– Это – пожалуйста! Как отказать даме в таком удовольствии?

Налили, чокнулись, выпили. Запив водку обильным количеством компота, Света постаралась вывести дачника на откровенность:

– Так! Если честно, ты сам того парня запугал настолько, что он меня за километр обходил. Чего вы с ним сделали? Слухи разные ходили, говорят, мол: – «Бэтмен со своими быками его на кладбище возил». Расскажешь?

– Нет, не проси, поссоримся. – Отмахнулся Авдеев.

Сам прокрутил в памяти те дни. Где-то в середине января, он с ребятами действительно здорово напугал Светкиного хмыря, переборщил малость – это всё нервы и обида! Как-никак, девушку подонок у бандита увёл, пока тот в армии служил! Что ещё можно сказать в оправдание жестокости?

На деле, хоть у Сергея присутствовало желание убить того парня, он бы не стал этого делать. Максимум, на что мог пойти – это драка «раз на раз». Но он, хмырь, виноват сам. Оказывается, при их первой встрече, когда, вернувшись со службы и, увидев его во дворе со Светкой, Авдеев ударил наглеца (точнее, дал сдачи), то умудрился сломать ему и челюсть, и нос одной комбинацией (двойкой). Кобель, естественно, затаил обиду. Договорился с двумя корешками, и они втроём подкараулили тогда ещё начинающего преступника под подъездом – хотели жестоко «наказать». Это могло у них получиться: каким бы крутым ты ни был, а сзади в тёмном углу дадут трубой по башке, сразу вся крутость через нос с мозгами на землю и вылетит!

Спас Племянника тогда, как это не дико звучало по тем временам – участковый. Он совершал плановый обход по квартирам и задержался в доме Сергея (у соседа) допоздна, вышел на улицу в подходящий момент, когда на Авдеева хотели напасть. Мент что-то выкрикнул и за табельное схватился… к счастью, у него оно имелось (правда, без патронов, но уркаганы не знали), словно судьба. Хулиганы испугались, по сторонам разбежались, Сергей вникнул, что к чему. Потом, кстати, отблагодарил с большим уважением участкового, старшего лейтенанта Максименцева. Даже подружились (в меру жизненных статусов).

Дальше дело техники, понятно, ждать второго, более успешного нападения на себя в планы бандита не входило, он сработал на опережение. Придана впутывать в такие мелочи не стал, попросил помочь Томпсона и Бича.

Выловили того хмыря вечерком, отвезли на городское кладбище к разрытым могилам, для порядка хорошенько его «обработали» ногами и руками… Племянник бил сильно, жестоко… подручные еле оттащили бригадира от бедолаги. С Авдеевым случалось такое нечасто, просто огромная злость вскипела внутри! Он, сжимая зубы от ярости, обломал себе кусочек верхнего резца.

Позже полили кобелю ноги то ли соляркой, то ли керосином, подожгли и бросили в могилу, быстро присыпав землёй, чтоб не сгорел. Страха на парня нагнали такого, что становилось его жалко Сергею, когда вспоминал тот вечер: труситься весь, воняет мочой, молит о прощении, ползает на коленях. Зря тогда они так с ним, жалел об этом Авдеев, не стоило настолько жестоко наказывать. Через некоторое время вытащили недоноска из чужой могилы и отвезли подальше от города, чтоб долго домой пешком шёл: мобильных не было, а без денег далеко не уедешь в 90 – х, выбросили из машины и дав солидного пинка, отпустили на все четыре стороны.

Странно, пока Племянник размышлял, Светка не проронила и слова… может, тоже о чём-то думала, о своём, бабском? Наконец, преступник вышел из воспоминаний.

– Знаешь, вроде дед рассказывал, у тебя другой хахаль водился, коммерс.

– Ах! Был, – усмехнулась Света, – его тоже твои ребята рэкетнули, во главе с тобой, кстати.

– Нет, чёт не помню такого, – растерянно почесал Сергей затылок, – или не знал в лицо его просто.

– Ой! Можно подумать, если б узнал, помог ему! Мы к тому времени не особо общались, друг его мне рассказал, про ваш «рейд». Они новые ларьки начали открывать возле рынка и однажды послали по матери подкативших к ним бандитов. Ой, – осеклась девушка, – извини, ничего, что я слово «бандиты» про твоих ребят говорю?

– Да плевать, хоть «Джентльменами удачи» нарекай! От названия суть не меняется, хотя некоторые и предпочитают зваться братвой или мафией.

– Ок! Слушай дальше, бандиты те из твоих были, вот… в один прекрасный день налетели на эти самые ларьки. На имущество моего, так сказать, бывшего парня и его друга. Короче, цитирую слова того чувака: «Разгром нам устроила группа людей, во главе которых стоял человек по кличке „Бэтмен“, племянник самого Юры Приданного! Разбили они наши точки, вместе с лицами и костями как нас самих, так и работников!» Кстати, никогда не знала, что Придан твоя родня.

