Цитаты из книг автора «Ана Шерри»

дет в свою машину и приедет к нему, чтобы поблагодарить за букет орхидей. Цветы – лишь повод увидеть его. Цветы – это первый шаг к примирению. – Не задерживайся! – крикнула Келси, забирая свой чемодан и покидая самолет. Взяв в руки огромную корзину, Оливия еще раз улыбнулась, несколько секунд рассматривая цветы. Такое разнообразие она видела впервые, они все были прекрасны, но в жизни всегда есть нечто лучше прекрасного. Здесь это голубой цветок. Он один, как небо, и ему одиноко, как ей. Девушка шла вдоль кресел, шаг за шагом сокращая расстояние в семьдесят два метра до выхода. – Отличный рейс, – прошептала она цветам и внезапно во что-то уперлась. Она медленно подняла испуганный взгляд, встречаясь с темными глазами Даниэля. Расстояние в два метра уменьшилось

После приземления на родную полосу Дубая, проводив пассажиров из самолета, Оливия не торопясь приводила салон в порядок. Она специально тянула время, чтобы случайно не встретиться со своим капитаном. Желание кинуться в его объятия перевешивало уговор не приближаться ближе чем на два метра. Так что ей лучше не видеть его сейчас. Временно. Возможно, до вечера. А вечером она ся

Месяца хватило, чтобы осознать, какая роль предназначена Оливии в его жизни. И эта роль не имела ничего общего с похотью и сексом между рейсами. Теперь он четко знал – именно Оливия Паркер станет его женой и родит ему детей. Пятерых. Они станут врачами, инженерами или пилотами. Неважно. Это будут их дети. – Мужчина, который будет рядом с ней, должен обладать чертовски сильным характером, – произнес Марк, надевая черные очки. Солнце заглянуло в кабину, ослепив пилотов.

Марк поправил галстук, – я даже приревновал. Кто это может быть? Ты не знаешь? Медленно Даниэль перевел на него свой взгляд, отвлекаясь от датчиков: – Этим человеком может быть только полный идиот. Ему не хотелось знать о ее реакции. Это неважно. Важным был ее ответ на это послание. И Даниэль точно знал, Оливия не заставит себя долго ждать. Он слишком много размышлял в последнее время. Выбросив с высоты полета обиду, он наблюдал за ней, находясь на расстоянии в два метра. Он видел ее подавленность, рассеянность, он следил за каждым ее движением на брифингах, в отелях, за завтраком. Она пыталась прятать взгляд, рассматривая маникюр, ронять вилку, подниматься по лестнице, минуя лифт, в котором находился он. Она пряталась не от него. Она бежала от себя. Характер Оливии Паркер не давал ей признать своих чувств. Для нее пря

Она не хотела читать. Она хотела продлить время, думая, что этим человеком мог быть Даниэль. Но сколько раз она думала так же и ошибалась? Записки превращали радостное ожидание в банальную приятность. Но орхидеи давали ей большую надежду на радость. Только он знал о ее любви к этим цветам. – Оливия, самолет поехал, быстрее читай. – Нина торопила, и девушка развернула листок, смотря на черные буквы. Пара предложений. И она заставила губы Оливии растянуться в улыбке. «Это единственные цветы в мире, которые растут непонятно как: то ли в земле, то ли на воздухе. Но теперь они своими корнями добрались до моего сердца». Без подписи. Но она точно знала, кому принадлежат эти слова. Камень, который не давал ей дышать с момента, как она захлопнула дверь перед Даниэлем, сейчас раскололся и упал.

Дойдя до первого салона, до нее долетело ее имя, сказанное несколькими голосами. Не понимая, что происходит, она нахмурила брови, но тут же насупленность превратилась в удивление: Нина протянула ей плетеную корзину, до отказа заполненную цветами… Ее любимыми цветами. Орхидеями разных окрасов и лишь одной голубой. Целая корзина счастья оказалась в ее руках, а она лишь ощущала, как сильно бьется сердце. И маленьким огоньком вспыхи

Они летят, – он протянул ей корзину с цветами. Она никогда в жизни не видела столько орхидей в одном букете. Нежные цветы всевозможных оттенков – от белого до бледно-розового, и лишь одна ярко-голубая орхидея по центру. Удивительная композиция заставила ее изогнуть бровь, но, вспомнив правила, она тут же забыла о красоте букета.

И чем больше она углублялась в размышления, тем чаще там возникало имя Даниэля. Сколько теплых улыбок он подарил ей, сколько взглядов… Сколько раз она ответила ему тем же? И тем не менее она ему отказала, о чем сейчас старалась не вспоминать.

маленькой комнаты на небо, мысленно хотелось заставить его смотреть туда же. Небо – единственное, что их объединяло.

Иногда Оливии казалось, что он работает на автопилоте, без эмоций, монотонно выполняя свою работу. Она ловила себя на мысли, что делает точно так же, ожидая лишь его взгляда. Но не получая его. Даниэль полностью игнорировал ее, как стюардессу и как девушку, с которой имел близкие отношения. Все было кончено, и это слово вызвало неожиданное чувство – тоску. Она часто вспоминала его улыбку. Она помнила его запах, слышала его голос, но это были лишь воспоминания, от которых Оливия никак не могла избавиться.