Часть 1: Куклы.

Большая ярмарка была полна звуков и запахов. Люди, как рой жужжащих диких пчёл, сновали во все стороны, пытаясь найти нужный цветок с самым сладким и манящим запахом. Одну пару заинтересовал старый азербайджанец, продающий ковры, и они с диким жужжанием бросились к нему и принялись виться около товара. Женщины устроили драку за какие-то деревянные игрушки. Всё не то! Мой цветок ждал меня за поворотом. Старая женщина, продающая маленьких кукол ручной работы, посмотрела на меня уставшим холодным взглядом.

– Неужели никто не берёт ваших чудесных кукол?

– Да и Вам они, наверное, не нужны. Зачем тогда интересуетесь? – ответила она грубо.

– Ну почему же, я как раз хочу купить одну куколку.

– Тогда выбирайте, – сказала она, будто хотела, чтобы я поскорее ушёл.

Я глянул на ряд маленьких шитых игрушек. Куклы напоминали тильд, – кукол с маленькими глазками, – но были выполнены в каком-то особом стиле: с вязанными шапочками в виде разных зверей.

– Вы неправильно выбираете куклу, – сказала женщина тихо.

– Это почему же? Я всегда так выбираю.

– Значит, вы всегда выбираете неправильно. Кукла должна выбрать вас. Закройте глаза.

Я послушался.

– Теперь протяните руку.

Я дотронулся до какой-то куклы и притянул её к себе.

– Открывайте.

Передо мной была маленькая куколка в рыжем платьице с шапочкой с лисьими ушками.

– Отлично, теперь дайте ей имя.

– Я обычно даю позже.

– Я хочу знать, как назовут мою малышку.

– Тогда… эм… Лисёна.

Тут она протянула старые морщинистые руки к кукле, зажатой в моих ладонях, и погладила её по шапочке.

– Ну что ж, Лисёна, отправляйся в новый дом. Ты принесёшь удачу.

– Как вы бережно к ним относитесь.

– Это мои дети… кстати, с вас восемьсот рублей.

Я отсчитал приготовленные для покупки деньги.

– Вашему ребенку она понравится, – сказала женщина на прощание.

– Но у меня нет… эм… спасибо.

Я поспешил прочь от ярмарки. Слова женщины задели меня, ведь я ненавидел детей.

Ток-ток – маленькая красноволосая куколка без лица на лобовом стекле раскачивалась из стороны в сторону. Я вышел из своей потрёпанной оранжевой семёрки и направился к дому.

– Привет, Рекс! – из будки послышался радостный лай. – Я принёс тебе твой любимый корм.

Подойдя к будке, я насыпал в миску корма.

– Энн, пора готовить ужин, я привёз картошки и грибов. Мы придумаем, что из них приготовить.

Вывалив продукты на стол, я показал их крупной кукле в поварском фартуке, Реггеди-Энн. Эту милую куколку с большими вышитыми глазами я приобрёл также когда-то на какой-то из ярмарок; с тех пор она всегда помогала мне готовить. В комнате меня уже ждали близнецы – черноволосые куклы-снежки в синих платьях.

– Бет, Дороти, знакомьтесь, это Лисёна. У неё такие же глаза-точечки, как у вас, ну и как у нашей дорогой куколки-тильды.

Марта, кукла с длинной вытянутой головой и зажатой в руке расчёской, сидела на столике рядом с молчаливыми Барби и Братц. Эти двое всегда молчали.

– Так, значит, вы все уже познакомились. А где Ребекка?

Ребекка, как обычно, висела под потолком – кукла-тыквоголовка в форме пилота.

– Опять ты заигралась.

Осталось познакомить Лисёну с Блайз – моей первой куклой. Я помню, как покупал эту роскошную куклу с длинными розовыми волосами в платье в сине-белую полоску. Мастер сказал, что у неё меняются глаза. Тогда я почему-то был так счастлив.

Блайз смотрела на Лисёну немигающим взглядом.

– Я привёл тебе новую подружку, тебе она понравится.

Она молчала.

Наступила ночь. Почему Блайз ничего не ответила? Неужели…

Яркая вспышка молнии, и за ней тяжёлый удар грома. О нет! Я не мог пошевелиться. Блайз сидела у меня на груди.

– Что ты наделал?

– Прости меня, я… привёл вам ещё куколку. Ты же любишь компанию.

Другие куклы окружили меня. Точечки-глаза снежков-близнецов выглядели угрожающе.

