Книга или автор
Опоздавшие к лету (сборник)

Опоздавшие к лету (сборник)

Премиум
Опоздавшие к лету (сборник)
4,0
11 читателей оценили
861 печ. страниц
2007 год
16+
Оцените книгу

О книге

«Опоздавшие к лету» – одно из важнейших произведений в фантастике последних десятилетий, хороший читатель поймет, что имеется здесь в виду. Фрагментарно опубликованный в 1990 году и вышедший в полной версии шесть лет спустя, роман задал высокую планку как самому автору, так и всей литературе того направления, которое принято называть фантастикой. Сам писатель понимает свою задачу так: «Я принадлежу к тем, кто использует фантастический метод изображения внутреннего пространства человека и окружающего пространства. В моем понимании фантастика – это увеличительное стекло или испытательный полигон для реального человека и человечества». И еще, его же слова: «Использование фантастики как литературного приема позволяет обострить читательское восприятие. Следование „мэйнстримовским“ литературным законам дает высокую степень достоверности. Корнями эта литература уходит в глубь веков, а на ветвях ее сидят, как русалки, Апулей с Кафкой, Гоголь с Маркесом и Мэри Шелли с Булгаковым в обнимку… А если серьезно, я пишу то, что хотел прочитать, но не смог – поскольку еще не было написано».

Про премии говорить не будем. Их у Лазарчука много. Хотя почему нет? Ведь премия – это знак признания. И читательского, и круга профессионалов. «Великое кольцо», «Бронзовая улитка», «Еврокон», «Интерпресскон», «Странник», «Золотой Остап»… список можно продолжить дальше. Ну и мнение братьев-писателей для полноты картины: «Лазарчук – фигура исключительная. Штучная. До последнего времени он оставался единственным (прописью: ЕДИНСТВЕННЫМ) российским фантастом, который регулярно и последовательно продолжал: а) писать востребованную публикой фантастику; б) максимально при этом разнообразить жанр своих вещей, не повторяясь, не впадая в грех тупой сериальности, всегда экспериментируя» (А. Гаррос, А. Евдокимов).

Читайте онлайн полную версию книги «Опоздавшие к лету (сборник)» автора Андрея Лазарчука на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Опоздавшие к лету (сборник)» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 1994

Год издания: 2007

ISBN (EAN): 9785389153974

Дата поступления: 17 августа 2018

Объем: 1.6 млн знаков

Купить книгу

  1. majj-s
    majj-s
    Оценил книгу

    Назвать Андрея Лазарчука писателем фантастом - все равно, что о Стивене Кинге сказать "пишет ужастики", а о Терри Пратчетте - "автор юмористического фэнтези". По той же самой причине - масштаб дарования много больше, чем рамки жанра, в которые такого рода классифицирование неминуемо загоняет творца. Довелось где-то читать, что в начале литературной деятельности трое писателей: Лазарчук, Пелевин, Столяров, декларировали приверженность ими же созданному направлению, которое назвали турбореализмом. Но в дальнейшем с упоминаниями о нем не сталкивалась, это так, к слову.

    Отдаю себе отчет, что мое отношение может быть необъективным, скорее всего им и является, но к я не нобелевский комитет по литературе, не критик и даже не литературовед. Читатель, эрудированный и обладающий уникальной способностью к оценке. Которая позволяет понимать толк в по-настоящему хорошей литературе и отводит Андрею Лазарчуку место среди ныне здравствующих литературных гениев. Единственного русскоязычного.

    Как это трудно, оказывается, говорить о том, что очень любишь, мучительно подбирая слова для выражения и отчаиваясь собственной скудостью. Особенно в сравнении с яркостью и силой таланта того, о ком пытаешься сказать. Писатель равно виртуозно работающий с литературными формами от короткого рассказа до романа-эпопеи. Человек, объединивший такого рода произведения в гиперроман, каждая из частей которого может рассматриваться, как автономная, но в совокупности они создают масштабную картину, совершенную в своей законченности..

