Глава 2. Лотосы

Наслаждаясь летним вечером, Александр шёл через парк Роше-де-Дом мимо пруда с цветущими лотосами и фонтаном в виде девушки. Он не спешил на ночное дежурство. Остановка на полукруглом помосте, сладкий запах водных розовых чаш,– зрелый мужчина брал от жизни всё.

«Как же совершенны цветы, которым более ста миллионов лет, они пережили несколько ледниковых периодов, мамонтов и динозавров. Нежный цвет и запах лотоса никогда не подвергались селекции человеком, семена и корни съедобны без вмешательства генной инженерии. Или, например, пчёлы, так азартно собирающие нектар в вечерние часы, что иногда ночуют в закрывшемся бутоне. Они жадны в работе, как будто завтра все цветы исчезнут, и пчёлы потеряют главный источник существования. При этом их мёд может храниться вечно. Они никогда не мешают друг другу, никогда не убивают других пчёл. Прекрасная, совершенная система».

Александр смахнул с лица длинную серебристую прядь – седина рано отвоевала виски, превратив залысины в отступающие мысы. За пятьдесят, но спина по-прежнему прямая, а взгляд зелёных глаз – острый, привыкший выискивать сбои в стройных рядах кода. Контроль систем жизнеобеспечения Колонии был его делом. Он обеспечивал работу этого островка разума: автоматических полей, безотходных фабрик, старой ГЭС выше по течению – всего того, что поддерживало жизнь двух тысяч душ в долине, забывшей о землетрясениях.

Зал Совета ждал в готическом форте XIV века на площади Пале. Войдя в прохладный зал с круглым столом и большим экраном, Александр застал не одного дежурного. Борис, худощавый блондин в байкерской экипировке, был не один. Рядом с ним, словно тёплое пятно света, стояла Марьян.

Её красота была математической – «золотое сечение» в плоти, гармония столь редкая, что на неё хотелось смотреть, как на искусство. Дети обожали её, мужчины – теряли дар речи. Большие миндалевидные глаза встретили Александра вопросительным блеском.

– Я ждала вас, – голос у неё был низким, мелодичным. – Завтра у детей урок об экономике, деньгах и наследстве. Хотела услышать из первых уст,– объяснила свой визит Марьян.

– Наследство, – усмехнулся Александр, – о да, я стал единственным наследником двадцати трёх родственников. Я был богат. Я получил законсервированную нефтяную скважину, большую фабрику по производству фастфуда, такой лапши быстрого приготовления в пакетиках и чипсов. Я ходил по цехам и кричал, слушая своё эхо. Автоматизация позволяла запустить фабрику с тремя сотрудниками, но некому было покупать всю эту еду. Я получил от троюродного дяди огромное поместье во Флориде, его содержание превышало мой доход в пятнадцать раз. Самым удивительным наследством было право владения двумя участками на Луне и одним на Марсе,– он развел руками,– Вот уж не знаю, зачем моим предкам понадобились куски безжизненных планет? Когда отменили право собственности, я вздохнул с облегчением. А в детстве я застал настоящие деньги. Мой дед каждый день давал мне горсть монет или небольшую купюру. Я бежал в магазин и покупал сладости, стараясь уложиться в полученную сумму. Так дед учил меня считать и тратить. А как сейчас учат детей счёту?

– Дети считают свои пальчики, как в доисторические времена, – ответила Марьян и показала ладонь с длинными пальцами и тонкое запястье.

