В детстве одним из моих любимых писателей был Андрей Белянин. Я ездил на другой конец Москвы за новой книжкой о приключениях ландграфа, восхищался тем, как изобретательно придуман «Багдадский вор», а уж сколько раз читывал-перечитывал истории о приключении лукошкинской милиции...
Постепенно любовь сошла на нет: появилось много других книг (преимущественно электронных), изменились вкусы, и новые творения автора, все реже и реже попадая мне в руки, оставляли все более усиливающееся чувство, что мы с ним расходимся в представлениях об увлекательной юмористической фантастике.
И вот выходит книга под названием «ЧВК „Херсонес“» — книга, каждая буква в названии которой сигнализирует мне: Саня, держись от меня подальше, нам с тобой совсем-совсем не по пути уже много лет!
И... я решил ее почитать. Посмотреть, кем стал мой давний-давний друг через много лет разлуки.
* * *
Аннотация немного утешает: выясняется, что ЧВК в названии — это «частный выставочный комплекс» (а не то, что вы подумали) и вообще эта история посвящена приключениям музейных работников в солнечном Крыму. Как обычно у Белянина, с шутками-прибаутками и всякими волшебными существами. Возникает призрачная надежда, что удастся обойтись без актуальной международной повесточки, ю ноу.
Авторский стиль и юмор Белянина...
* * *
Авторский стиль и юмор Белянина можно охарактеризовать строчкой из песни: «Каким ты был, таким ты и остался», — и это не комплимент, потому что «я все это время развивался». «Тайный сыск царя Гороха» вышел в 1999-м, и тогда это было нормально и свежо — но камон, с тех пор прошла почти четверть века. Неплохо было бы как-то расти, а?
Он как будто застыл где-то в нулевых, на уровне чуть хулиганской версии «Кривого зеркала» — уже без шуток про тещу (и на том спасибо), но все еще далеко, далеко-о-о даже от уровня раннего «Комеди клаб». Не говоря уж.
Простоватый, бесхитростный, ужасно плоский — максимум, на что его хватает, это на скупую читательскую ухмылку: «Ага, здесь автор пытается в юмор. Понимаю. Смищно, смищно».
Но чаще хочется просто закрыть лицо руками и поскорее пробежать этот, гхм, юмористический фрагмент. Автор пытался в хайп, но у него вышел кринж — так бывает, когда бумер пытается коммуницировать с зумерами. Хау ду ю ду, феллоу кидс.
* * *
Еще одна проблема — нещадная эксплуатация автором темы алкоголизма и половой невоздержанности: за них отвечают здешние Дионис и Афродита, ой, то есть Диня и Гребнева (это он их так замаскировал).
Герои бухают буквально всегда и везде: начинают прям с утра (ну а как вы хотели — средиземноморский завтрак, брынза и вино!) и заканчивают глубоко за полночь. Ну а выпимши им хочется чего? Правильно, комиссарского тела.
Я не то чтобы ханжески против бухла и сисек в литературе, но хорошо бы автору знать меру и уметь придумывать еще какие-нибудь мотивации и сюжетные драйверы для героев. Ну хоть какие-нибудь!
Но нет, абсолютно все, что здесь делается, делается в состоянии нестояния.
(Фьють-ха! Вы поняли? «Состояние нестояния»! Это я шутканул по-белянински одновременно и про бухло, и про интим! *Раздается истерический и фальшивый закадровый смех*.)
* * *
Ну а ближе к финалу автора все-таки прорывает. Приготовьтесь, сейчас будет немножко больно, как комарик укусит: Крым наш. Крым ого-го какой наш, наш изо всех сил! Ясно вам? Терять его было ошибкой, а отдавать было бы преступлением. Крымушка мой Крымушка, наш-пренаш.
Доходит до абсурда. Главный герой бродит по набережной, размышляет о Великом Величии своей Великой Родины, сердце его сладострастно сжимается в пароксизмах любви, а потом ему является дух севастопольского моряка, который благословляет его на Защиту Отечества.
В конце все сосутся обнимаются и плачут от счастья. Ура, товарищи.
На этом месте я бросил читать. Это было 86% текста, до финала оставалось всего чуть, но я понял, что не выдержу больше ни страницы.
* * *
В общем, как вы поняли, потраченного времени изо всех сил жаль.
Главное чувство, которое сопутствовало мне на протяжении почти всего чтения, — досада. Раздражение на самого себя за то, что я, имея такой большой и разнообразный список по-настоящему крутой литературы, вляпался... вот в это.
У меня есть три непрочитанных книги Дяченко — каждая из которых по отдельности круче, чем все творчество Белянина года эдак с 2010-го, вместе взятое.
У меня есть пяток нечитаных Фандориных.
У меня есть огромная библиография Олди, в которой и конь не валялся — и я знаю, что это будет очень круто. Когда я до них, наконец, доберусь.
У меня есть ежемесячный подгон от моего нежно любимого «Мира фантастики» — по полдюжины гигантских, по-настоящему офигенных фантастических романов.
Но нет. Я наворачиваю вот это. Бухло, сиськи, трехгрошовый юмор и крымнаш.
Как же так вышло.
* * *
Не читайте это, ребята. Пожалуйста.
Ищете, что почитать, — спросите меня, я вам пятьдесят книжек выкачу, которые будут лучше, чем вот это.