    Потрясающий стилист, чей уровень владения словом способен породить в понимающем читателе чувства в диапазоне от "перехваченное дыхание" до "слезы восторга", просто читать глазами недостаточно, хочется произносить, пробовать на язык и на слух; ощутить возможно большим количеством органов восприятия.

    И это очень интеллектуальный автор, то самое "не для всех", что во много раз сужает круг людей, потенциально способных понять и оценить. В чистом виде массовому читателю недоступен. Но оказал огромное влияние на развитие современной русской словесности, как цитируемый, интерпретируемый, опосредованный.

    Знаете, это ведь проклятие нашей локальной местечковости. Интеллектуальный автор, потенциально способный быть понятым умным читателем в английском расширяет сферу влияния по экспоненте: англоамериканская монокультура Австралия и Новая Зеландия, Канада, массив Черного Континента, вся англоговорящая Европа и большая часть Азии. А есть еще Индия, Япония и Китай, да, боги мои, у нас в России как вырос за последние пару десятилетий сегмент читателей английской литературы в оригинале. Неудивительно, что сколько-нибудь заметный автор обретает достаточное количество читателей среди прослойки, формирующей общественное мнение. Дальше дело коммуникаций.

    Русский с точностью до наоборот. Только русскоязычные читатели и только в России. Из республик образованный слой вымывается, бывшие страны Восточного Блока демонстративно дистанцируются, а в Туркмении и Таджикистане, которые остаточно еще владеют, скажите, вам не смешно? Что для английского расширяется, для русского трагически и неминуемо сжимается. Потому максимум, на который можем рассчитывать в смысле самой влиятельной фигуры русской словесности - Виктор Олегович.

    И все же к теме. Космогония Лазарчука непроста. Сложнее, пожалуй, чем у любого другого автора, какого доводилось читать и не вдруг вычисляется. У него нет привычки подавать понятийные блоки кластерами: "это Мир", "он устроен так-то и так-то" "человеку в нем отведено такое-то место". Сведения о происхождении разбросаны по произведениям, могут создавать на поверхностный взгляд впечатление противоречивых, но это только если не даешь себе труда вдумчиво разобраться. Когда даешь - картина мироздания выстраивается в четкую непротиворечивую и удивительно стройную.

    Существует множество миров, помимо нашего, в большей или меньшей мере приспособленных для жизни человека, пребывающих в состоянии различных уровней развития человеческого общества, с преобладанием магии или науки, как движущей силы. Все имеет место быть одновременно и, как бы точнее выразиться - очень рядом. Не накладываясь буквально друг на друга, скорее с использованием свойства четвертого измерения бесконечно расширять внутреннее пространство контура, представляющегося замкнутым и локально отграниченным наружному наблюдателю.

    В некоторых местах и/или при использовании магических артефактов, и/или особенных умений (как собственных, так и внушенных) границы между мирами становятся проницаемыми, но это не путь туризма в принципе, за нарушение всегда приходится дорого платить. Физические свойства пространств столь различны, что пребывание в чужом чаще всего токсично для нарушителя. Не говоря о микронных или более ощутимых смещениях в восприятии происходящего, источнике дискомфорта и угрозе для психики.

    Это не взаимодействующая равновесная система: некоторые рода воздействие на события одного мира можно оказывать, изменяя реалии.сопредельного, но связь не шарнирная (сдвинул здесь - сместилось там), а скорее через систему рычагов, зубчатых колес и гладких валов, движущихся с разной скоростью. ( "не было гвоздя, подкова пропала, враг заходит в город, пленных не щадя"). Мощнейшим способом воздействия является ритуальная магия. Никаких примитивных жертвоприношений в очерченном круге - невероятно сложные динамичные образования из множества человеческих тел, перестающих в процессе ритуала быть самостоятельными единицами.

    Можно еще много рассказывать, но я уже и так наговорила больше, чем люди обычно готовы слушать. Еще только одна особенность, необычайно четко прописанная у Лазарчука. Подлинных людей очень мало абсолютное большинство везде составляют декорации, антураж, креатуры. Боюсь ошибиться, но кажется это отчасти платонов взгляд на мироустройство? А частью:: "Да кому вы страшны, вы ведь всего-навсего колода карт!" Алисы. И последнее, не близкое мне, глубоко противоречащее внутреннему убеждению - концепция сумасшедшего бога. Но об этом не буду. Имею право - текст мой.

