Последний шанс

Человек предполагает, а Бог располагает – на латыни это звучит так: «Homo proponit, sed Deus disponit». Изречение указывает на Промысл Божий в отношении каждого (!) человека. Планы человеческие, даже самые обдуманные и взвешенные, несовершенны и неустойчивы. Бог же творит всегда всем во благо.

У одной довольно ещё молодой женщины появились слабость и сильные боли в животе, – назовем ее Елена. После срочного обследования в больнице врачи поставили диагноз: рак кишечника. Болезнь была крайне запущена и ее срочно госпитализировали.

Врачи, посовещавшись, взвесив все «за» и» против», пришли к однозначному выводу – спасти её может только безотлагательное оперативное вмешательство – это её последний шанс. Стали уговаривать больную лечь на операцию, но Елена, несмотря на внутренний страх, почему-то категорически отказывалась. Объяснить свой отказ она и сама никак не могла: нет, и все! И врачи, и, даже, медсёстры, пытались её убедить. Но безуспешно!

Женщина была неверующая. И, тем не менее, перед лицом смерти, она стала искать Бога.

И такой случай представился. Увидев Библию в руках у соседки по палате, Елена стала часто спрашивать ее о Боге, о вере, о Иисусе, о прощении и любви.

По пятницам и субботам к соседке по палате приходил священник, и он же ее муж, долго разговаривал с ней, молился и причащал. Елена тоже стала активно участвовать в беседах о вере, о покаянии, и тоже молилась. Через две недели она тут же в больничной палате приняла крещение,

Подошло время повторного, еще более глубокого обследования. Врачи не уставали убеждать Елену лечь на операцию. Но при повторном обследовании выяснилось, что рак у нее с метастазами, и операция уже ничего не решит, и что сердце у нее слабое, и вряд ли она выдержит оперативное вмешательство. Теперь уже врачи отказались от операции: нет смысла: женщина умирает.

Вывод: согласись Елена на операцию, не было бы времени и возможности покаяться и креститься, – смерть наступила бы раньше. И при этом не было бы шанса на рождение свыше, на спасение своей бессмертной души. Почему Елена решительно отказывалась от оперативного лечения, никто не мог понять, в том числе и она сама. Знает Бог.

Сейчас Елена медленно умирает, – она это осознает, но страха она уже не испытывает. Её посещают священник со своей выздоровевшей супругой, они вместе читают Библию и беседуют…

«Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом» (Притч. 19: 21).

Через страдания и зависимость к Богу

Мы привыкли к выражению «человек разумный», но можно говорить и «человек страдающий». Для страдающего человека Церковь – это своеобразное зарядное устройство для истощенной души, и, следовательно, для вечной жизни. Совершив первородный грех, человек как бы выпал из гнезда, как птенец: был отторгнут от Создателя. Но Бог все равно призывает человека к себе. Нужно только покаяться, и Бог примет душу. Не бывает такого, чтобы человек не страдал. Но без Церкви говорить о Боге бесполезно, без храмовой благодати нельзя понять Бога, даже в страданиях…

Старинный товарищ прислал мне свои мысли:

Нет ни одного человека, который бы хоть раз, как минимум в неделю, не осудил бы ближнего. Посмотрев на пьяницу или человека, который живёт на улице, или просто странного человека, который не такой как мы, или поступает глупо, мы начинаем его осуждать. Иногда эти люди не вписываются в наши человеческие понятия и законы. Нам их тяжело понять и мы начинаем их осуждать или судить. Многие люди делают ошибки и оступаются, понимая это, они начинают просить прощения, но люди говорят – нет им прощения, мы их не простим…

Но задумывались ли мы хоть раз, почему они стали такими? Почему пьяница пьёт, а другой грешит или поступает глупо и подло?

Возьмем, к примеру, пьющего человека. Ведь то, что он опустился – по нашим земным понятиям – и пьёт, это ведь может быть или наказанием, или милостью от Бога.

Вспоминаю один случай когда люди, из-за разных обстоятельств, начинали пить горькую, но, только став алкоголиками, отчаявшись в жизни, они все же приходили в Церковь и здесь находили Бога. Кто знает, может быть только таким путём человек смог придти к Богу, спасти свою Душу, попасть в царствие небесное, пусть даже перед смертью. Может иного пути не было?

В середине 90 годов в одной общине был прихожанин – И. Е. Потеряв свою супругу в 1992 году, которая тоже была прихожанкой этой общины, он сильно запил.

Священники часто посещали его, приглашали вернуться в Церковь, но всегда получали отказ.

И вот в 1994-ом году он пришёл сам, выглядел он неважно, от него пахло алкоголем. На контакт он не шёл, но подход к нему нашла одна верующая сестра – сейчас она уже в мире ином – Н. Щ. Сестра очень много беседовала с ним. Со временем он перестал пить, стал чаще приходить на богослужение. Через некоторое время он принял решение креститься. Но, к сожалению, последствия запоев дали знать, и через полгода он умер.

Теперь давайте рассмотрим с Божественной точки зрения, что же произошло.

И. Е., через пьянство и разочарования в жизни пришёл к Богу. Спас свою душу и воссоединился со своей супругой – нашей сестрой в вечности. Сестра Н. Щ., подала руку оступившемуся человеку, помогла ему обрести веру, тем самым спасала свою Душу. Тот, кто приведёт хоть одну Душу в храм Божий, тому будет прощено множество грехов его.

Только так Бог проложил дороги, так он решил. Бог – это жизнь.

Поэтому, когда осуждаете, думайте, может вы осуждаете самого Бога. Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам: мерой доброй, утрясенной, нагнетенной и переполненной отсыплют вам в лоно ваше; ибо какой мерой мерите, такой же отмерится и вам». Евангелие от Луки 6, 37 и из 38.