– Я разве не говорил? – С удивлённым видом спросил Сергей, решив не выдавать их с Юркой тайны.

– Нет, ни разу! – Отрицательно покачала она головой.

– Значит, не попадалось удобного случая.

– Может. – Согласилась девушка.

– А про «Бэтмена», что меня так называют, откуда знаешь?

– Об этом все в городе знают! Не в подвале живу. Кстати, я даже знаю, что тебя так стали называть из-за того, что вы у терпилы были на квартире, которая находилась на четвёртом этаже и когда под её окна подъехала машинка с милицией, ты из балкона, с обратной стороны дома спрыгнул, убежал таким образом от них – это так?

– Хах, правда, – засмеялся Сергей, – только приукрасили много, слухи, они такие. Я не на асфальт сиганул, т.е. не в прямом смысле спрыгнул: не перелез через балкон и полетел вниз с четвёртого этажа, а на дерево сначала заскочил, потом с него резво спустился на землю.

– Расскажи подробнее! Командир, ну-у, пожалуйста!

– Что рассказывать, если знаешь? Находились на хате у одного коммерса несговорчивого, прессовали его… здесь менты! Наши наблюдатели тревогу забили – «шухер!» – у всех паника. Двое моих парней на крышу ломанулись, чтобы потом через чердак в другой подъезд выйти, а я не успел за ними, слышу: по лестнице бойцы бегут, автоматами лязгают. Попадаться к ментам не захотелось, я дверь входную на замок запер, чтоб задержать немного, если ломиться начнут, и к балкону! Сам прикидываю: «Вдруг пронесёт, может, они на чердак полезут следом за Томпсоном, а меня не найдут?» – Тут смотрю, напротив балкона черешня растёт или вишня, высокая такая! В голове мысль: машина милицейская с той стороны дома стоит, дерево вроде без колючек, не как на акации или абрикосине… дальше на автопилоте. Окна на балконе незастеклённые, я быстро на оградку залез и сиганул на ствол дерева. Повезло – удачно! Листьями и ветками по лицу, конечно, схлопотал, адреналина выброс в крови хороший получил, но цел! За ствол дерева надёжно зацепился, быстро спустился, правда, скорее, как обезьяна, чем Бэтмен и деру оттуда! С балкона уже менты вслед кричат что-то мне, но какой там. В виски кровь так била, казалось, не бежал – летел.

Племянник прервал рассказ, налил себе в кружку немного вина, Света подставила свою, в который был недавно чай и рукой показала, чтобы про неё не забыл. Нацедив ей красненького, Авдеев стал заканчивать рассказ:

– Позже, в тот день, как обычно, вечером, собрались мы в кафе с братвой. Парни, что наверх сбежали, с нами были, их, оказывается, тоже не поймали. Они решили на крыше залечь, переждать немного. И так вышло, что Томпсон увидел: кто-то из окна на дерево сиганул, спустился по нему и убежал, потом понял – это я прыгнул. Он об этом за столом рассказал. Все с меня посмеялись, и кто-то из братвы крикнул: «Серёг, ты у нас настоящий герой, просто – Бэтмен». Так и приклеилось, к тому же я часто от ментов быстро и резко убегал, используя разные ограды, заборы, крыши гаражей и мелких зданий. Поэтому все решили: пусть второй позывной, после Племянника и останется. Я, правда, стесняюсь, когда меня так зовут, неловко, но если честно, немного льстит.

Жадно слушая рассказ, Света смотрела на бывшего восхищённым взглядом, словно на звезду экрана, когда тот закончил историю, воскликнула:

– Ах! Вот это круто! Значит, всё правда? Я немного сомневалась, что ты мог на такой поступок пойти. Да, ты изменился сильно!

Сергей подумал, – «Послужила бы ты два года в армии, на войне побывала, не так ещё изменилась», – вслух сказал:

– Поступок, Светик – это когда пожарный, к примеру, из горящего дома детей выносит. Вот – это поступок! А моё так… попытка уйти от преследования, сделать жизнь красочнее.

– Ой! Всё равно!

– А у тебя, опять же дед говорил, он, вообще, пьяный любит тебя вспоминать, тоже в жизни изменения, да не в лучшую сторону?

– Ох! Да… отец нас бросил, – с печалью сказала Ветрова, – мамка тоскует, да справляется. У неё палатка своя на рынке недавно появилась. О тебе, кстати, тоже часто рассказывает, причём не как о моём первом парне, а исключительно о человеке, по прозвищу – Бэтмен… ну или Племянник иногда.

– Немудрено, я на рынке часто появляюсь с ребятами… плохого хоть не говорит? Только честно!

– Нет, наоборот, хвалит! Говорит, рынок от посторонних очистили. Она всегда к тебе хорошо относилась, до сих пор считает меня дурой, потому что тебе изменила: «Сейчас бы жили не тужили с ним Светана» – втирает мне.

