В поисках места, где можно хотя бы спокойно постоять с чашечкой, никому не мешая, Ника оказалась у неброской двери, ведущей в затемненный коридор. Дверь украшала табличка: "Вход в корпус 2. Корпус еще не функционирует, ведутся отделочные работы, проход запрещен".

Очевидно, тонкая фигурка, скользнувшая мимо Ники за створку, принадлежала кому-то из работников "Параллели". Из-за неплотно прикрытой двери донеслись попискивание телефона – как будто набирали номер, длинный гудок…

– Самый наплыв, – зашептал звонивший, вернее, звонившая; голос больше смахивал на женский. – Негде яблоку упасть. На фудкорте полна ж…, и на других этажах то же самое. Ага, пожалуй, можно. Конец связи!

Снова пикнул телефон, и его владелица с чувством выругалась.

– Хоть отдохнем немного, – заключила она витиеватую тираду, – заманали, уроды, с утра прутся косяком!

Изящный силуэт в голубом коротеньком костюмчике сотрудницы фудзоны метнулся из прохода и скрылся в лабиринте столиков, затерялся среди других снующих с подносами официанток в таких же костюмах. Ника не успела даже рассмотреть ее.

Она отпила еще глоток немного остывшего эспрессо и подхватила угрожающе накренившийся пакет с покупками. Интересный разговор… Как жаль, что она не сообразила присмотреться к этой девушке! Сейчас ее уже не найдешь, вон их тут сколько, и все в одной и той же форменной одежде…

Вероника допила кофе и поставила чашку на столик, где уже стояли чьи-то стаканы из-под молочного коктейля и креманки, и задумчиво посмотрела на схему "Параллели", укрепленную на одной из колонн. Куда бы еще сходить?..

К столику бойко подбежала девушка в голубом костюмчике, моментально собрала грязную посуду на поднос и унеслась к окошку посудомоечной. Но это была не та официантка, которая пять минут назад смачно материлась в закрытом для посетителей коридоре: "Прутся косяком, уроды". Та девушка была среднего роста и худощавая. А эта девушка – невысокая и коренастая, похожая на аборигенку. "А что это она говорила: хоть немного отдохнем?.. Что-то я недопоняла?"

Увидев на схеме второго этажа магазин комиксов и салон японской косметики и парфюмерии "Карюкай", Ника направилась к эскалатору, работающему на спуск. У внучки маминой подруги скоро день рождения; девочка увлекается мангой, и обрадуется, если Ника подарит ей что-нибудь новенькое. А в "Карюкае" можно найти очень хорошие подарочные наборы для свадьбы – пора уже что-то подыскивать для Лили. Вероника уже три года ходила в "Карюкай" в "Парнас-Сити", оценив по достоинству серию "Весенняя сакура". А в прошлом году в Ялте она познакомилась с владелицей торговой сети "Карюкай", что в переводе с японского означает "мир ив и цветов"… Надо же, госпожа Мацуо открыла магазин уже даже за Полярным кругом! Интересно сравнить воркутинский "Карюкай" с его питерским собратом…

Внезапно освещение потускнело и замигало. Всюду вспыхнули красные лампочки. По ушам ударил утробный вой сирены.

– Внимание! Угроза взрыва! Всем покинуть помещение! – затараторил из динамиков механический голос. – Повторяю: внимание…

"Да… Вот тебе и разведка боем – сразу увидела, что здесь творится!"

– Женщина! Вы что – не слышите? Пожарная тревога! Магазины закрыты! Всем выйти на улицу!

Ника медленно обернулась на этот раздраженный голосок, который она сразу узнала по тембру и интонациям. Да, именно эта девушка четверть часа назад сыпала бранью в коридоре, ведущем к второму корпусу. Она смерила взглядом эту девчонку в голубом костюме с короткой юбочкой. Прочитала на приколотом к жакетику бейдже имя – "Алина". И ровным голосом ответила:

– Успокойтесь, ЖЕНЩИНА, глухотой и деменцией я пока не страдаю, и сама знаю, как пройти к выходу. Не нервничайте так, от этого ранние морщины появляются!