– Ты игнорируешь меня. Мне достаточно подруг-кукол. Я просила привести девочку. Живую девочку!!!

– Но Блайз, где я возьму девочку? Их нельзя нигде купить. Я не могу…

– Привези мне девочку. Или пожалеешь.

Другие куклы начали кричать:

– ДЕВОЧКУ! ПРИВЕДИ НАМ ДЕВОЧКУ!

Их маленькие ручонки потянулись к моей шее.

– Не-е-ет! Оставьте меня.

Я отбросил кукол в сторону и кинулся к окну. Проклятие! Чёртовы решетки. Почему у меня в доме на каждом окне решётки? Мне не выбраться. Я вцепился в решётку пальцами. Молния, ещё одна. Мои мокрые руки соскользнули вниз.

– ДЕВОЧКУ!!! ЕСЛИ ЗАВТРА ТЫ НЕ ПРИВЕДЁШЬ ДЕВОЧКУ, ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО БУДЕТ!!!

Блайз оказалась перед моим лицом, и её глаза меняли цвет с сумасшедшей скоростью.

Ребекка спрыгнула на меня с потолка и больно ударила по голове. Мир закружился перед глазами. Последнее, что я слышал – как на улице скулил Рекс.

– Эх, Лисёна, я думал, ты им понравишься.

Автомобиль вёз меня в город, но вот куда?

– И они всегда так себя ведут? – спросила Лисёна.

– Нет, раньше они были добрыми. Но потом Блайз захотела девочку. У неё какая-то болезнь. Её эта мысль ну как бы… зациклила.

– Так может отвезти её к врачу?

– Эх, Лисёна! Нет врачей, которые лечат кукол.

– Ох уж эта Блайз, капризная кукла, – раздался писклявый голосок маленькой куколки с пустым лицом, прикрёпленной к лобовому стеклу.

– Ты её не знаешь, Анжелика, ты ведь всегда в машине.

– Именно поэтому я всегда в машине.

– Лучше подумаем, где нам найти девочку.

– И ты будешь слушать её? – спросила Лисёна. – Ты ведь её хозяин.

– Я… да, но все куклы теперь поддерживают её. И если я не послушаюсь, то…

– Ты думаешь, они убьют тебя?

– Нет, они убьют Рекса. Мой старый пёс, он почти не выходит из будки. В общем, мы должны найти девочку.

– Мама, – ну, когда делала меня, – говорила, что девочки, они ходят в школу..

– Правильно. Езжайте в школу и хватайте любую девочку, – пропищала Анжелика.

Как давно я не был в школе! Какие-то смутные воспоминания. Я ждал здесь кого-то. Потоки детей шли то внутрь, то обратно, а я всё сидел в своей машине. Этот детский гомон сводил меня с ума. Старая ненависть пробуждалась.

– Ну чего же ты сидишь! Разве забыл, что сказала Блайз? – пропищала Анжелика.

– Да не забыл я, но что мне прикажешь делать? Хватать ребёнка, и в машину?

Стемнело. Детей становилось всё меньше.

– Может, вернёмся? – спросила Лисёна.

– Нет, я не могу.

– Тогда давай выйдем из машины.

Я вышел, держа Лисёну в руке. Мы обошли здание школы по кругу.

– Кажется, мы всё-таки никого не найдём.

Тут я заприметил школьное платьице и портфельчик. Девочка со светлыми волосами шла по направлению к дворам жилых домов.

– За ней, только тихо, – сказала Лисёна.

Мы аккуратно пошли за девочкой, и тут я услышал громкий лай. Звук приближался, казалось, откуда-то сбоку. Внезапно перед девочкой возникла стая собак. Они оскалили дикие пасти, а их огромные глаза смотрели на девочку.

Она закричала:

– Помогите!!!

– Ну чего же ты стоишь? Помоги ей. Скорее! – шёпнула Лисёна.

Псы окружили девочку, но всё еще не замечали меня.

– Пусть… пусть они её разорвут.

– Что? Ты с ума сошел? Спасай её!

– Д-да. Прости, сейчас.

Я сунул Лисёну в карман и кинулся к оцепеневшей девочке, схватил её за руку. Псы кинулись на нас. Первого я ударил ногой точно по морде. Затем схватил камень и со всей силы ударил по второму псу.

