Цитаты из книг автора «Анастасия Градцева»

– И теперь тебе можно не бояться, что у тебя есть я? – Можно и так сказать, – усмехается он, и напряжение понемногу уходит из его лица. – А ты у меня есть? – Наверное, да, – улыбаюсь я в ответ и дразняще провожу ладошкой по бедру Лекса. —Зависит от того, какие у нас планы на вечер. – Ко мне поедем? – моментально охрипшим голосом спрашивает он. – Неправильный ответ, – ухмыляюсь я и слегка царапаю его ногтями. – Еще варианты? Лекс длинно вздыхает. – В театр? – обреченно предполагает он. – Да! В музыкальный. – Там будут песни? – Там будет опера, – поправляю я. – Они будут петь оперными красивыми голосами. – Долго? – Три часа. – Бляяя… – искренне стонет Лекс. Но потом тут же добавляет: – Если хочешь, пошли. Это ж типа наказание, да? Оно и не должно быть приятным.

От слов «у меня» я растекаюсь горячей карамелью и какое-то время просто стою и, глупо улыбаясь, смотрю на него. А он смотрит на меня. Смотрит так, как будто перед ним не я, а какое-то невероятное сокровище. Самая большая на свете ценность.

– Как-то слишком много всего мне, – улыбаюсь я, но медведя принимаю. Он огромный, мягкий и пахнет холодным зимним воздухом. – Спасибо. И за цветы, пирожные и шарики тоже спасибо. – Тебе понравилось? – пытливо спрашивает Лекс. – Я просто вообще не в курсе, так или не так надо. Никогда не делал такого ни для кого. У меня перехватывает грудь от нежности и собственнической радости, но я не тороплюсь бросаться Лексу на шею, хоть мне и ужасно этого хочется.

Я точно слышала какой-то шум, взрыв и крики, а сразу после этого меня сбили с ног вместе со стулом, к которому я была привязана, и это… кажется, это был Лекс. Я не видела, но почему-то мне так показалось. Если это была не полиция, то могла приехать другая группировка, которая хочет спасти Лекса? Мог приехать Грин? Или он тоже предатель, как и Соник? Нет. Нет! Он не мог.

Но сейчас я вижу эту кривую лыбу и понимаю: нихуя. Это другой человек. И я проебал тот момент, когда он таким стал, и из-за этого проеба меня пристрелят. Но это не страшно. Мне похер на себя. Но Ярослава… Моя девочка с золотыми глазами, в которые посмотрел – и пропал нахер. Моя упрямая, моя смелая, моя смешная, моя ласковая… Моя. Просто моя. И чтобы какая-то мразь посмела трогать мою девочку, пугать ее, привязывать к стулу и заклеивать скотчем рот… Я сдохну сам, но не позволю этого. Внутри плещется густая черная ярость. Но прямо сейчас я ничего не могу сделать. Ничего. Только тянуть время.

А я смотрю, Ярослава, жизнь тебя ничему не учит, – кривит губы в какой-то неприятной усмешке Лекс. – Тебя рыжий отдал нам за бабки – хер знает кому, каким-то левым пацанам! – а ты взяла и пошла, потому что типа все люди хорошие и друзьям надо помогать. Так? Я молчу. Вроде крыть нечем и вроде Лекс прав, но…

Лекс, подходит ко мне, по-хозяйски проводит рукой по спине от шеи до талии, будто кошку гладит, а потом притягивает ближе и на ухо мне шепчет: – Скоро уже поедем, Ярослава.

Лекс оборачивается ко мне, а я в этот момент как раз облизываю измазанные шоколадом пальцы. Его взгляд на мгновение останавливается на мне и вспыхивает так жадно

– Если бы ты была моей девочкой, Ярослава, – голос Лекса становится ниже, в нем появляются хриплые нотки, а в глазах вдруг вспыхивает мрачный огонь, – я бы порвал любого, кто к тебе прикоснется. Тебя бы не посмел тронуть никто. Ты была бы только моей. Моей. И точка. В груди что-то екает, и я особенно остро ощущаю, что в машине нас сейчас только двое. Что Лекс меня сильнее, что он мужчина и что он… кажется, интересуется мной. Очень интересуется. Мало мне было проблем, да? – Крепостное право давно отменили, ты в курсе? – выпаливаю я и прижимаюсь к спинке кресла, чтобы Лекс не протянул руку и не коснулся меня. – И ты же обещал, что ничего мне не сделаешь! – Не сделаю. Пока сама не захочешь, – четко очерченные губы Лекса изгибаются в усмешке. – Обещаю.

Но тут Лекс вдруг резко добавляет: – Но мне поебать уже и на него, и на бабло, если честно. Ты стоишь больше, чем полмиллиона. Я судорожно сглатываю. Мне не нравится, куда зашел наш разговор. – Рыжий твой – мудозвон и ссыкло, – продолжает Лекс, тяжело глядя на меня. – Нахер тебе такой, девочка? Серьезно нравится ложиться под того, кто может тобой прикрыть свой зад? Кто ценит бабло больше, чем тебя, и за пол-ляма может отдать тебя двум мужикам, чтобы они тебя пустили по кругу?