Цитаты из книги «Ментальные ловушки»

Но определим состояние незанятости как состояние неделания ничего. Неделание ничего означает отсутствие определенного плана, отсутствие стремления добиться какого-то результата. Ничегонеделание в то же время имеет место тогда, когда мы твердо настроены вообще ничего не делать. Но такая решимость уже программа, и, как любая другая программа, ничегонеделание порождает определенное сопротивление любому новому начинанию. Стороннему наблюдателю может показаться, что мы просто не решаемся начать, даже если нам нечего делать. На самом же деле новая задача препятствует нашему запланированному ничегонеделанию. Если бы мы действительно просто не были ничем заняты, то новая задача ничему не помешала бы, и затягивания не произошло бы.

Затягивание — это сопротивление включению в новую работу даже тогда, когда мы как будто ничем не заняты. Мы уже обсудили одну причину этого феномена: инерционное противоборство, порожденное грузом незавершенных дел и проблем. В этой ситуации кажется, что мы ничем не заняты, поскольку то, чем мы на самом деле заняты, — весь груз прошлых нерешенных дел — всегда с нами.

Когда мы свободны от ловушек, мы проживаем каждый день так, словно это начало нового тысячелетия. Но, поскольку в реальности мы погребены под грудой незаконченных дел и нерешенных проблем, разумно приступать к новым начинаниям тогда, когда вес прошлых долгов все-таки поменьше.

Частично такой перенос — это уловка, позволяющая нам оттянуть время и тешить себя иллюзией, что мы уже занимаемся данной проблемой. Вместо того чтобы заняться делом уже сегодня, мы планируем его на понедельник — и чувствуем себя при этом так, словно дело уже сделано.

Широко распространена привычка откладывать новое дело на какой-то определенный момент в будущем, который нам представляется более подходящим, чем момент нынешний. Странность здесь заключается в том, что такие «подходящие» моменты избираются по некоему календарному принципу, а не по характеристикам, имеющим непосредственное отношение к проблеме. Мы решаем начать нашу диету в понедельник — словно понедельник подходит для этой цели лучше, чем, скажем, четверг.

ментальные ловушки затягивают нас в проекты, которые практически не имеют конца. Стремясь с опережением предусмотреть и рассчитать весь ход нашей будущей жизни, мы вынуждены заниматься еще одним будущим днем, и еще одним, и тем, что наступит вслед за ними. Желание абсолютной уверенности или абсолютной точности приводит к тому, что мы амплифицируем без конца. И чем чаще мы попадаем в подобные ловушки, тем сильнее проявляется тенденция к затягиванию и проволочкам прежде чем приступить к чему-то новому. Стоит одной такой ловушке проникнуть в нашу жизнь, наши дела и занятия — и мы обеспечены занятием до конца наших дней.

Именно этот бесконечный груз нереализованных планов и нерешенных задач объясняет самое поразительное явление нашей ментальной жизни — мы всегда и безостановочно думаем. Наш мыслительный аппарат постоянно работает. Едва завершив одну работу, мы оказываемся лицом к лицу с новой, на нас тут же сваливается череда незавершенных дел и проектов. Мы погружаемся в опережающее планирование бесконечного будущего и в столь же нескончаемую реверсию — обратное движение к уже неисправимым ошибкам и неудачам прошлого. Да, надо было сделать то-то, в будущем мы сделаем то-то. Стоит ли после этого удивляться, что мы откладываем и тянем время, когда раздается призыв к новому действию — ведь мы уже заняты по самое горло!

ощущение отсутствия обязательств — редкое ощущение для человека, пребывающего в плену ментальных ловушек. Каждый проект, когда-то занесенный в наши планы и не доведенный до конца, так и остается в списке долгов. Под давлением более насущных проблем мы вынужденно откладываем этот список в сторону. Но временное преодоление ментальной инерции вовсе не означает, что она исчезает бесследно. Как только наступает момент нового начала, так все незавершенные дела нашей жизни водопадом обрушиваются на нас, требуя довести их до конца. И, прежде чем мы сможем обратиться к чтению желанной книги, нам необходимо провести сеанс самоэкзорцизма: изгнать из себя всю эту череду дел и делишек, наперебой требующих посвятить им время.

Совершенно очевидно, что на затягивание работают не только отвращение и неприятие, но и некие иные силы.   Одна из таких сил — общее и бессознательное сопротивление против прекращения всех незавершенных дел в жизни. Когда мы тянем время, кажется, что мы свободны от любых предыдущих планов.

Если бы мы ждали, когда обстоятельства станут более благоприятными, наше поведение следовало бы назвать фиксированным. И в самом деле, затягивание во многом напоминает фиксацию. И в том и в другом случае мы совершаем бессмысленные и бессвязные действия — лишь бы потянуть время. При фиксации мы убиваем время, пока не наступит долгожданный момент для действия. Но при затягивании этот момент уже наступил — а мы все еще тянем. Чего же мы ждем в этом случае?