Она еще раз смерила взглядом растерянно захлопавшую глазами официантку и шагнула на эскалатор.

"Итак, вот я и выяснила, кто вел этот странный разговор в коридоре. Алина, сотрудница фудкорта… Интересное совпадение: сначала она жалуется кому-то, что посетители "прутся косяком с самого утра", потом радовалась, что можно будет "хоть немного отдохнуть", а через несколько минут объявили тревогу. Или не совпадение?.. Я ведь еще в Питере, по рассказам Наума, заподозрила, что "звонарю" помогает кто-то из служащих "Параллели" – сообщает ему, когда в комплексе больше всего посетителей, и тот звонит и сообщает о минировании именно в "часы пик"… Взять за шиворот эту Алину и попытаться выяснить, кому она звонила, – Ника перешла на эскалатор, ведущий на первый этаж, – и считай, что дело в шляпе. Конечно, если ее собеседник тоже находится в Воркуте, – у главного выхода она посторонилась, чтобы ее не смел с ног мощный человеческий поток, штурмующий двери. – Если он звонит в "Параллель" из другого города, шансов выявить его – ноль. Но если разобраться, кому в других городах нужно городить такой огород, чтобы закошмарить воркутинский ТРЦ? Нет, это явно поблизости кто-то забавляется, думая, что "нас не догонят". Если я не ошиблась в своем определении примерного психологического портрета шутника, то он считает себя умнее всех, обожает самоутверждаться, "кошмаря лохов", и уверен, что его ни за что не вычислят, ума ни у кого не хватит. Тогда он особо конспирироваться не будет, и это дает мне шанс быстро вычислить и его. С Алиной мне повезло случайно, а два раза подряд везуки, как говорит мой маленький крестник из Комарово, не бывает! Но одна ниточка у меня уже есть, – она вышла на улицу, – и я непременно за нее потяну!"

В сквер посередине пешеходной аллеи высыпали уже все посетители "Параллели", удивленные, ошарашенные и возмущенные. До Ники долетали реплики: "Опять! Достало уже! Как ни приду, вечно у них тревога! Снова-здорово! Да они издеваются? Когда еще это МЧС приедет… До вечера тут, что ли, загорать, пока все проверят? Что за на фиг?"

Какой-то долговязый парень с крашеными волосами начал сварливо возмущаться, что ему не успели подать уже оплаченный обед, и сдабривать свою речь отборным матом.

– Зубы-то не простуди, – негромко сказал ему кряжистый мужчина с черным ободком въевшейся угольной пыли вокруг глаз. Крикун смерил взглядом могучего шахтера и сразу умолк. Дискутировать с таким суровым противником он не рискнул. "Молодец, – мысленно похвалила Ника воркутинца, несколькими словами утихомирившего крикуна. – Слушать противно. Терпеть не могу истеричных парней. Женщина-истеричка – пренеприятное зрелище, но когда мужчина чуть что, визжит, брызжет слюной и дергается, как припадочный – это еще хуже! Сейчас это называют свободой личности и умением дать выход эмоциям – это, мол, в ваше доисторическое время мужчины не плакали и жили на восемь лет меньше женщин, а мы, молодые и прогрессивные, не скрываем свои чувства и не стыдимся этого… Вот только зрелище не из лучших! Правильно рассуждают северяне, – она вспомнила, как Наум наглядно описал ей характер коренных жителей Заполярья на примере своего друга: тут все бурлит (рука ложится на грудь), тут все молчит (вторая ладонь прикрывает рот). И среди них немало людей, которые в сто лет еще на охоту ходят и за нартой бегают по тундре; значит, сдерживать эмоции не опасно для здоровья!"