Палка. Тут должна быть палка Бросив камень в ещё одну собаку, я подобрал с земли здоровую палку и принялся отбиваться. Псы отступили. Дёрнув девочку за руку, я потянул её за собой прямо к машине. Она молчала.

– Они не поранили тебя?

Девочка покачала головой.

– Пойдём, я отвезу тебя к себе.

Она кивнула.

Уже в машине, когда мы тронулись, я спросил:

– Как тебя зовут?

Девочка сидела рядом со мной.

– Варя, – ответила та.

– Сколько тебе лет?

– Десять.

– Ты любишь кукол, Варя?

Она кивнула.

– Тогда мне нужна твоя помощь.

– Помощь? – её взгляд стал заинтересованным.

– Да, ты должна подружиться с моими куклами.

– Ах, – сказала она с интонацией эксперта, – разве это сложно?

– О, так ты справишься?

– Абсолютно точно.

– Может, для этого понадобится три дня.

– Ничего, вы ведь спасли меня. Я абсолютно точно должна вам помочь.

– Это хорошо. А у тебя были куклы?

– Нет, мама не покупала их никогда. Только у моих подружек. А у вас их много?

– Да… много. Вот, например, Лисёна. – Я достал куколку и протянул её Варе.

– Какая милая куколка. А вас как зовут?

– Меня… меня… Ваня.

– Варя, у тебя кончился чай, а ты молчишь, – сказала кукла Блайз, глядя добрыми голубыми глазами на нашу гостью.

– Ох, я так заигралась, что совсем забыла.

Я налил девочке ещё чая.

– Спасибо, а вот, кажется у тильды-Марты тоже кончился чай.

– Нет-нет, что ты, душечка, я ещё пью. Ох, Ваня никогда так обо мне не заботился!

– Эй, я вообще-то всегда о вас заботился.

– Заботился он! Вчера после прогулки Варя подарила нам по одуванчику! – сказали близняшки-снежки хором. – Ты никогда нам не дарил цветы, а мы вообще-то девочки.

Варя просто сияла.

– Твои куклы, они так любят меня.

– Это просто ты хорошо к ним относишься.

– Ваня, – раздалось с потолка, – Варя обещала мне самолёт.

– Да-да, Ребекка, мы вместе тебе подарим.

– Всем-всем! Пюре готово, – послышалось с кухни.

– Да, Реггеди, сейчас мы за ним придём.

Девочка была уже три дня с нами и так понравилась куклам, что я был даже удивлён. Хотя, конечно, была одна проблема…

После обеда девочка подошла ко мне и снова задала этот вопрос.

– А почему ты не разрешаешь мне позвонить моей маме?

– Ох, Варя, я не могу. Телефон запрещён в моём доме.

– Но почему?

– Эти правила, они существуют давно. Три запрета.

– Да, ты говорил. Абсолютно дурацкие вещи. Я видела телефон у тебя в столе. Хуже только второе правило. Абсолютно глупое. Почему у тебя дома завешено зеркало и запрещено его открывать?

– О, тут всё логично. Внутри живёт демон, и если простыня спадёт, он вырвется наружу.

Я с опаской покосился на прихожую, где стояло старое зеркало.

– Так почему ты просто не выкинешь его?

– А вдруг оно откроется, пока я его буду нести? И оно очень тяжёлое.

– Ну ладно, кажется, куклы нас зовут.

– Да, мы будем играть в мафию.

– Это, должно быть, Лисёна! – сказала Реггеди-Энн.

– Я не мафия. Почему в каждой игре все думают на меня?

– Да ты вечно такая загадочная, – сказала Реггеди.

– Но ведь Барби и Братц всегда молчат.

– В прошлой игре мы их сразу и казнили, и ошиблись, – сказала Ребекка-пилот.

– Я знаю, кто мафия! – закричала Варя. – Это тильда-Марта.

– Да ты сама мафия!

– Послушайте, девочки, посмотрите, какие у неё подозрительные глаза.

– Да-да, Варя говорит дело, – подхватили другие куклы, – убьём Марту.

– Ну, я с вами больше не играю, – Марта бросила карту на стол и показала всем чёрного туза, символизирующего мафию, и присоединилась к уже «убитым» близняшкам.

– Мы выиграли! – закричала радостно Блайз.

– Да, я её вычислила, я была абсолютно уверена, – сказала Варя.

– Но у вас осталась ещё одна мафия, – сказал я как ведущий. – Итак, наступает ночь, все закрывают глаза, просыпается мафия.

