Глава 5

Тьма на пороге.

Мама лежала в куче пепла, и в тот момент мир вокруг меня словно растворился в тумане. Я не могла понять, что произошло, как будто время остановилось, и все звуки исчезли. В голове царил хаос, а сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу.

Словно в замедленной съемке, я подбежала к ней, с диким рёвом отчаяния и ужаса, который сжимал мою грудь. Я не могла поверить в то, что вижу. Пепел медленно кружился в воздухе, как призрак, унося с собой последние воспоминания о том, что было. Я протянула руки, но они не могли коснуться её, не могли вернуть её ко мне. В руке она сжимала что-то белое.

Слёзы катились по щекам, смешиваясь с пеплом, и я закричала, как будто этот крик мог разорвать тишину, вернуть всё на свои места. Но вокруг всё оставалось таким же мрачным и безмолвным. Я чувствовала, как земля уходит из-под ног, как будто сама жизнь покинула меня вместе с ней. В этот момент я поняла, что ничего не будет прежним, и пепел, окутывающий меня, стал символом утраты, которую я не могла осознать.

Когда слёзы омыли мои глаза, проморгавшись, я подошла к подоконнику, который был усыпан пеплом. На нём было написано, скорее всего пальцем: "тьма на пороге". По телу пробежала дрожь, и в этот момент страх сковал меня, словно холодные цепи. Но внезапно мой кошмары в моей голове прервал знакомый звук – звонок моего мобильного. Он был таким родным, что на душе стало чуточку теплее.

Я посмотрела на экран, и сердце забилось быстрее. "Макс" – имя, которое всегда вызывало у меня улыбку, высвечивалось на экране в окружении красного сердечка. Дрожащим пальцем я провела по телефону вверх, чтобы ответить на звонок.

– Привет, – произнесла я, стараясь скрыть дрожь в голосе, но у меня это плохо получилось.

– Привет, ты где? – спросил он, и в его голосе я уловила нотки беспокойства.

– У мамы, – ответила я, стараясь не думать о том, что написано на подоконнике. – Её больше нет.

– Что? Как это? – спросил он, и я почувствовала, как его слова проникают в меня, как теплый свет в темноту. – Я скоро буду, жди меня у мамы.

Я отключила звонок и посмотрела на пепел. "Тьма на пороге" – эти слова теперь звучали как предостережение в моей опусташённой голове. Но с мыслью о Максе в сердце я почувствовала, что даже самая густая тьма не может затмить свет, который он приносит. Я решила, что дождусь его и, возможно, вместе мы сможем со всем разобраться.

Я не могла оставаться в доме с угасшим телом моей мамы. Каждый уголок, каждая вещь напоминали о ней, о том, как она смеялась, как готовила любимые блюда, как просто сидела в кресле, читая книгу. Но сейчас все это казалось чужим, мертвым, как и она. Я чувствовала, как стены сжимаются вокруг меня, как воздух становится тяжелым и непроницаемым.

Я вышла на улицу, и свежий ветер обнял меня, словно пытаясь вырвать из плена горя. Улица была знакомой, но в этот момент казалась чужой. Люди проходили мимо, спешили по своим делам, и я чувствовала себя как призрак, невидимая и неуместная.

Свет солнца слепил глаза, но я не могла отвести взгляд от неба. Оно было таким же голубым, как в те дни, когда мама брала меня за руку и мы гуляли по парку. От пепла на прожжённом асфальте ни осталось и следа.

Я ходила со стороны в сторону, пытаясь собрать все свои мысли в кучу. В голове царил хаос: воспоминания, переживания, надежды и страхи смешивались в один клубок. Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, когда вдруг заметила, как подъехал Макс. Он остановился на парковке напротив маминого дома, и в тот же миг моё сердце забилось быстрее.

Он быстро выскочил из машины, и я почувствовала, как внутри меня что-то щелкнуло. Все тревоги на мгновение отступили, когда он примкнул в мои объятия. Его тепло и уверенность словно окутали меня, и я поняла, что в этот момент мне не нужно ничего объяснять. Мы просто стояли, обнявшись, и я чувствовала, как его присутствие помогает мне собраться с мыслями. В такие моменты понимаешь, что иногда достаточно просто быть рядом, чтобы найти ответы на самые сложные вопросы.