Раздалось завывание сирены. К "Параллели" подкатили машины спасательной службы, и из них в корпус устремились люди в форме, бронежилетах и касках.

"Ладно, подожду, – Ника села на скамейку в зоне для курения. – Подарки-то покупать надо…"

Тенькнул ее телефон. На ватсап пришло сообщение от блогера Вейдера, о котором она недавно вспоминала.

"Вероника Викторовна, это вы в Воркуте около ТРЦ сидите? Я лайв смотрю, и мне показалось, что узнал вас. На скамейке возле скульптуры медведя, в оливковой ветровке!"

*

"Что за сюжет?" – спросила Ника, взглянув на скульптуру, рядом с которой находилась, и на свою оливковую курточку.

"Один стотысячник захлебывается от веселья: в торговый центр позвонили с сообщением о минировании, – ответил Женя, – и всех людей оттуда эвакуировали. И он снимает площадку перед ТРЦ и веселится по полной. Салабон. Не может раскрутить реально острую тему, вот и промышляет фриками и гэгами!"

Вейдер был блогером-миллионником, ратовал за порядок и справедливость в обществе и никогда не занимался троллингом или высмеиванием.

"Ловите, – в Никин телефон прилетело сообщение с вложенной ссылкой, – может, и себя увидите. И качество съемки у него хромает, дергается, прыгает, и ракурс выбрал неудачный, все время какой-то угол в кадр влезает".

Вероника поблагодарила Вейдера и открыла видео. Вот она, "67-я параллель". Камера пометалась по площадке перед главным входом, потом в кадре оказалась остановка, потом – киоски на главной аллее. Потом задребезжал телефонный звонок. Роскошный бас, явно измененный при помощи компьютерных технологий, сдабривая речь матерком, сообщил, что в здании торгового центра установлено взрывное устройство. Раздался вой сирены.

Визгливый голос захлебывающейся скороговоркой, отчаянно матерясь и хихикая, злорадствовал на тему, как "реально не везет" "Параллели" – опять "звоночек прилетел". Потешался, снимая, как из здания спешно выходят посетители и персонал. Всех, кто попадал в кадр, автор лайва желчно комментировал: "Ай, как не повезло! Пришли оторваться в выходной, а тут опаньки, дуй на уличку, жди под дождиком, пока все проверят! Нельзя без проверки, а ну как реально бомбочка стоит, тогда всем кабзда!"

Ника брезгливо поморщилась. Ей был неприятна манера некоторых юнцов изъясняться подобным образом – тараторить, брызгая слюной, поминутно срываясь на визгливый крик и обложной мат. "Явно неместный, – подумала она, – здесь так не тарахтят. И правда, что это за угол в кадре? Очень похоже… очень похоже… Да это же один из киосков! Они тут все по единому стандарту построены!"

– Что, нас уже и в тырнете показывают? – рядом остановился крупный плечистый мужчина с черным ободком угольной пыли вокруг глаз. – Визжит-то, как припадочный… Прямо как тещин кот, когда ему на хвост наступишь… Вот незадача, зашел я с работы затариться продуктами, а тут снова-здорово!

Ника догадалась, что перед ней – отработавший смену шахтер.

– Это откуда же он снимает? А-а, понятно: за "Шавермой" затихарился с телефоном, – догадался шахтер. – Вот поганец. Пойти что ли, пенделя дать, чтоб не до смеха стало?

– Лучше не надо, еще и сами виноватым окажетесь… Они сейчас грамотные, свои права знают, и куда на кого жаловаться – тоже.

– А здесь, барышня, свои законы, – прищурился шахтер. – Тундра диктует. И тут пустобрехов таких вот не любят. Ладно, хрен с ним. Еще зашибу ненароком.

