Цитаты из книги «Девушка, привет»

К чему это я? А к тому, что даже если в нашу встречу у тебя не будет в руках Счастья™ последней модели – я все равно полюблю каждое из твоих проявлений человечности. Не надо рассказывать про свои Куршавели и Биркины. Расскажи, как ты споткнулась на совещании, как проспала экзамен, как заглохла с пустым баком и как случайно схомячила целое ведро

В реальной жизни у друзей могут быть проблемы, и нужно быть рядом, чтобы их поддержать. А мужчина мечты – вовсе не тот белозубый красавец, который улыбается в рекламе дезодоранта, но тот, что случайно толкнул в метро и, сгорая от волнения, прошептал: «Извините, давайте я подниму». В реальной жизни мы не шпарим красиво на кабриолете вдоль побережья на фоне заката, а копим на свой первый собственный дом. Может, и не на побережье Лазурки, но зато наш, собственный. В реальной жизни есть не только Martini, BMW и Michael Kors. Но и «Колдрекс», «Тройка», и любимые удобные труселя, купленные на распродаже.

Потому что привычка. Потому что известное зло кажется лучше неизвестного добра.

Я разлюбил халву в шоколаде, но тренер все еще считает меня жирным. В голову закрадываются подозрения, что он успокоится, лишь когда мое тело примет форму, подходящую для отправки факсом. Это хорошая новость, если у тебя есть факс: буду присылать себя в гости.

А еще пачка фильмов, которым не суждено быть досмотренными до конца, две недоеденные пиццы и твоя мятая пижама с динозавриками. Нет, лучше с трахающимися кроликами: пижама-камасутра, настольная книга выходного дня для двух утонувших друг в друге бездельников.

Девушка, привет. Единственная причина, по которой существует осень, – чтобы я мог греть под одеялом твои холодные ноги.

А еще в то, что у мужчин и женщин есть более важные дела, чем боевые действия с соседями по планете.

Ты лучше знаешь, какой у твоей жизни жанр и какие в ней будут спецэффекты.

Чистые люди утолят правдой жажду, а грязные ею поперхнутся.

У меня все в порядке с самооценкой. Я легко открываюсь людям, потому что не вижу в себе ничего сокровенного. Легко пускаю чужаков в душу, потому что никто не может мне навредить без моего на то согласия – мой дом, мои правила. И знаешь, что я заметил? Как только перестаешь носиться со своим внутренним миром, будто это чемодан с долларами, обнаруживаешь, что окружающим, по большому счету, совершенно наплевать. Им своих забот хватает – не до моей «тонкой душевной организации». И тогда наступает расслабление. Потому что оберегать нужно не свою уникальность – не она делает нас прекрасными, но собственные принципы и убеждения. Если, конечно, они приносят нам счастье, иначе – это говно, а не убеждения.