Избежать смерть невозможно, но можно избежать ад. Можно обрести и вечную жизнь, если душа найдет еще при земной жизни Бога. Часто люди из-за тяжелой жизни отходят от Бога, начинают даже осуждать Его. Часто кажется будто Бог нас наказывает ни за что. Но мы не можем знать какие планы у Него по отношению к нам. И Бог не карает, а вразумляет.

Любовь – это крыша храма Божьего, фундамент – вера, кирпичики – это добродетели и души христиан, смирение – скрепляющий раствор – без этого цементирующего раствора все рассыплется.

Набат

Сонная тишина, плотно укутавшая заснеженный поселок, была внезапно нарушена звоном церковного колокола. Со дворов вышли на дорогу встревоженные бабы с детишками, и черными изможденными тенями направились в сторону пустой полуразрушенной церквушки стоящей на возвышенном месте несколько в стороне от центральной деревенской дороги. Выяснилось, прибыли люди из райкома, а по колоколу время от времени с разной силой бил молотком молодой водитель «эмки».

Возле машины находились двое представительного вида мужчин и с ними старый колхозный участковый – старшина Иван Егорович Федоров. По причине преклонного возраста его не призывали. Трое его сыновей погибли в первые месяцы войны, а супруга, получив горестное известие, недолго пожила, похоронил.

В церквушке службы не проводились еще с гражданской, по снегу к ней тянулись только-что протоптанные цепочки следов райкомовского шофера.

Любопытные детишки прибежали первыми, затем подошли бабы.

– Что, Егорыч, случилось-то, собрание чтоль?

– Да какое собрание, – отмахнулся участковый, – идите, идите отсюда, не до вас.

Мужчина в добротных серых катанках, наверное, самый главный, крикнул шоферу:

– Хватит, Василий, довольно экспериментов, спускайся! – и старшине, – погоди, Иван Егорович, давай с народом поговорим… Сам понимаешь, такое дело…

Бабы поняли, что это за «такое дело», загалдели разом:

– Перед похоронкой обычно гудит, батюшки светы…

– Чудо…

– Ага, к вечеру, бывает, разок колотнет-гуднет, а утром почтальонша Люська из района похоронку приносит!

– А сколько раз колокол звонит перед письмом?

– Один раз звонит, по вечерам обычно. У нас тут что днем, что ночью, все одно – тишина. Хорошо все слышно. А на колокольне-то никого и нету!

– И как давно это происходит? – поинтересовался начальник, цепко всматриваясь в лица детей. Но глаза у ребятишек были совершенно серьезные, не по возрасту взрослые, было видно – не они шалят.

– Дык всю зиму и происходит. И следов нету, всяко разно вокруг церкви ходили-смотрели, нету!

– И гудит только перед похоронкой?

– Ага, тут уж только так – только перед похоронкой! Вроде как сам Бог предупреждает!

– И наверху, на колокольне, все в снегу, никаких следов, – доложил начальству подошедший водитель.

Телогрейка на Василии была лихо расстегнута, и он исходил паром: ему пришлось дважды ковылять на колокольню: в первый раз – удостовериться, что колокол был без «колотушки», и во второй, взяв из машины молоток для битья по колоколу – «для эксперимента». Под телогрейкой на выцветшей донельзя гимнастерке блестели две медали, и виднелась нашивка тяжелого ранения.

– Ну, что ж, все ясно… – неопределенно хмыкнул начальник, – поехали, Василий!..

К вечеру, справившись с домашними делами, Иван Егорович крутанул звонковую ручку телефонного аппарата:

– С дежурным по райотделу соедините, пожалуйста… Старшина Федоров из Светлого докладывает: без происшествий… Ага, до свидания…

Свернул самокрутку, покурил не спеша. Вновь крутнул ручку телефона:

– Из Светлого это, Федоров, мне почту, пожалуйста… Люся, здравствуй! Ну, как там у нас?.. На Капитонова Семена?..

Положив трубку, участковый вновь скрутил цигарку, но прикуривать не стал, отложил. Сняв со стены старенькую мелкокалиберную винтовку, задул керосинку и открыл форточку окна. Убедившись, в том, что сельская улица пуста, передернул затвор, тщательно прицелился, плавно нажал на спуск:

– Господи, прости…

Щелчок выстрела слился с протяжным гулом колокола. Он знал – завтра Капитоновы будут готовы принять горькое известие.

Инстинкт самосохранения

Есть такое явление – инстинкт самосохранения – это врожденная форма поведения живых существ в случае возникновения опасности, действия по спасению себя от опасности. Осуществлению этого инстинкта служат такие чувства, как боль и страх. Все живое в этом мире подвержено этому механизму самосохранения. Всякая плоть, всякая тварь, от страха перед смертью движима этим великим мотиватором.

Почему же с душой такого не происходит, почему она не живет инстинктом самосохранения? Получается Бог и в самом деле дал человеку выбор: 1. Неверующему в Него не испытывать перед Ним великий страх. А если нет страха, то нет и чувства самосохранения. 2. Верующему в Него, Бог открыл такое понятие как «богобоязнь». Но богобоязнь – это не лютый страх, это сродни страху ребенка чем-то огорчить своего отца или мать: своим ли поведением, поступками, грехом.

Есть страх плотский: перед лицом смерти плоть изо всех сил борется за свою жизнь. В духовной сфере все иначе: Бог любит людей, следовательно, о страхе здесь речь не идет: Он желает, чтобы все духовное и душевное было с Ним едино. И поэтому Он открыт, поэтому здесь нет никакого заложенного в плоть инстинкта.

И человек добровольно решает еще в этой, земной жизни: жить без веры только здесь – на земле, или, приняв Бога, иметь жизнь вечную.

Черная кошка