно привыкнуть и во всём найти свой вкус…

Больше в этот день ничего не случилось. Наступил вечер. Море было удивительно спокойным. Полная луна, дробясь и отражаясь в воде, освещала всё вокруг волшебным светом. Зачарованные её блеском, рядом с плотом плыли небольшие серебристые рыбёшки.

 
О, волшебная стихия,
О тебе пишу стихи я!
Как прекрасно с ветром
Плыть по во́лнам светлым… —
 

Розалия стояла на корме и сочиняла стихи.

Моляк с веслом, казалось, кивал им в такт. Но на самом деле он клевал носом, так как не спал предыдущую ночь.

– Ложись, – заметив это, сказала Маруся. – А я буду рулить…

– Ладно, – согласился Моляк. – Но будь внимательна. Если увидишь скалы, плыви поселёдке! А не то мы сядем на мель…

Глава 11. Буря

– Плиплыли! – сказал Моляк, протирая глаза. – Кажется, нас унесло в океан!

Действительно, берег исчез. Кругом, насколько хватало взгляда, была вода.

– Сама не знаю, как это случилось, – виновато пробормотала Маруся. – Я всё делала, как ты сказал: куда селёдка – туда и я!

– Какая селёдка?

– Ты сам сказал: плыви по селёдке, я и плыла за рыбками…

– Плоклятье! – воскликнул Моляк. – Я же хотел сказать: ПОСЕЛЕДИНЕ. Понимаешь, МЕЖДУ!

– Как говорила моя хозяйка: язык до Киева доведёт… когда нужно в Кострому! – фыркнула Розалия.

– Ничего, у меня есть компас! – ободрил их бывший боцман.

Но, достав из сундука прибор, ахнул: стрелка вертелась во все стороны…

– Не может быть! – вскричал он. – Здесь нет ни юга, ни…

– Я же говорила, что здесь всё может быть. Или ничего может не быть, что одно и то же, – заметила корова.

Моляк попытался сориентироваться по солнцу. Но небо было плотно затянуто тучами. К тому же ветер усиливался…

– Боюсь, не избежать нам були! – встревожился Моляк, проверяя узлы на верёвках.

– Какой ещё були? – спросила Розалия.

– Ну такой, когда можно сделать буль-буль, понимаешь?

– Неплохая рифма…

 
Тем, кто не боится бурь,
Не страшен никакой буль-буль!
 

Несмотря на усиливающуюся качку, корова держалась очень мужественно: по-матросски широко расставив все четыре ноги.