Ника проводила взглядом шахтера и осмотрелась. Да, вот он, стандартный коричнево-бежевый киоск с ярко-красными буквами "Шаверма из Тундры". Оттуда долетал соблазнительный аромат горячего лаваша с мясом. Неспешно, как человек, которому просто захотелось перекусить в ожидании, пока спасатели проверят здание, Вероника зашагала к киоску. Кстати, можно и в самом деле купить лепешку… Пахнет неплохо, а аппетит разыгрался не на шутку. Съеденных утром двух булочек из "Теремка" оказалось маловато.

Пока ей готовили шаверму с индейкой, Ника боковым зрением увидела, как из-за угла киоска высунулась сутулая фигура в капюшоне.

– Минут десять подождите, – вежливо сказала продавщица, скуластая девушка с раскосыми глазами аборигенки Коми, сунув шаверму в печь.

Ника все тем же неспешным шагом отошла за угол киоска, где увидела еще одну табличку "Зона для курения". И увидела стоящего сбоку от "Шавермы" долговязого парня в серой куртке с надвинутым до бровей капюшоном. Парень держал штатив, на котором закрепил телефон, вел съемку и тараторил в укрепленный возле рта микрофон, захлебываясь хихиканьем.

– Расходятся люди, задолбались уже ждать. Погодка не та, чтобы на улице торчать, пока саперы по всем помещениям прошарятся! Ай, какая невезуха – какой выручки лишились! И всего-то и было, что один звоночек… Женщина! – возмутился он, сдвинув микрофон на шею. – Другого места нет курить? Чё, не видите, тут человек стоит, и должен дым ваш глотать? Сами травитесь, если хотите, а других не заставляйте… Вы че, глухая, женщина? Я вам говорю!

Любую другую молодую женщину подобное обращение – второе за полчаса – расстроило бы на весь остаток дня, но спецкору Орловой на работе приходилось слышать и не такое, и при наездах она никогда не терялась.

– Это место для курения, читать умеете? – она ткнула пальцем в табличку. – И если вы тут стали, – она повысила голос, увидев, что парень разинул рот и намерен снова затарахтеть без остановки, – если вы тут встали, то смиритесь с тем, что люди приходят сюда покурить! – "Чё… Говорит, как южанин. Точно не местный…"

– Вы что, умная самая? – набычился парень. – Вас, ЖЕНЩИНА, не спросил, где мне стоять! Только о себе и думаете, а с другими людьми тоже считаться надо! А то таблички читать научились, а культуре – нет…

"Конечно, он не хочет отсюда уходить – здесь самый лучший обзор главного входа в "Параллель" и аллеи для пешеходов… А ему надо лайв записывать. И все должны под него подстраиваться – он, видите ли, не курит, и по этому поводу всех заманает своим воинствующим зожем!"

– Ну вы че, женщина, назло, что ли? – разорялся блогер. – Типа, наглость – второе счастье? Отошла быстро!

Ника чуть не рассмеялась. Этот вертлявый задрыга с узенькими плечиками и пронзительным голосом изо всех сил корчит из себя "нормального мужика", решившего "поучить бабу жизни, чтобы свое место знала", а у самого глаза так и мечутся тревожно. Да и дойди дело до невербальных коммуникаций, более крупная и мускулистая Ника в два счета научит его, что "слабый пол" – это не о ней.

– Пишите спокойно свой лайв, – ответила она, – только более авторитетные коллеги говорят, что качество у вас ниже среднего, и на "двойку" не тянет!

"Вот тебе за "женщину", которую ты затвердил, как попугай. Получи, фашист, гранату!"

– Да пошла ты… – парень захлебнулся бранью и харкнул на тротуар. Угрожающе шагнул вперед. Приостановился, окинул взглядом невозмутимо усмехающуюся оппонентку. – Повезло тебе, я нынче добрый, баб не трогаю, а то показал бы тебе…

– Але, братан! Какие-то проблемы? – к ним подходил сурового вида мужчина в форме цвета маренго с эмблемой местной горноспасательной службы. – Чего до девушки докопался?