Бывшие влюблённые люди поговорили некоторое время. Сергей поведал ей о своей жизни (то, что можно, не посвящая в секреты и откровенный криминал). Когда изрядно подвыпили и, время перевалило за десять вечера, Света спросила:

– Эй! Значит, не выгоняешь меня сегодня? Вон, как дождь стучит по крыше, кажется, сейчас пробьёт её. Страшно, однако, идти домой в такую погоду и время… Командир! Мне не хочется отсюда уходить.

– Оставайся, – тяжело вздохнул Авдеев, – утром вместе уедем. Но спать на разных кроватях ляжем.

– Блин, Серёж! Надо тебе обязательно испортить романтику: сидим одни, в глуши, при свечах – это же круче любого ресторанного ужина! Ладно, всё равно, ночью, когда ты захрапишь, переберусь к тебе.

Признаться, порой взгляд Племянника невольно падал на полуобнажённое тело гостьи: пьяному глазу перестало мешать в её созерцании слабое освещение от свечек и «Летучей мыши», теперь оно, казалось, вполне достаточным, чтобы видеть интересные места для мужского взора.

Временами Авдеев ловил себя на том, что не всегда мог быстро оторвать взгляда от её наполовину расстёгнутых пуговиц рубахи в области груди или от упругих ног, которые обнажены почти до половины ягодиц. Света не могла этого не замечать, потому нарочно, то выставляла их вперёд, то закидывала одну на другую, либо вовсе бесстыдно раздвигала. Что сказать в оправдание нашего героя? Природа есть природа, куда от неё денешься, ещё в молодые, горячие годы! Каких бы обид или претензий у Сергея к Свете ни имелось, она всё же девушка… довольно привлекательная.

Однако бандит решил побороться с инстинктами и потому холодно сказал:

– Это ничего не изменит. Даже если ты переберёшься ко мне в кровать посреди ночи! – Хотя сам Авдеев не понимал: не сказал ли он это специально, дабы сыграть на её вредности? Не взял ли девушку на понт? Может, так… может.

– Ах! Ты мне уже достаточно дал это понять – хватит. Что, выпьем, я перекурю и спатки? – прошептала Света.

– Наливай, – поднялся бандит со стула, – пойду в сарай пока, принесу несколько головешек и ведро угля, закинем на ночь, чтоб до утра не париться с печкой.

– Может, я с тобой, чего тосковать здесь одной?

– Делай, как велено и не пори чепухи, сарай в пяти метрах от дома! Скоро вернусь, не успеешь соскучиться.

– Слушаюсь, Командир! Но, я уже скучаю, а ты даже не ушёл.

Сергей не ответил – не любил телячьи нежности и когда к нему подлизываются.

Дождь не заканчивался на протяжении ночи. Сергей со Светой слышали его стук по крыше до утра, пока не заснули – он с силой барабанил по шиферу дачного дома (и сталь веранды), а взбесившийся ветер, качая за окном деревья и издавая свист о провода, словно подыгрывал ему. Правда, насладиться этими шумами природы молодым особо не удалось, имелись и другие звуки, издаваемые самим Авдеевым, Ветровой и старой, скрипучей кроватью.

Света заснула минут на двадцать раньше Племянника, около половины пятого. Бандит лежал рядом с ней и размышлял… не о Свете или другой определённой девушке, о женщинах в целом. Ведь его бывшая не одна такая, кто не дождался парня из армии, подобных оказалось большинство (когда служили два года).

Вот, дружили они со Светкой ещё до школы: первые объятия, волнующий поцелуй. Когда стали подростками, засиживались на стройке, а её с криками по улице искал отец с ремнём в руках. Они слышали его, было страшно, всё равно продолжали прятаться в обнимку, зная, что прохватят от него потом оба. Или как после первых серьёзных драк Сергея Света выносила парню бинты, лекарства, мази. Когда Авдеева полоснули в кафешке ножом, именно к ней он пришёл под подъезд ночью, она его бинтовала. Бандит так и не понял, как можно взять и предать близкого человека? Разве так сильно хочется гулять, пить, веселиться? Неужели всё из-за того, что «чешется» внизу? Это так противно и мерзко… хотя, по факту, недавно Сергей, сам предал Ксюшу, но он же говорил ей по телефону после отъезда в Ростов, – «Мы расстались, прости!»

Вышли за дачный участок перед обедом. Дождь прекратился, грязи по колено, Авдееву хорошо, на его ногах красовались берцы, которые по слякоти нечего и сравнивать с кроссовками Светы.

Тогда Племянник не подозревал, это место – старая дача, станет именно тем «убежищем», куда он скоро должен будет доставить дочь Витька – Дашу! Ради её безопасности, разумеется, при условии, что удачно получится её выкрасть. Успеть раньше других, раньше «вепревцев»…

С горем и похмельем пополам, Сергей со Светой добрались до автовокзала на автобусе и разошлись… каждый своей дорогой – не говоря громких или красочных, главное, лишних слов на прощание.