Блайз улыбнулась, сменила цвет глаз на красный и указала на Ребекку, а затем опять сменила глаза на голубые.

– Итак, наступил день. Ночью мафия убила Ребекку.

– Это определённо Лисёна, – опять начала Реггеди.

– Я думаю, это Барби. Она молчит, –сказала Блайз.

Барби и Братц молча переглянулись.

– Я вот сейчас не знаю, – сказала Варя.

Блайз посмотрела на них невинными глазами и сказала:

– Давайте попробуем казнить Барби, у меня подозреваемых нет.

Барби злобно замахала руками.

– Итак, поднимите руки, кто против Лисёны.

Руки подняли Реггеди-Энн и Барби.

– Кто против Барби?

Руки подняли Лисёна, Варя, Блайз и Братц.

Барби зло посмотрела на подругу, та извиняюще пожала плечами. Затем Барби выложила обычную красную шестёрку и молча ушла.

– Итак, ночь. Все засыпают.

Блайз указала глазами на Братц.

– Вас осталось четверо, Братц убили.

– Это Лисёна! – закричала Регеди.

– Не верьте ей, это не я.

– Да, думаю, это Лисёна, – сказала Блайз.

– Так, давайте порассуждаем, – задумалась Варя. – Если нё Лисёна, то кто? Что-то Блайз быстро согласилась.

– Точно! – закричала Лисёна. – Это точно Блайз!

– Я уверена, что Лисёна! – закричала Реггеди.

– А может, и Реггеди, – сказала Варя, – так сильно она хочет избавится от Лисёны. Но и Лисёну исключать нельзя.

– Вы готовы голосовать? – спросил я.

– Я против Лисёны – сказала Реггеди-Энн.

– Я против Блайз, – сказала Лисёна.

– Я против Лисёны, – сказала Блайз.

– Что же делать? Ну, давайте против Лисёны, – сказала Варя.

Лисёна, расстроенная, показала обычную карту.

– Я победила, – сказала Блайз и довольно показала всем чёрного туза.

– Эх, было так весело играть! Спасибо, Ваня! Только я очень устала.

– Да, ложись спать, я приготовил тебе чистую одежду.

– А откуда у тебя чистая одежда для девочки? Ты каждый день даёшь мне новые платья, хоть они и немного большеваты.

– Их всего пять, и ещё другая одежда. Когда я въехал сюда, они были тут: видно, их забыли прошлые жильцы.

– А давно ты тут живёшь?

– Да, давно – ты ещё не родилась, когда я въехал.

– Ого, и всё это время ты жил один?

– Но у меня же были мои куклы.

– Спокойной ночи, Ваня! – девочка закрыла глаза.

Я вышел покормить Рекса, и на обратной дороге достал Лисёну из кармана.

– Нам надо вернуть девочку, – сказала Лисёна.

– Да, но куклы её очень любят!

– И что ты планируешь делать дальше? Она возмущается, что у тебя нет интернета, что у тебя нет телефона. Ей нужна её мать, в конце концов.

– Но у меня есть телефон.

– Какой в нём толк, если ты запрещаешь по нему звонить?

– Я звонил по нему, но месяц назад я потерял зарядку.

– Зарядку? Откуда взялось правило?

– Точно, дело не в зарядке. Был звонок. Кто-то позвонил месяц назад.

– Вспоминай. Кто?

– Я припоминаю. Это был демон.

– Тот, из зеркала?

– Нет, другой. Я услышал его отвратительный голос. Он звучал как сама смерть. Жуткий и тяжёлый. Я не мог вымолвить ни слова.

– Что же он сказал?

– Он сказал… он сказал какое-то непонятное ужасное слово, что-то на «М». Я дальше не помню. После этого из дома исчезла зарядка.

– На «М»? Возможно, это слово было «Мефистофель»?

– Откуда ты знаешь это имя?

– Моя мать, которая сделала меня, любила читать. Мы, куклы, получаем часть знаний от наших создателей, а часть – от наших хозяев.

Я зашёл посмотреть на спящую Варю. Девочка приоткрыла глаза и прошептала в полусне:

– Мама.

Меня передёрнуло. Проклятие! Я не могу вспомнить. Почему? Почему я так ненавижу детей? Нужно срочно вернуть девочку.

– Ты оставишь её мне? – Блайз стояла сзади и наблюдала за мной.

– Но я не могу удерживать её вечно.