Цитаты из книги «Котлован»

А моя мама через загородку не перелезала, а все равно умерла! – Ну так что ж, – сказал Чиклин. – Буржуйки все теперь умирают. – Пускай умирают, – произнесла девочка. – Ведь все равно я ее помню и во сне буду видеть. Только живота ее нету, мне спать не на чем головой.

Ночь продолжалась в саду, вдалеке скрипела тележка Жачева – по этому скрипящему признаку все мелкие жители города хорошо знали, что сливочного масла нет, ибо Жачев всегда смазывал свою повозку именно сливочным маслом, получаемым в свертках от достаточных лиц; он нарочно стравлял продукт, чтобы лишняя сила не прибавлялась в буржуазное тело, а сам не желал питаться этим зажиточным веществом.

но Прушевский знал, что там нет ничего, кроме мертвого строительного материала и усталых, недумающих людей

Истомленный Козлов сел на землю и рубил топором обнажившийся известняк; он работал, не помня времени и места, спуская остатки своей теплой силы в камень, который он рассекал, – камень нагревался, а Козлов постепенно холодел. Он мог бы так весь незаметно скончаться, и разрушенный камень был бы его бедным наследством будущим растущим людям. Штаны Козлова от движения заголились, сквозь кожу обтягивались кривые острые кости голеней, как ножи с зазубринами

Лишь бы он по сословию подходил: тогда – годится

просил он, пассивный, не счастья у неба, а хлеба насущного, черного хлеба!

Ему уютней было чувствовать скорбь на земной потухшей звезде; чужое и дальнее счастье возбуждало в нем стыд и тревогу

он весь свет объяснил бы ребенку, чтоб он умел безопасно жить.

– Счастье произойдет от материализма, товарищ Вощев, а не от смысла.

Вощев не знал, куда его влечет, и облокотился в конце города на низкую ограду одной усадьбы, в которой приучали бессемейных детей к труду и пользе.