Я игнорировал крики Лисёны. Уже на пороге Блайз сказала мне:

– Принеси нам доказательства, что ты убил её, или ты знаешь, что будет.

– У тебя нет причин мне не верить, но я принесу доказательства.

Дождь кончился, но было всё ещё мокро.

– Ты правда думаешь, что я убила двух твоих кукол?

– Я не знаю, кто это сделал.

– Но это была не я! Братц обманывает тебя, а другие, другие… они просто злые. Они манипулируют тобой. Я пыталась помочь тебе.

– Мы уже долго живём с ними. Я не вижу другого выхода.

– Это из-за Рекса?

– Да, всё это из-за Рекса.

– Может быть, возьмём его и убежим?

– Он старый пес, он не выдержит дороги. И они убьют Варю.

– Варя… тебе вообще не нужно было приводить Варю сюда. Её точно ищут. Ты должен отвезти её обратно.

– Но куклы…

– Подумай о девочке.

Мы подошли к будке Рекса.

– Ты всё-таки убьешь меня?

– Нет. Я спрячу тебя тут, внутри. Не бойся, мой пёс очень добрый, он тебя не тронет.

– Хорошо.

– А потом я заберу тебя.

– И мы убежим?

– Да, я придумаю, как вывезти Рекса.

– Но сначала верни Варю.

– Да. Спасибо, Лисёна, ты дала мне надежду.

– Возьми мою шапочку. Блайз не поверит, что ты меня убил, без доказательства.

Я аккуратно снял лисью шапочку с головы Лисёны, затем завернул куклу в кусочек ткани и аккуратно положил внутрь будки.

– Как ты там, Рекс?

Пёс молчал. Должно быть, сладко спал в своём домике.

Дома я молча кинул шапочку Лисёны Блайз.

– Вот всё, что осталось от Лисёны.

– Ты правда убил Лисёну? – грустно спросила Варя.

– Мне пришлось. Иначе завтра кто-то ещё из кукол мог бы погибнуть. Реггеди-Энн, нам нужно приготовить новый ужин. Остатки Барби мы похороним завтра.

После ужина, уложив Варю спать, я упал в своей комнате на кровать без сил и уснул.

Вместо снов была одна лишь чернота.

– Мы правда отправляемся покупать самолёт? – спросила Варя.

– Да, ты ж про этот самолёт уже который день говоришь.

– Ура-ура! Только нужна определённая модель. Такая, чтобы Ребекка смогла летать.

– Я буду летать! Я сегодня буду летать! – Ребекка скакала по комнате в порыве радости.

Другие куклы смотрели на нас интересом – видно, им тоже хотелось посмотреть, как Ребекка будет летать. Только Блайз смотрела на меня фиолетовыми подозрительными глазами.

– Зачем брать с собой Варю? Она прекрасно может побыть и с нами.

– Без неё я не пойму, что купить.

– Что мне положить в рюкзак? – спросила Варя.

– Возьми что-то из одежды и наполни бутылочку с водой. Мы поедем в большой торговый центр. Вдруг тебе захочется пить.

– Хорошо, я всё положу.

Мы собрались и вышли из дома. Куклы провожали нас взглядами из окна. Братц теперь носила шапочку Лисёны.

«Как это жутко, – подумал я, – это будто трофей».

У дома стояли два маленьких деревянных крестика.

Около машины я взял рюкзак из рук Вари.

– Ничего себе, какой он тяжёлый! Что ты туда положила?

– Только воду и одежду, как ты сказал.

– Должно быть, я просто давно не брал собой воду. Почему-то когда я один, мне совсем не хочется пить.

– Ва-а-а-ря, – раздался писклявый голосок, – давно не виделись.

– Привет, Анжелика. Как твои дела? – спросила Варя.

Мы медленно тронулись, покидая толстые красные стены моего уединённого дома.

– Да вот как обычно. Я люблю одна посидеть в машине: я истинный интроверт. Так я могу представить, что я единственная кукла в мире. Но мы с Ваней частенько выезжаем.

