– Есть такая нервная болезнь… – кот задумался и после паузы продолжил: – Ранки расковыривать. Слышал? Нормальные люди перевяжут рану бинтом и не трогают ее, пока не заживет. Знай себе живут дальше, только бинты свежие накладывают. Для них рана душевная неприятна, но не смертельна. А эти же… они свои раны душевные постоянно ковыряют. Недостаточно страданий? Так они книжку грустную почитают, музыку тоскливую включат, фильм какой-нибудь с трагичным концом посмотрят. Будут наслаждаться своим страданием, смаковать его, как будто это страдание – лучший момент их жизни. Те, кто пообщительнее, еще и зрителей к своему спектаклю подключат: цитаты грустные на стену начнут постить и статусы суицидально-многозначительные ставить. Это у них такой способ диалога с миром: через скорбь и страдание.Ты у них это страдание отбери – и вместе с ним отберешь весь смысл жизни. Все равно что языка лишишь. Они же другого языка не знают, на языке любви с миром говорить с детства не приучены. Ты им сочувствуешь, а их просто надо научить новому языку. Вот как котят прям – взять и научить. – Страдание сейчас в моде, – соглашаюсь я. – Но одно дело – страдать от личных неудач, а у них же клиническая картина страдания всегда однотипная: они встречаются, встречались или собираются встречаться с придурками. Любовь, говорят, у них невзаимная. Несчастная любовь.