Глава 7. Майя

«В братстве запланирована вечеринка. Ты обязана быть!» – вопиющее сообщение, лишенное всякого такта и уважения, сквозящее высокомерием и требующее немедленного повиновения, не на шутку взбесило меня. Хард не умеет расставлять приоритеты, воспринимая меня как неприятное дополнение к спору, одновременно, желая похвастаться перед своим быдлом завоеванным трофеем. Я игнорирую его сообщение, намеренно нервируя его нестабильную психику, демонстрируя свое неподчинение. Брюнет будет в ярости, конечно, если дождется моего появления на вечеринке.

Ужасная неделя пронеслась со скоростью кометы. Рухнула в царство моей спокойной и приземленной жизни, уничтожив всё, возводимое мной годами… Одни хотят вступить в несуществующий клуб и получать дельные советы от профессионала в отношениях, которым я не являюсь; другой приказывает явиться на чертову вечеринку, чтобы потешить свою самолюбие и показать всем новую игрушку. Во что я превратила собственную жизнь? Ждала популярности и получила её. Но известная студенческая жизнь в моих мечтах рисовалась мне совсем иной. Нет, серьезно, чего я ожидала, что ко мне будут подать в ноги и целовать?

«Единственное, что тебе могут поцеловать – это задницу. И то Хард. И то если захочет».

Всё так или иначе сводится к этому несносному подлецу от улыбки которого девчонки растекаются лужицами, исполнительно выполняя все изощренные прихоти кареглазого мудака.

До последнего ищу причины своего не появления на вечеринке, но всё сводится к тому, что я хочу пойти и, одновременно, ужасно боюсь явиться на растерзание хищному обществу, подписав себе смертный приговор. Меня пугают шумные компании. Одиночество всегда было моим извечным спутником, пока волей случая я не оказалась втянута в опасную игру без правил, где каждый сам за себя. Харда непременно обрадует мое присутствие на сборище, но не стоит даже рассчитывать на поддержку Томаса в случае если со мной случится приступ панической атаки. Общество меня не принимает, и я выбираю самого популярного и скандального парня во всем университете, чтобы выйти из тени.

Я пыталась найти тысячу причин, чтобы не идти, правда, но не нашла ни одной и готова теперь окунуться с головой в студенческий разврат, скрытый за алкогольным дурманом.

– На вечеринку? – сквозь шум музыки и возгласы пьяных студентов, пробивается, к моему удивлению, почти абсолютно трезвый голос девушки, с красным пластмассовым стаканчиком, в которой я узнаю Кэт. Она приветливо улыбается, подходит ко мне, застывшей около дома братства

– Да, – отвечаю на автомате, толком не расслышав вопрос, надеясь, что не выгляжу глупо и напугано.

– Первый раз? – Кэт протягивает мне стаканчик с пивом, мелькая пластмассовой посудой у меня перед лицом, пытаясь вернуть меня в реальность. Я с недоверием разглядываю жидкость в бокале и морщусь как самая настоящая воспитанная и до ужаса правильная скромница. Моя недавняя знакомая заливисто смеётся над моей физиономией, но я принимаю её великий дар всех вечеринок и взглядом умоляю замолчать.

– Да, – всё также монотонно и зачарованно, отвечаю на очередной вопрос девушки.

– Давай я с первого раза угадаю, кто вынудил тебя прийти на вечеринку? – изумрудные глаза Кэт вспыхивают ярким блеском, отчетливо сияя зеленоватым оттенком в ночи.

Я показываю Кэт язык, в отместку получая громкий хохот и сама расплываюсь в улыбке. Мне, конечно, не нравится думать, что именно Хард заставил меня прийти на сборище пьяных и озабоченных идиотов, поэтому я рассматриваю сложившуюся ситуацию неудачным стечением обстоятельств. Ведь я девушка благородная, а таким бедным и потерянным мальчикам, в жизни которых ничего нет кроме контроля и власти над другими, надо помогать. Заботиться и хорошо подыгрывать…

– Не знала, что ты тоже любишь подобные… – неоднозначным движением руки указываю за спину девушки и недовольно куксюсь.

– Бесплатная еда и халявное бухло – таким грех не воспользоваться. Жизнь простого и бедного студента непростая штука, а здесь есть шанс поживиться продуктами и несколько недель жить, ни о чем не думая. Эти же пьяные идиоты ничего не замечают вокруг себя после нескольких бокалов левого пойла.

В подтверждение слов Кэт из дома братства разносятся пьяные вопли и возгласы. Определить уровень опасности или безобидности выходок за этими животными звуками очень тяжело.

– В свою защиту скажу, что я уже третий час пускаю слюни в этот бокал с пивом, контролируя обстановку и наблюдая как один за другим это пойло валит с ног всех заблудших гостей на вечеринке, – она сверкает своими изумрудами и уголки губ подрагивают в улыбочке, а серебряное колечко на нижней губе поблескивает в свете ночников. Шрам на правой щеке расползается от улыбки и выглядит неприятно, и я снова ловлю себя на мысли, что бесстыдно пялюсь.

Отвожу взгляд и смотрю на темную жидкость неизвестного происхождения в красном пластмассовом стаканчике. Подношу к носу и принюхиваюсь. По запаху – самое обычное пиво. Пробую на вкус и причмокиваю, прислушиваясь к вкусовым рецепторам – не изысканно, но и не отвратительно. Хотя, наверно, если выпить тонны этого бухла, и оно превратится в омерзительный напиток.