  2. Inku
    Inku
    Оценил книгу

    Не отзыв, просто сумбурные заметки по ходу чтения.

    «Опоздавшие» — цикл научно-фантастических повестей, действие в которых происходит на протяжении ста (плюс-минус) лет на, скажем так, параллельной Земле. Объединены они общей темой: движение цивилизации — в тупик? — и сквозными персонажами.

    Первая повесть, Колдун, радует: там, конечно, такие Стругацкие-Стругацкие, что Лазарчук практически перестругачил Стругацких. Я скучаю по их мирам, а тут и Великое Одержание, и гадкие лебеди, кажется, совсем чуть-чуть — и Мак Сим объявится. Ну замечательно же.

    В «Мосте Ватерлоо» стругацкости стало еще больше, вот только она какая-то... слишком старательная,что ли. Получаю удовольствие от стилистических изысков и игр с формой, которые начались в «Колдуне» (шутка ли — первое предложение романа состоит из 403 слов, и в нем на одном дыхании описываются и место действия, и завязка сюжета. Толстой завистливо грызет ногти). А вот содержание никак не укладывается. Потому что «про войну», а я девочка? Вряд ли, я достаточно опытный читатель, чтобы не зацикливаться на фабуле. Топорно подана основная мысль? Излишне прямолинейно и истово, но никак не «топорно». Финал ожидаем, чувство неловкости нарастает.

    Четыре повести-интермедии читаю на быстрой перемотке, потому что общее направление понятно: идем след в след за Учителями. Вот уже и приморский городок с полувоенной полудиктатурой и какими-то странными подпольщиками. Эх, Жилина бы сюда. О, а вот и благородный чекист, и людены подтянулись, правда, самопальные. И Лес, версия 2.0, технократическая. Надо же, лобовая аллюзия на кредо Сикорски (о запахе серы). «Жестяной бор», пожалуй, самая слабая часть цикла.

    Последний рывок, «Солдаты Вавилона». Из-за нарочито усложненной структуры в голове все время вертится сакраментальное «Они хочут свою образованность показать и всегда говорят о непонятном». Недосказанность как основной прием хороша, но в данном случае мне блазнится, что Лазарчук сам запутался в вариациях на темы прогрессорства. Поэтому и финал открытый.

    Я понимаю, что параллели со Стругацкими уже надоели, но что поделать, если как самостоятельное произведение я воспринимать этот роман не могу. Да, акценты смещены, и главная угроза не неведомые Странники, а — не скажу, терпеть не могу спойлеры :) Да, космоса нет вообще: в шестидесятые еще можно было почти всерьез верить, что Солнечная система будет освоена в ближайшем будущем; в девяностые — и в жизни, и в фантастике — все завязано на информационные технологии. Еще одно существенное различие: у Стругацких была Далекая Радуга, у Лазарчука же — один беспросветный Саракш. И все равно слишком похоже, по интенции, по композиции, по стилю.

    Разумеется, это нельзя назвать подражанием или эпигонством. Это Школа, талантливое ученичество. Если бы не было Мира Полудня, то, думаю, мне бы очень понравилось, да вот беда — я равнодушна к фанфикам, пусть и искусным.

  3. Neznat
    Neznat
    Оценил книгу

    Это первый том прекрасной антиутопии Лазарчука, и я понятия не имею, почему у них такой странный ISBN. Вроде не пиратское издание.
    Предисловие Стругацких, послесловие Переслегина, отличные иллюстрации и рвущий сердце текст. Мне особенно дорога часть о "Мосте Ватерлоо" - я после этой книги не посмотрела больше ни одного фильма о войне.

Цитаты из книги «Опоздавшие к лету (сборник)»

  1. если вдуматься, то получается, что вся история человечества – это вовсе не история его развития, а история преобразования им природы, и не более того.
    4 января 2020
Подборки с этой книгой