Маленькая куколка раскачивалась на стекле.

– Да. Продукты-то покупать приходится.

– А ты, Варя, домой едешь?

– Нет. Мы едем в торговый центр. Мы решили купить Ребекке подарок, – сказал я.

– О, это тот торговый центр, что у вокзала? – спросила Варя.

– Ты его знаешь?

– Да, мы там часто с мамой бывали.

– А она… она может быть там?

– Нет, сегодня пятница. Она работает. Чинит машины. Хочешь, я тебя с ней познакомлю?

– Д-да. Обязательно.

– Ты ей абсолютно точно понравишься. Вы подружитесь.

– Да, наверное.

– А может, заедем ко мне домой? Мой дом не очень далеко от ТЦ. Всего пять улиц.

– То есть, ты сама сможешь от него дойти?

– Да, конечно.

– Может быть, сначала мы купим самолёт?

– Конечно. Самый крутой самолёт для Ребекки.

Что же я делаю? Девочку, должно быть, давно объявили в розыск. Её увидят со мной, меня схватят, и я никогда больше не увижу Рекса. Может, высадить её здесь и уехать? Может, мне сказать, что я случайно её встретил? Но она всё расскажет, она знает, как выглядит мой дом. Что же мне делать? Если только я успею убежать…

В торговом центре было очень людно. Кучи людей сновали от отдела к отделу. Я шёл, оглядываясь по сторонам, крепко сжимая девочку за руку, в то время как Варя безмятежно глядела из стороны в сторону.

– Не переживай, я не убегу. Можешь так крепко меня не держать.

– Я просто… я просто переживаю, что тут кто-то на тебя нападёт.

– Нападёт? В ТЦ? Это самое безопасное место в мире. Вот, смотри. Дядя, дядя! – она обратилась к одиноко стоящему мужчине.

– Что такое? – сказал он грубо.

– Меня похитили.

– Что-о?

Я побледнел.

– Да шучу я! Мы тут гуляем.

Тут мужик заорал мне в лицо:

– Скажите вашей дочке, чтобы так не шутила! Совсем своих детей воспитывать не умеете!

– Это моя дочка, я воспитываю её как хочу. Дайте ребенку повеселиться, – неожиданно для себя сказал я.

– Какой родитель, такой и ребёнок, – проворчал мужик и отошёл.

Другие люди даже не обратили на это всё внимание.

– С тобой так весело!

– Не шути так, пожалуйста, – сказал я строго.

– Ох, Ваня, не буду. Я думала, будет смешно.

– Да, было. Очень.

Мы зашли в отдел радиоуправляемых игрушек.

– Да-да! Самолётики! – закричала Варя.

– Какой самолёт вы хотите? – спросила недовольного вида молодая продавщица.

– Может, вот этот большой? – указал я на самый большой самолёт. – Ребекка должна туда поместиться.

Варя внимательно осмотрела самолеты.

– Нужен этот.

– А Ребекка в него точно поместится?

– Да. Просто снимем кабину и посадим ее. Этот на аккумуляторе, не нужно покупать батарейки: просто зарядил, и он полетел. И ещё у него есть пульт.

– Отлично, тогда берём его.

Довольные, с большой коробкой, мы отправились на фудкорт.

– Какая же вкусная еда! Сто лет не ела на фудкорте, – сказала Варя, допивая молочный коктейль.

– Но мы с Реггеди-Энн тоже неплохо готовим.

– Согласна, только вы любите всё с картошкой делать.

– Но картошка – это вкусно.

– Вкусно, да. Но тут абсолютно вкусно!

После еды Варя захотела в туалет, и я стал дожидаться её у прохода.

Пора! Это лучший момент: я спокойно сажусь в машину, уезжаю, а Варя, не найдя меня, просто идёт домой. Я сделал пару шагов в сторону. И я её больше никогда не увижу… Но я не смогу её вечно держать у себя. А если она расскажет, где мой дом? Я смогу переехать. А куклы? Я скажу им, что она убежала. Да, я скажу, что приведу другую девочку. Я стал отходить всё дальше и дальше. В горле пересохло. Я снял рюкзак, чтобы достать воды, и…

– Куда это ты собрался? – сказала Блайз, глядя на меня дикими красными глазами из рюкзака.

