Не поддерживаемая бюстгальтером грудь наливается, а соски вульгарно прорываются через футболку. Томас забирается мне под одежду и от соприкосновения прохладных пальцев с горячим телом, на коже рассыпаются мурашки.

– Мне сделать это, Майя? – топчусь на месте и скулю от нетерпения и желания. Кареглазый черт кусает нижнюю губу, но ничего не делает. Теплые ладони приятно поглаживают мои бока и дрожащей живот, а грудь болезненно ноет, мечтая о его сильных руках.

– Пожалуйста, Том… – выгибаясь, похабно выпячивая грудь.

Хард облегченно выдыхает и накрывает мою страдающую по прикосновениям грудь, сминая как сдутые мячики и оттягивая соски.

Опьяняющие ощущение стрелой пронзают каждый участок моего возбужденного тела. Я прикрываю глаза и вжимаюсь затылком в стену, не обращая внимания на тупую боль.

Двигаю телом, чтобы ладони Харда не стояли на месте, а ласкали меня. Еще жестче и требовательнее.

– Том, сильнее… – британец рычит мне под ухом и выругивается. Ему башню сносит от простоты и откровенности моих просьб. Еще ни одна девчонка так не извивалась под ним, когда ей ласкают грудь. Боже! Это мысль зажигает и возносит на пуховые облака, с которых сразу в омут похоти и наслаждения.

Хард терзает зубами тонкую кожу на шее, оставляя засосы и старательно массируя грудь.

– Ай, – британец пощипывает соски, покручивая между пальцами. – Не делай так, – слишком острые и болезненные ощущения не позволят мне долго продержаться.

– Как? – брюнет очаровательно лыбится и щипает сосок на правой груди. – Вот так?

– Том! – вскрикиваю от досады и жуткого возбуждения. Такой мокрой я ещё никогда не была!

Отвожу взгляд, пытаясь скрыть волнение и лихорадочные эмоции, отражающие в моих бушующих океанах. Но спрятаться от внимательного Харда, невозможно. Цепко хватает меня за подбородок и поворачивает к себе, заставляя смотреть ему в глаза.

Я тяжело дышу, но послушно исполняю волю парня, который довел меня да такого состояния.

Похотливый кобель понимает всё без слов. Для него я открытая книга, требующая должного ухода и внимания. Он расстегивает мои джинсы и приспускает, оголяя мою попку. Знакомится с моей пятой точкой, сжимая упругие половинки и одобрительно рычит, и полностью стягивает джинсы.

Хард садится на корточки и его лицо на одном уровне с самой интимной областью моего тела. Еще несколько таких выходок и от перевозбуждения я точно потеряю сознания.

Шторм в шоколадных глазах брюнета предвещает самый сильный оргазм, который только способна испытать девушка. Хард исподлобья наблюдает за сменяющимися эмоциями на моем лице: от жалкого самоконтроля до острого желания быть оттраханной.

Обольстительный подонок медленно стягивает черные трусики до щиколоток и не отрывая от меня глаз, проводит ладонью вдоль по истекающей промежности. На губах Томаса улыбка. Мои приоткрыты в немом восторженном стоне.

– Так хорошо, Майя? – Ему действительно интересно или он просто издевается?

Хард ритмичнее гладит меня промеж бедер, оглаживая складочки и задевая клитор, застыв без движений передо мной на коленях.

– Ни одна девчонка у меня не текла так, как ты, – это способ Томаса сделать извращенный комплимент, который взрывает во мне вулканы негодования и безумства.

Плотно стискиваю бедра, протестуя против этого наглого покушения на моё слабое тело. Хард вскидывает голову и непонимающе хмурится. Ладонь британца зажата в тисках. Для кареглазого черта лишиться удовольствия не так страшно, как лишить его возможности доставить удовольствие мне.

– Не смей сравнивать меня со своими бывшими пассиями, – хватаю Томаса за запястье и выдергиваю из влажных тисков, заставляю встать. – Никогда! – он нервно сглатывает, но молчит.