– Слушай, Майя, так не пойдет, – Кэт хлопает меня ладонью по плечу, и я вздрагиваю от неожиданности. Несколько секунду тупо моргаю, сверля не мигающим взглядом открытые нараспашку двери.

– Выглядишь ты хорошо, – она осматривает меня с ног до головы, ставя зеленую галочку моему внешнему виду. – Здесь встречают по одежде, имей в виду. – Принимаю во внимания все замечания своей единственной знакомой, впитывая информацию как губка. Долбанный Спанч-Боб!

– Немного подправим твой образ, – Кэт подворачивает мою черную футболку, оголяя живот, – и вуаля, идеальное сочетание голого животика с подтянутым бюстом. – Пепельная блондинка подмигивает мне, одобряя преображение. – Парни изойдутся слюнями по тебе. – А потом Хард оторвет мне голову за то, что я ставлю под сомнение его сексуальный авторитет. Какая волнующая идея!

Таинственная улыбка расцветает на моих губах и в свете ночных фонарей кажется пугающей и возбуждающей. Незнакомка оценивает мою реакцию, как сигнал к действиям, и я наконец-то нахожу в себе смелость окунуться в студенческий беспредел.

Я ни сразу замечаю Томаса, но мое тело чувствует тяжелый взгляд карих глаз, похотливо разглядывающих меня как свою собственность. Мой живот дрожит, разливающее тепло бежит по венам и кровь пенится в жилах, подогретая надменным взглядом британца. Неприятные, колющие мурашки бегут по спине. Я провожу ладонью по шее, пытаясь взбодрить свое тело, вернув себе прежний контроль. Но как ни странно, внимание Томаса длится недолго, и он находит себе новое интересное занятие, в качестве смазливой девки, просиживающей свою задницу, нет, не на коленях британца, и вот это действительно странно.

Я пробираюсь сквозь толпу выпивших студентов, налетая на девушек и слыша в свой адрес шквал негодований и сталкиваюсь с парнями, половина из которых не в состоянии отличить девушку от подушки. Подмять под себя и заснуть мертвым сном.

Барная стойка на кухне уставлена бутылками с разным алкоголем, на любой цвет и вкус. К черту! Это же вечеринка и я хочу напиться! Хватаю первую попавшуюся бутыль и откупорив крышку, делая один глоток. Горькая и обжигающая жидкость отвратительна на вкус, но приятное тепло пульсирует по всему телу, словно в меня вселилось пылающее солнце. Меня бросает в жар, и я снимаю футболку, напрочь позабыв о том, что нахожусь в незнакомом месте, где полно пьяных незнакомых парней. Да, к черту! Пусть Хард найдет меня пьяную в постели с первым встречным мужиком! И плевать я хотела на последствия!

Мелкими глотками попивая неизвестный гадкий напиток, покачиваюсь из стороны в сторону, сидя на столе.

– Какого хрена ты делаешь? – мой любвеобильный парень соизволил почтить меня своим присутствием, сразив своими сексуальными флюидами. – Пьешь? – Том выхватывает у меня бутылку из рук и швыряет в раковину. – Полуголая? В доме братства? – Хард встает прямо передо мной, оказавшись у меня между ног – его любимое местоположение.

– Ты тоже здесь? – тихий смешок вырывается из моей груди, и я в упор смотрю на Харда, чьи губы находятся в удобной близости от моей груди.

– Совсем одурела? – Том встряхивает меня за плечи и мой мир теряет координацию, превращаясь в размытое кружащееся пятно.

– Это вечеринка и здесь пьют, – от такой наивности и честности вся злость брюнета сходит на нет и раздражение сменяется смятением. Указательным пальцем поднимает мое лицо за подбородок, пытаясь прочитать между строк и найти причину моей глупости.

– А еще здесь парни любят трахать пьяных девушек, которые на утро ничего не вспомнят, – Том шипит мне в лицо, проговаривая отдельно каждое слово и смысл их, как кол вбивается в мое тело. Но вместо страха мое глупое тело сводит и внизу живота образуется тугой ноющий узел.

– У меня возникла проблема, Хард, – ему не нравится, когда я демонстративно пропускаю мимо ушей его слова.

– Во что ты уже вляпалась, Майя? – Том клацает зубами, готовый растерзать меня в клочья, и я не против если его белоснежные зубки потерзают возбужденные участки моего тела.

– Посмотри на мою грудь, придурок, – челюсть Харда отвисает, и он по-идиотски пялится на меня, не понимая, как докатился до этого момента в своей жизни, когда девушка сама просит взглянуть на ее грудь. Ведь обычно бесстыжие глаза этого обаятельного засранца только и разглядывают женские сиськи, а сегодня они изрядно подзадержались в зрительном контакте. Возможно, что-то все-таки есть во мне?

Хард опускает взгляд на мой бюст и четко различает затвердевшие острые соски, проступающие через ткань бюстгальтера.

– И это довольно болезненно, – кокетливо болтаю ногами. – Ощущения похожи на ваши, когда ноет возбужденный член, пока вы не передернете. – Ненавязчиво кончиками пальцев, поглаживаю выступающие вены на руках Харда и терпеливо жду, когда эта секс-машина наконец-то заведётся. – Так ты поможешь мне с этим, Том? – кладу горячие ладони британца на свои оголенные ляжки. Томас сосредоточенно следит за моими движениями и вслушивается в мои слова, ничего не предпринимая. Исподлобья поглядывая на мою грудь, нуждающуюся в прикосновениях его мягких губ и горячего языка.

– Идём! – Хард дергает меня за руку, и я спрыгиваю со стола.