кто, интересно, придумал поговорку о том, что все, что ни делается, - к лучшему? и какой силой воли и верой надо обладать, чтобы так воспринимать жизнь? у меня не всегда получается. но в том, что иногда, в самые тяжелые, сложные, странные моменты жизни вдруг из ниоткуда появляются люди, которые берут за руку и ведут, выводят из тьмы, а потом так же, как появились, исчезают, я убедилась сама.
наверное, книга Андрея Ломовцева именно об этом. наверное, потому что послевкусие, послемыслие настолько странное, неоднозначное, неопределяемое в простые слова, что я подозреваю: каждый в этом сборнике увидит что-то свое. удивительный язык - плотно, густо, вкусно, жестко. каждый сюжет небольшого рассказа - озеро безнадеги, такой глубокой, что хочется утопиться. ближе к середине в прозе появляется надежда - тоооненькие-тоненькие росточки, такие, что непонятно, выживут или нет. открытые финалы глушат батогом по голове, задерживаешь дыхание, потому что поворот перед финалом всякий раз крут и не похож на предыдущий. я встречала в отзывах о "теплоте и душевности" - у меня было ощущение, что мне кто-то смотрит в спину, хотелось оглянуться, но я не оглядывалась, страшно))
спасение героев (а речь всякий раз идет о спасении) не похоже на разговоры под пледом с горячим чаем и плюшками. это, скорее, скальпель хирурга. резать к чертовой матери, не дожидаясь перитонита (папироса в углу рта, голос хрипит). и я понимаю, что так, наверное, лучше, правильнее, что шок шоком вышибают, но мороз по коже.
в рассказах - наши реалии: пандемия, спецоперация, с этим всем слабо вяжутся ангелы, но тем не менее, все так, все к месту.
если говорить об истории, которая мне понравилась больше всех, то это "Баба Зина". а если о той, что меня больше всех поразила, то я вспомню тетушку Олю.
спасибо, Андрей, это было очень необычное чтение. жестоки ангелы в нашем непростом мире, но все-таки, они есть.
п.с. было жалко героев. всех. так написать, чтобы всех хотелось жалеть, нужно уметь