Без штанов качать права перед Хардом и доказывать своё совершенство – глупо и смешно. Но я чувствую заряд энергии, несмотря на комичность своего положения.

Внутренний бог Харда, наверно, гогочет от истеричного смеха, наслаждаясь такой интересной заминкой.

– Я понял, – спокойно и без капли насмешек в голосе. Пальцы Томаса липкие от моего возбуждения подрагивают и тянутся к моему горячему лону.

– Можно я продолжу? – нервно дергаю головой, пораженная такой вменяемой реакцией и Хард возобновляет свои ласки.

Ладонь брюнета у меня между ног лишает рассудка. Напрочь. Я выгибаюсь навстречу пальцам Томаса и умудряюсь вульгарно подмахивать бедрами. Мышцы ног протяжно ноют и дрожат от усталости. Заниматься сексом стоя жутко неудобно.

– Черт…

Хард сгребает меня в объятья и рывком усаживает на прохладный стол. Спущенные джинсы ограничивают свободную подвижность и подойти ко мне максимально близко Томасу не удается. Он несколько секунд обдумывает как обойти препятствие и судя по его просветленному взору, гениальная идея снизошла на кучерявую голову бесстыдника.

– Ненавижу джинсы… – негодующе рычит, но загадочно скалится.

Хард падает на колени и подлезает, смешно выныривая у меня между ног. Брюнет занимает идеальное положение на уровне моих влажных вод и, если Томасу взбредет на ум помучить меня, я смогу зажать его кучерявую голову, заставляя вылизывать меня.

Боже, о чем я думаю?

Томас обдувает мои мокрые складочки, распределяя природную смазку круговыми движениями большого пальца. Ближе прижимаюсь к пальцам брюнета, которые хочу почувствовать внутри.

– Том, сделай что-нибудь… – жалобно скулю и виляю бедрами, стараясь приподнять своё тело и поймать ускользающие от моей пульсирующей дырочки пальцы Харда.

– Сделаю, Майя, конечно сделаю, – успокаивающе гладит мои бедра и больше ничего. Просто наблюдает как я обильно теку на каждое его движение и слово.

Хард таинственно улыбается, испытывая дикий кайф от той власти, которой он обладает. Небрежно и вызывающе нежно целует меня в киску. Меня перетряхивает и тело сводит судорогой.

– Том… – Я больше не могу!

Хард выбирается из тесного пространства. Стаскивает меня со стола и разворачивает к себе спиной, заставляя сменить положение и лечь на прохладную поверхность стола. Сколько химических опытов было здесь испытано, но настоящая химия происходит сейчас.

Кареглазый дьявол небрежно своей ногой толкает мою правую ногу в сторону, открывая более доступный и удобны способ добраться до меня.

– Ну, что Майя, – похабные губы Харда парят над моим ухом, опаляя мою нежную кожу, пропуская табун мурашек по телу, – так хорошо?

И его пальцы надавливают на мой клитор, и я чувствую, что ответ на вопрос течет по внутренней стороне моих бедер. Впиваясь в нижнюю губу зубами, прокусывая ее до крови, не позволяя ни единому звуку вылететь наружу. Металлический вкус во рту приводит меня в себя, опьяняя еще сильнее, и кнопка «чрезвычайная ситуации» в мозгу горит ярко-красным цветом, призывая к немедленным действиям.

Верчусь под ласками Томаса и виляю задницей. Брюнет настырно и упорно ласкает меня, как я и мечтала всё это время, нависая своим массивным телом, еще сильнее вдавливая в хрупкий стол. Мне не чем было дышать, и я изнемогаю, истекая потом. Внизу живота нещадно пульсирует, а образовавшийся узел причиняет томящуюся боль.

Томас оттягивает мочку моего уха кончиками зубов и резко отпускает. Что-то между стоном и звуком раненого животного вырывается из моей груди. Чем пытливее пальцы Харда ласкают меня, тем сильнее я раздвигаю ноги. Британец прикусывает влажную кожу на моей шее и прекращает свои пытки, изящным и скользким толчком вводя в меня два пальца.