– Я хотел… немного пройтись.

– Я думала, мы договорились. Ты знаешь, что если вернёшься без девочки, мы убьём Рекса.

– Да…

– Так какого дьявола ты решил её отпустить? Я спряталась тут, зная, что ты решил меня подставить. Но поверь, девочку я не отпущу. Она – твоя плата мне за годы одиночества. Она принадлежит мне.

– О, привет, Блайз! – Варя неожиданно оказалась рядом.

– Я не знаю, как она попала в рюкзак.

– Может, тоже решила прогуляться?

– Скорее всего.

– Ох, Варя! Да, я тоже хотела посмотреть, какой самолёт вы купите.

– Я очень рада тебя видеть с нами. Какой план, Ваня?

– Мы сейчас купим продуктов и поедем домой.

– А ко мне не будем заезжать?

– Нужно успеть покатать Ребекку на самолёте, пока ещё светло.

Рёв мотора. Счастливые крики Ребекки и Вари. Самолёт кружился над нашим домом. Ребекка идеально влезла в кабину (правда, чтобы она не выпала, нам пришлось примотать её верёвкой), а Варя ловко управляла самолётом, заставляя его выписывать в небе различные фигуры.

– Посмотри, как она счастлива, – сказала мне Блайз.

– Да, но рано или поздно нас найдут, – ответил я. – Чудо, что сегодня всё обошлось.

– Так это ты всё придумал. Я хотела, чтобы Варя осталась дома. Ты живёшь вдалеке. У тебя нет тут соседей. Это будет нескоро.

– Ты не знаешь, как работает полиция. Они придут сюда и заберут и меня, и Варю. И ты останешься совсем одна.

– Ты не понимаешь. Я была создана, чтобы быть с девочкой. Почему ты не отдал меня девочке? Раньше я была так счастлива. Но сейчас… сейчас я снова счастлива с Варей.

Неожиданно Блайз обняла меня.

– Спасибо, что не бросил. Я бы не выжила без тебя. И спасибо, что привёл Варю.

– Я не мог тебя бросить. Ты моя первая кукла.

– Но Барби и Братц были до меня.

– Разве? Точно, я и забыл. Я не помню, откуда они у меня.

– Скажи, что я самая важная кукла.

– Ты моя самая важная кукла.

– Тогда хорошо, что ты меня не отдал.

– Я и не хотел отдавать тебя.

– И никогда не отдавай!

– О чём это вы тут болтаете? – спросили близнецы Бет и Дороти.

– Да вот радуемся, что Варя с нами, – сказала Блайз.

– И что Ребекка наконец летает, – добавил я.

Рёв мотора прекратился.

Варя подбежала к нам, держа в руках большой самолёт.

– Как же я счастлива! – закричала Ребекка из кабины. – Сбылась мечта всей моей жизни.

– Я тоже абсолютно счастлива, – сказала Варя, – у меня никогда не было такого крутого самолёта.

– Прошу, не доставайте меня из самолёта, – сказала Ребекка. – Я буду с ним весь день и всю ночь.

В этот раз мы с Реггеди-Энн приготовили большой морковный пирог. Варя уплетала его за обе щеки.

– Знаешь, я рада, что сегодня мы не поехали к маме. Мы повеселились просто абсолютно. И сегодня, наконец, без картошки.

Усталая Варя быстро легла и заснула. Никто и не вспоминал ужасы прошлого дня.

Что-то пыталось пробраться в мой сон. Давно разряженный телефон ожил – его экран загорелся, и я услышал голос. Демон пытался что-то произнести, но я не мог разобрать слова: «М-м-м-м… м-м-м…». Словно жужжание мухи.