При его виде парень тут же суетливо сдернул телефон со штатива и потрусил к остановке, где как раз стоял на посадке микроавтобус, идущий в центр. Уже поставив ногу на подножку, он обернулся и проорал:

– Да пошел ты, …, …, …!!!

– Что?! – рванулся вдогонку спасатель, но дверца уже закрылась, и маршрутка уехала. – Ну, глистопед, ладно, еще раз увижу, не убежит! Он к вам что, приставал?

– Видно, больно ударился, когда с Луны падал, – усмехнулась Ника. – И его удивило, что на месте для курения стоят люди с сигаретами.

– Или мамаша стоя родила, – ухмыльнулся мужчина в форме.

– Девушка, ваша шаверма готова, – окликнула продавщица из киоска.

– Привет, Катюха, – поздоровался с ней спасатель. – Мне как обычно.

"Даже жаль, что он не догнал этого задрыгу и не навесил ему как следует, – Ника забрала горячий экопакет со своим заказом и отошла к ближайшей скамейке, чтобы перекусить, – тогда я вмешалась бы после второй оплеухи, великодушно спасла бы его от третьей и спросила бы, как это он так удачно оказался рядом с "Параллелью" как раз когда началась тревога, вовремя, чтобы заснять эвакуацию. Думаю, в этом случае он бы меня уже не послал и, может, поделился бы секретом своего везения! Интересное кино. Автор анонимных звонков точно знает, когда лучше в очередной раз сообщить о бомбе. Блогер-скандалист подоспел как раз к началу тревоги со штативом. Официантка за пять минут до сообщения о минировании радуется, что можно будет немного отдохнуть, как будто тоже знала, что сейчас опять всех выведут! Интересно, – она с аппетитом ела упоительно вкусную шаурму. Свежее мясо, хрустящая лепешка, нежный майонез – хорошо приготовлено, на совесть! – Как говорила Алиса в Стране чудес: чем дальше, тем страньше!"

Ника доела шаверму и отправила сообщение на ватсап Вейдеру: "Можете скинуть мне инфу об этом блогере, который записывал лайв у торгового центра?" "Да запросто. Когда надо?" "Завтра утром, часам к 8 – 9" "Сделаю!" "Спасибо!"

"Теперь не с пустыми руками завтра на встречу с Ошкоковым приду!" – Ника выбросила пустой пакет в урну и отошла к киоску, где готовили кофе. Она все-таки хотела дождаться окончания проверки и заглянуть в магазин комиксов и "Карюкай"…

*

… Из "Азы" на улице Ломоносова Вероника принесла два больших пакета с продуктами и проворно разобрала покупки. После ужина она зашла в Дзен.

У предыдущей статьи, о втором дне в дороге, было уже свыше трех тысяч дочитываний и несколько сотен лайков. Комментарии в основном позитивные: люди хвалили виды вокзалов в северных городках, пейзажи, снятые из окна, интересный стиль изложения. Кто-то делился своими воспоминаниями о поездке на воркутинском поезде. Кто-то ностальгировал по Воркуте, Инте или Сосногорску, откуда вынужден был переехать по разным причинам… Нашлась и парочка хейтеров. "Заказ на популяризацию Севера выполняете?" – язвительно вопрошал один. "Те скока платят за рекламу воркутлага?" – интересовался второй. "Вы о заказах знаете явно больше меня", – ответила Ника первому. А второму посоветовала учить орфографию, напомнила, что названия пишутся с большой буквы, а печально известный ГУЛАГ прекратил свое существование еще в 1960 году. Поставив лайки и пообщавшись с доброжелательными читателями, Ника проверила монетизацию. Неплохо: статьи о путешествии в Заполярье заинтересовали аудиторию и доход в этот раз был чуть выше. Дзен приносил ей немного денег, но главное, что радовало Нику – если ее публикации читали с интересом и живо реагировали на них.