Цитаты из книги «Петербург»

Как ужасна участь обыденного, совершенно нормального человека: его жизнь разрешается словарем понятливых слов, обиходом чрезвычайно ясных поступков; те поступки влекут его в даль безбережную, как суденышко, оснащенное и словами, и жестами, выразимыми – вполне; если же суденышко то невзначай налетит на подводную скалу житейской невнятности, то суденышко, налетев на скалу, разбивается, и мгновенно тонет простодушный пловец…

Русская Империя наша состоит из множества городов: столичных, губернских, уезд

красный цвет, конечно, был эмблемой Россию губившего хаоса

И едва он это подумал, он проснулся: это был двойной сон.

ну, какой же может быть она Лизой, если Германа нет! Так месть ему, месть ему!

недаром она многократно вздыхала над звуками «Пиковой Дамы»: было что-то сходное с Лизой в этом ее положении

Слышал ли ты октябрёвскую эту песню тысяча девятьсот пятого года? Этой песни ранее не было; этой песни не будет…

отчего успокоился быстро и дух Аполлона Аполлоновича: он во всем любил симметрию.

Аполлона Аполлоновича: он во всем любил симметрию.

убиения будут, апосля же все-опчее недовольство; апосля же болезни всякие – мор, голод, ну а там, говорят умнейшие люди, всякие там волнения: китаец встанет на себя самого: мухамедане тоже взволнуются оченно, только етта не выйдет».