– Боже, Том, да… – запрокидываю голову назад и позволяю себе громкий стон облегчения. Затылком чувствую удовлетворенную ухмылку британца. Он привык к подобной реакции девушек на его ласки, но со мной все иначе. Я знаю.

Хард поступательно набирает ритм, растягивая меня под себя. И для себя. Размеренно вводит пальцы и выходит, оставляя пульсирующую пустоту. Извиваюсь и скулю. Наплевать, что мои стоны могут выдать нас. Просто хочу раствориться в ласках Харда.

– Том, пожалуйста… – плотно обхватываю стеночками его пальцы, готовая кончить.

– Ты хочешь кончить от моих пальцев или члена? – Безумие. Беспощадная игра с моим телом.

– Да… – мне не хватает более вразумительных слов, чтобы донести свою мысль. Бессвязно стонать и подстраиваться под движения Томаса – всё, что мне доступно.

Сквозь пелену возбуждения слышу характерный звук расстегнувшейся молнии и шебуршание за спиной. Под мой дикий визг Хард лишает меня своих пальцев.

Я поворачиваю голову, наблюдая за Томасом стеклянным взглядом. Пальцами собирает мою влагу и смазываем колом стоящий член. Требовательно виляю задницей, призывая немедленно заполнить меня.

Хард придерживает член у основания и упирается головой в промежность, но не торопится заполнить меня. Это пытка! Упираюсь горячим лбом в холодную поверхность стола, испытывая великое наслаждение.

– Пожалуйста…

Томас похлопывает членом по клитору и проводит вдоль по истекающей промежности и рывком входит на всю длину. Неконтролируемый стон вырывается из моей груди.

Хард чертыхается и сокрушается. Я слишком плотно обхватываю его и кончить он может быстрее меня.

– Ты невозможно узкая, Майя, – брюнет заводит мои руки за спину и дергает на себя, прижимая к груди и обхватывая плотным кольцом. Моя задница безобразно выпячена назад.

– Тебе же нравится, когда я так плотно обхватываю тебя, Том? – смакую каждую букву его имени и сладко облизываюсь. В отместку на мою вольность Хард кусает меня в шею и жестким толчком рвется вперед.

Боль вперемешку с нарастающим наслаждением перемешиваются. Томас забирается под футболку и остервенело сжимает отяжелевшую грудь, размеренно врезаясь в мои ягодицы.

Чувствую каждую выпирающую венку пульсирующего члена британца. Ритмичность его толчков увеличивается и шлепки разгоряченных тел сплетаются с рычанием брюнета и моими сладостными стонами.

– Мне действительно нравится твое узкое гостеприимство, Майя, – пронзает меня насквозь, добираясь до самой чувственной женской точки. – Еще мне нравится, что ты течешь как последняя сучка, когда я рядом… – оттягивает соски, яростно насаживая на себя.

Выкручиваюсь из стальных объятий Харда и падаю на стол, не в силах больше контролировать себя от настигшего оргазма. Внутри всё сокращается и сжимается, и интимные внутренние объятья становятся почти невыносимыми для Томаса. Он кончает следом, разделяя на двоих пик наслаждения. Горячая струя бьется глубоко внутри, и мелкая дрожь прокатывается по телу.

Я загнанно дышу и тихонечко постанываю. От усталости и наслаждения.

– Обещай, что попробуешь? – прижимаюсь разгоряченной щекой к столу.

– Я думал, что вытрахал из тебя эту дурь, Льюис, – кареглазый дьявол звонко хлопает меня по заднице.

– Пообещай, – у меня не осталось сил спорить с британцем. Разгорячённая лежу на столе, прижимаясь к прохладной поверхности голыми сиськами, все еще чувствую мужскую плоть Харда внутри.

– Черт с тобой, обещаю, Майя…

Новая проблема в коллекцию неприятностей, обрушившихся на мою голову с появлением Харда в моей жизни. По крайней мере, я буду знать, что попыталась. Попыталась помочь обозленному на весь белый свет и глубокого одинокому мальчишке…