Нет-нет, ты не доберешься до меня! Рекс, мой пёс, я не отдам тебя. Второй демон зашевелился в прихожей, там, заточённый внутри зеркала. Покрывало вот-вот спадёт. Огонь и дым, я задыхаюсь.

– Ваня, Ваня, вставай, – Варя будила меня.

Это был не сон. Что-то горело. Я вскочил. Бросился в прихожую. Самолёт горел, отчего дом заволокло дымом.

– Он взорвался! – закричала Варя.

Я бросился за водой, лихорадочно набрал ведро и вылил на дымящиеся останки. От самолёта осталось не много: одни пластмассовые и металлические обломки.

– Такой хороший был самолёт, – заплакала Варя.

– Ребекка сгорела, – я грустно подошел к самолёту, стараясь найти хоть что-нибудь от куклы, но увидел только остатки верёвки и кусочки ткани.

– Ребекка, Ребекка! – кричали близнецы. Братц в лисьей шапочке сидела рядом.

– Что произошло? – просил я.

– Может, он перегрелся? Может, мы что-то сделали не по инструкции?

В комнату вошла Блайз, держа в руках какой-то красный комок.

– Реггеди-Энн мертва. Её покрошили на кусочки кухонным ножом, – сказала она, бросая перед нами половину головы Реггеди-Энн.

– Кто… кто это сделал?

– Я спала, когда всё это произошло, – сказала Варя. – И тут – бум!

– Это всё Блайз! – вдруг заорала Братц. – Я видела, видела! Она ходила по кухне. Она подходила к самолёту.

– То же самое ты говорила и про Лисёну, но убийства продолжились, – сказала Блайз.

Близнецы переглядывались, не понимая, что делать.

– Бет, Дороти, хватайте ее, убейте её! – орала пластмассовая Братц.

– Вы всегда были моей семьёй, – сказала Блайз, – разве стала бы я…

И в этот момент её глаза стали красными, она схватила стоявшую рядом Братц, оторвала ей голову и кинула мне:

– Держи остатки этого отродья.

А после с невероятной для куклы силой принялась разламывать остатки пластмассовой куколки на части.

Я снял шапочку Лисёны и отложил голову на пол.

– Блайз, что ты творишь?

– Делаю только то, что необходимо.

– Это она, она всех убивала! – закричали близнецы.

– Вам бы лишь кричать. Мерзкие уродливые куколки! Жалею, что вас вообще купили.

И тут Варя схватила Блайз и силой ударила её об землю. Удар, другой. Глаза Блайз менялись с бешеной скоростью.

– Нет, оставь её! Не ломай мою куклу!

Поздно. Я упал на колени перед кусочками своей самой ценной куклы. Глаза вывалились, всюду валялись кусочки тела и порванного платья.

– Ура-ура! Предательница уничтожена! – закричали близнецы и принялись танцевать.

– Варя, зачем? Зачем ты это сделала? Она не была виновата.

Варя молча схватила близнецов и оторвала им головы. Затем методично стала разрывать их на части.

– Да. Она не была виновата. И они тоже.

– Это ты? Ты убила всех моих кукол? Зачем?

– Убила? Это ведь просто игрушки.

– Они живые. Они были живые. Ты обещала, что подружишься с ними.

– А ты обещал, что через три дня отвезёшь меня к маме.

– Я хотел, хотел отвезти. Я бы отвёз. Но ты всех убила.

– Подумай, как можно убить игрушки?

– Но они… они разговаривают.

– Разговаривают? Игрушки? Они всегда молчат.

– Молчат, потому что ты их убила!!! Я ненавижу тебя, все девочки такие! Вы забрали у меня всё. Мой Рекс…

– Какой Рекс?

– Рекс, мой пёс, мой старый пёс. Он сидит в будке.

– Почему я никогда не видела его?

– Он просто не выходит.

– Одно из трёх твоих дурацких правил, не подходить никому, кроме тебя, к будке? А вот и другое правило – никогда не звонить по телефону.

Варя достала мой телефон

– Алло, полиция. Меня похитили.