– Наша экономика могла существовать только при постоянном росте потребления, рынок сбыта – вот движущая сила, – взгляд Александра невольно поднялся по руке Марьяны до её шеи, проскользил до ушка с завитком волос, опустился в ложбинку между грудей.– Когда население Земли стало резко сокращаться, никакие бесплатные кредиты и стимуляция личных потребностей уже не могли спасти эту систему. Деньги существовали как призраки на серверах. Их стоимость цеплялась за золото, спроса на которое уже давно не было. Даже если цена одной валюты привязывалась к цене другой, конечная звено в цепочке конвертации все равно было золотом. Банки Швейцарии, конечно же, продержались дольше остальных. Но в итоге необходимость в деньгах перестала иметь смысл. Малочисленность населения вынуждала государства Европы сливаться, пока не появилась Колония. Она обеспечивала всех граждан необходимой едой, жильём, защитой, образованием. Человек был объявлен единственным бесценным сокровищем.

– Как доктор добавлю, – вмешался в разговор собирающийся уходить Борис, – С момента организации Колонии, её территория избавлена от наркотиков и никотина, как реальных угроз существования человечества. С моей точки зрения, это большое достижение.

– В школе запрещено рассказывать детям о таких веществах, я сама узнала о них из старой книги, там синяя гусеница курила кальян, – ответила учительница, приподняв тонкие брови.

Взгляд Марьян задержался на Борисе. В металлизированной куртке и с прямой осанкой он напоминал средневекового рыцаря, с байкерским шлемом на согнутой руке. «Айвенго», – мелькнуло у неё в голове, и губы тронула улыбка – тёплая, живая, не доступная даже самому совершенному андроиду.

Борис мог бы уже покинуть Зал Совета, но его задерживало желание видеть эту женщину, чувствовать её запах.

Марьян вернулась к своему вопросу:

– Александр, расскажите поподробнее о «Чёрном воскресенье». С него же все началось, или закончилось?

Игл откинулся в кресле.

– Я много думал, как же так получилось. Я программист, выстраивание алгоритма – часть моей профессии. По законам мироздания, по принципу сохранения энергии в замкнутой системе, коей и являлась финансовая система мира, энергия не изменяется при любых взаимодействиях внутри этой системы. Я полагаю, точка невозврата была пройдена намного раньше «Чёрного воскресенья». Деньги перестали работать. Вот скажите, что производили владельцы майнинговых ферм? Или ещё пример: люди очень любили путешествовать. Граждане богатых стран оставляли экономике бедных стран деньги в гостиницах, чаевые в ресторанчиках, покупали сувениры. Экономика некоторых стран прямо зависела от туризма. Назад путешественники привозили загар, впечатления и фотографии. Все было правильно. Потом появился космический туризм, миллионеры платили миллиардеру огромные суммы за впечатления. Часть денег шла на развитие технологий. И в этот период все ещё было правильно. Первый человек, отправившийся на Луну в кредит, сломал систему. Каюсь, с первого наследства я купил билет на орбиту, – Александр прикрыл глаза и наклонил голову жестом покаяния, длинная чёлка упала на лицо.

Марьян рассмеялась. У Бориса просигналил личный гаджет, он ответил на звонок и радостно сказал:

– Через несколько часов одним человеком в Колонии станет больше, можно будет это отметить. Все, я побежал,– и Борис вышел, с сожалением оставив своих собеседников, а особенно собеседницу. Александр продолжал свой рассказ:

– В определённый момент установилось равновесие между живущими людьми, потребляемыми ими ресурсами и возможностями планеты. Электроэнергия стала доступной, как и еда. Но жадность отдельных людей не могла ограничить их желания обладать все большими атрибутами богатства, они скупали картины, драгоценные камни, коллекционные машины. Эти люди пытались контролировать цены на энергию и продукты. Благодаря накопленным деньгам и высоким технология они ещё имели достаточное количество наследников, чтобы писать завещания. Они старались обеспечить устаревающими признаками богатства несколько поколений своих потомков и сильно ошиблись. Я был гражданином страны, которую многие считали эталоном государства. Накануне в субботу внезапно скончался президент этой большой и все ещё влиятельной Конфедерации. Однако долг страны в несколько раз превышал производимую её гражданами продукцию. В воскресенье на экстренном совещании четыре самые богатые штаты страны заявили о суверенитете. Ни одна из оставшихся частей союза не захотела стать её правопреемницей, принять на себя её долг и выплачивать его по закону старейшей конституции золотом и серебром. Страна в одночасье распалась и просто перестала существовать, также как и её долг. Самые богатые люди страны скрылись на личных самолётах на собственные острова, надеясь, что священное для них право владения есть константа. В понедельник биржи не открылись. Деление ноля на число даёт только ноль, нолём были все котировки, индексы и акции. Это был коллапс, в котором разбивались судьбы и надежды. В этот же день отключили электричество, так как владельцы компаний понимали, что ничего не получат в оплату услуг. Пропала связь и деньги. Первые недели был хаос, власть принадлежала сильнейшим. Большинство людей в моём окружении ждали Бэтмена или Спасителя. Мародёрство длилось, пока не разграбили все магазины и склады. А дальше был исход. Я уходил на яхте, которую удосужился купить за неделю до «Чёрного воскресенья». Через два дня мотания по волнам мне, наконец, удалось поймать сигнал спутника и определится с курсом. До этого момента по компасу я мог лишь понять, с какой стороны ожидать восход солнца. Мой навигатор привёл яхту к берегам Бразилии. Далее я отправился в Европу.

Игл взял паузу и закрыл глаза:

– В большинстве стран в эти дни правительства вводили чрезвычайные положения и комендантский час. Главной целью было сохранить как можно больше населения. Эти страны приняли всех, кто смог до них добраться. Людей было не много, беженцев размещали в пустующих городах. Чьи это были дома и поместья, не интересовало никого. В мире людей исчезло много привычного, осталось только желание сохраниться как вид на Земле.

Александр замолчал и поймал себя на том, что продолжает рассматривать Марьян. Девушка в свою очередь, внимательно слушала Александра и недоумевала. У неё были золотые украшения как память о бабушке. Это были подарки, и скорее амулеты и милые вещицы, чем сокровища.

Покидая Зал Совета Марьян всё равно не понимала, как металл мог управлять судьбами людей. В другую эпоху юная красавица могла сама управлять этим миром лишь взмахом чёрных ресниц, и была бы бесценным сокровищем для влиятельного мужчины. Она бессознательно чувствовала свою власть над мужчинами, но невозможно было купить любовь Марьян.

Александр продолжил ночное дежурство, он сидел в кресле и погрузился в свои мысли. Память неожиданно привела его в детство. Наверное, это было самое первое воспоминание: в возрасте трёх лет он гуляет в саду, останавливается около цветущего куста розы. Любуется дивным нежным цветком со сладким запахом. Цветок так прекрасен, что его хочется съесть. Александр поднимается на носочки и откусывает часть цветка. Тут же острая боль в губе – укус пчелы. Александр громко ревёт, прибегает мама. Становится трудно дышать, его везут в больницу…

«Елена» зашла в комнату к подопечным:

– Господа, ужин. Сегодня паста «Болоньезе» и суши.

Саед с аппетитом ел предложенный ужин, он не обедал и проголодался. Кена кормила «Елена», Самсон все ещё крепко спал. «Елена» подошла к нему и проверила пульс. По движениям робота мужчины поняли, что Самсон умер.

– Счастливый, – прошептал Саед.

– Суши были не свежие, – сказал с претензией Кен.

На экране в зале Совета уменьшилась на единицу численность населения Колонии:

«Старше 100 лет – 4 чел.

61-100 лет – 179 чел.

41-60 лет – 1470 чел.

16-40 лет – 518 чел.

До 16 лет – 6 чел.

Итого: 2177 чел.»

Александр поднял глаза на мигнувший экран и заметил ещё одно изменение в его ответственности. В ближайшие дни ему придётся много поработать.

Тишину зала нарушал лишь едва слышный гул серверов. Снаружи, в парке, лотосы медленно закрывали свои чаши на ночь. Совершенная система продолжала жить по своим, древним как мир, законам.