Она назвала мой адрес. Я кинулся к ней, вырвал телефон из её рук и сунул в карман.

– Там демон. Не звони. Там демон. Откуда ты знаешь адрес? Как ты зарядила телефон? Я потерял зарядку. Я её потерял.

– Ты её наверное спрятал, чтобы я не звонила, но телефон спрятать забыл. У тебя всё абсолютно неправильно.

– Я потерял, когда звонил демон.

– Адрес у тебя написан на заборе. Я запомнила, когда мы ехали в ТЦ. Зарядка к телефону подошла от самолёта. Я его специально такой выбрала, а пока ты спал, зарядила.

– Ты меня обманула. Ты убила моих кукол. Ты выпустила демона.

– Этого? – Варя сбросила покрывало с зеркала.

– Не-е-е-ет!

– Да чего ты боишься? Это обычное зеркало, только старой помадой написано твоё имя – Ваня.

– То есть никакого демона нет?

– Нет.

Я медленно поднял голову. Да, просто старая надпись помадой. О не-ет. Нет! Кто это? Из зеркала на меня смотрел демон.

– Это не я. Что это за женщина?

Демон выглядел как какая-то женщина.

– Это ты.

– Но я не женщина. Я Ваня! Тут даже написано моё имя.

– А я-то думала, почему ты всегда о себе в мужском роде говоришь. И имя мужское.

Я стал оглядывать своё тело, и к своему ужасу обнаружил, что я и правда женщина.

– Я ничего не понимаю. Кто я?

– Откуда мне знать? Какая-то тётя, которая похитила меня.

– Рекс. Мой милый Рекс!

– Нет никакого Рекса. Ты просто подходишь и оставляешь каждый раз еду у пустой будки.

– Рекс! – я кинулся (или кинулась) во двор.

Внутрь в будку.

Темнота.

– Где ты, Рекс?

– Рекса тут нет, – раздался знакомый голос.

– Лисёна! – я включил фонарик на телефоне и начал оглядываться.

Старые детские вещи. Зарядка от телефона. Какие-то непонятные предметы. И наконец я нащупал куколку, завёрнутую в ткань.

– Я нашел твою шапочку, – бережно я достал из кармана шапочку и надел ей на голову. – Лисёна, я совсем запутался. Варя убила всех кукол. А я… я оказался женщиной. Я не понимаю.

– Ну, то, что ты женщина – это не так плохо.

– А куда делся Рекс?

– Я не знаю. Его тут не было, когда ты меня сюда положил.

– Смотри. Там вдалеке что-то есть, – я посветил фонариком. – Наверное, Рекс прорыл проход.

Я медленно стал ползти вперёд, освещая путь. Грязь была перемешана с детскими вещами и игрушками. Проход становился всё уже и уже, ползти становилось всё труднее – должно быть, Рекс устал копать. И вот в конце засветил яркий свет.

– Уже рассвело?

Я вылез из будки и увидел Рекса, мирно бегающего во дворе.

– Ре-екс!

Я кинулся к нему, но неожиданно упёрся в какую-то поверхность, похожую на пузырь.

– Что происходит? – спросил я у Лисёны.

– Мы в пузыре воспоминаний.

– Значит, это не настоящий Рекс?

– Настоящий, только в твоих воспоминаниях.

– Но я не помню этого.

К Рексу подошла женщина, присела и нежно погладила его по шёрстке.

– Любимый Рекс, – сказала она моим голосом.

Это была я.

– Мама, мама! – ко мне мне прошлой подбежала девочка.

– Привет, Женя.

– Ты что-то купила? – поинтересовалась она.

– Да, но это сюрприз.

– Ну скажи, скажи! Хочу сюрприз.

– Вечером. Я скажу вечером.

В сумочке меня из прошлого зазвонил телефон, и женщина побежала в дом, а я с Лисёной кинулась за ней.

– Ваня, я сказала тебе: не звони, когда я дома.

– Но Танюша, ты же сказала, что сегодня твоего мужа не будет.

– Я зря это сказала. Я думала, что мы, может быть, увидимся. Но я зашла купить дочери подарок. И вот я уже дома.

– Ты сказала, что ты приедешь ко мне.

– Я написала час назад, что еду домой и передумала.

– Я уже настроился, что увижу тебя. Ты же знаешь, как я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю, Ваня. Но сегодня не получится.

– Ещё как получится.

– Что ты имеешь в виду?

Я и моё отражение из прошлого похолодели одновременно.

– Да не пугайся ты так. Ты же знаешь, что я без тебя не могу.

Раздался звонок в ворота. Дочка закричала:

– Папа, папа пришёл пораньше!

– Ты же знаешь, что папа сегодня задержится? – крикнула я Жене. – Это ты? Ты там за воротами? Ты же знаешь, я не открою.

В ворота снова позвонили.

– Мама, открой! Вдруг это папа.

– У папы есть ключ. Это кто-то другой.

– Вдруг он забыл? А с кем ты по телефону говоришь?

– Это… это…

– Скажи ей, что это электрик, – произнёс в трубку Ваня.

– Это электрик.

– За дверью или по телефону?

– И там, и там, – подсказал Ваня.

– И там, и там.

– Так надо его впустить. Может, у нас что-то сломалось.

– Ничего у нас не сломалось

– Давай папе тогда позвоним? Может, он знает.

– Не надо. Я сейчас сама разберусь. Вот он звонит, думает, что у нас сломалось что-то, но у нас всё хорошо.

Я вышла во двор и открыла ворота. Передо мной стоял красивый улыбающийся мужчина.

– Вы электрик? – спросила я.

– Да, я… – ответил он, издевательски скалясь, – мне нужно сделать осмотр вашего дома.

– Я вас не пущу. У нас всё работает.

– Это плановое мероприятие.

– Мама. Ну мама, пусти его! Пусть дядя посмотрит.

– Ваша дочка такая умная. Она знает, что дому необходим осмотр.

– Мама, я умная.

– Ладно, проходите.

Я стала показывать Ване электрический щиток и приборы, а крутящаяся рядом дочка наконец убежала по своим делам.

– Ты идиот.

– Я знаю.

– Тогда какого дьявола ты тут делаешь? Ты не понимаешь, что Женя всё расскажет отцу?

– Она скажет, что приходил электрик.

– Отлично. Увидел меня? Теперь проваливай. Осмотр окончен.

– Но вдруг что-то ещё сломалось?

Ваня нежно притянул прошлую меня и поцеловал в губы.

Выпроводив Ваню из дома, я вернулась в свою комнату. Он ничего не забыл? Сколько прошло времени? Как хорошо, что дверь в комнату запирается.

– Женя, ты где?

– Я тут, мама.

К моему ужасу, дочка вылезла из-за большой занавески моей комнаты.

– Что? Что ты тут делала? Я же запретила тебе. Как ты посмела?

– Я хотела посмотреть, что вы с Ваней делали. Это так интересно.

– Мы ничего не делали. И это был электрик.

– Но я видела… ты говорила «Ваня, Ваня…».

– Ты ничего не видела.

Я схватилась за голову.

– Дочка, прошу, принеси рюкзак, с которым я приехала.

Женя принесла рюкзак, открыла его и ахнула.

– Какая красивая кукла!

– Правда лучше твоих Барби и Братц?

– Ещё как! Как её зовут?

– Это кукла Блайз. Смотри, у неё меняются глаза.

– Спасибо, мама.

– Да, только прошу: пожалуйста, никогда не рассказывай отцу о Ване. То есть, об электрике.

– Клянусь, я никогда не расскажу.

– Никогда. Никогда больше мне не звони.

Короткие гудки. Я сидела во тьме и обнимала нежную шерсть большого пса. Его огромная морда уткнулась мне в плечо.

– Ох, Рекс, мой верный друг. Мой любимый пёс. Что же мне делать?

Рекс лениво зевнул, радуясь моей ласке.