– Это не ты… У тебя чужие глаза… И слова которые ты говоришь, не твои!

– Олола, я тебя очень люблю, – он невольно поморщился, так фальшиво это прозвучало. – Но жениться должен на другой. Проси все, что хочешь, любая твоя просьба будет исполнена. Любой официальный титул. Хочешь выйти за лэрда – я это устрою. Хочешь остаться со мной – с этим тоже нет проблем. Я охотно признаю ребенка, который у тебя родится.

– Дэстен, ты меня обманул!

– Я потерял голову. Пойми, я был готов на тебе жениться.

– Что же помешало? – горько спросила Олола.

– Долг. Я поведу армию на Игнис. Быть может, убью Ранмира аль Хали.

– И как же я тебе помешаю, если стану твоей женой?

– Армия не пойдет за сиром Хотом. Мне надо стать сьором Халлардом.

– А я, значит, гратой стать не могу, – Олола отступила на два шага. Дэстен пошел, было за ней, но девушка вытянула вперед руки: – Не подходи!

– Любая твоя просьба. Все, что захочешь.

– Я хочу свадьбу. Нашу свадьбу, Дэстен.

– Это единственное, чего я не могу тебе дать.

– Но почему ты не сказал этого раньше?! До того, как стал моим любовником?! Ведь ты мне не муж! И никогда им не будешь! Ты воспользовался моей наивностью, слабостью, пообещал жениться! И передумал! И кто ты после этого, Дэстен?!

Он молчал. Упреки Ололы справедливы.

– Хотя, какое я имею право так с тобой говорить? Со сьором! Мое предназначение служить вам, мой сьор, – Олола низко присела. – Но твой титул не самый громкий. Наследник Дома, фи! Поищу себе более влиятельного покровителя.

– Олола!

– Мне от тебя ничего не надо. Когда-то я была глупой и жадной. Мне хотелось много денег, много слуг, купаться в роскоши и заставлять весь мир вращаться вокруг меня. Потом я полюбила. И знаешь, вылечилась. По крайне мере от жадности. Нет богатства большего, чем любовь. А теперь я хочу вылечиться от глупости. Я у тебя ничего не возьму. И ты всю жизнь будешь знать, что за тобой долг. Тебе придется с этим жить, Дэстен. И я не сниму с тебя эту ношу, потому что ты меня обидел. Обидел так, что я больше не верю в добро. И я пойду туда, где зло. Не останавливай меня.

Она вдруг поняла, что идти-то ей пока некуда. Это Дэстен у нее в комнате, а не она у него в Нараборе.

– Немедленно уходи, – велела Олола. – Иначе я буду кричать. Мы расстаемся навсегда.

– В тебе говорит обида. Пройдет какое-то время, и ты поймешь, что мое предложение щедрое. Мы по-прежнему можем быть вместе.

– Дай-ка я угадаю, на ком же ты решил жениться? Грата Нэша, ну конечно! Она в тебя влюблена. Что ж, принцессе повезло. Она моя подруга, и готова вытерпеть, если я останусь твоей любовницей. До поры до времени. Граты ведь такие хитрые. Потом меня потихоньку сживут со свету или отравят. Когда я потеряю для тебя интерес.

– Олола! Ты не в себе!

– О, нет! Я наконец-то пришла в чувство! Наивная девочка, я, было, поверила в любовь! В любовь сьора… ха-ха… – Олола нервически рассмеялась. – Как, сьор, вы еще здесь? У вас, похоже, ноги приросли к полу? Что же вас здесь держит? Может быть это? – она рывком стянула платье. – Смотри, Дэстен. – Она ткнула пальцем в обнаженную грудь. Дэстен невольно отвел глаза. – Ты этого хотел. Моего тела. Правда, оно красивое? Я хотела порадовать мужа своей чистотой. А ты пришел и взял! Обманом!

– Олола…

– Уходи. Я сама о себе позабочусь.

– Я еще вернусь. Когда ты упокоишься.

– Как угодно, сьор. Но сейчас оставьте меня в покое.

Он вышел за дверь и со злостью ударил кулаком в стену. Так, чтобы стало больно. Дэстен слышал, как за дверью рыдает Олола. Ничего, она успокоится и передумает. Примет его предложение. Дэстен очень хотел бы, чтобы Олола осталась его любовницей. В конце концов, Нэша про нее знает. И знает, как Дэстен к Ололе относится. Нэша славная девушка, добрая. Они сумеют договориться.

Живут же высокородные каждый в своем дворце. Как жили грата Чикита и император Тактакор. Все сьоры, за редким исключением имеют любовниц. В этом нет ничего предосудительного. Олола ведь сама сказала: разве не должна сирра, которая служит при дворе, выполнять любые пожелания своего господина?

«Сьор Дэстен Халлард. И последний сьор императорской крови. Дэстен Тадрарт», – душа внезапно наполнилась гордостью. Он взлетел на самый верх иерархической лестницы. В нем кровь первых императоров, и даже аль Хали должны перед ним склониться.

Он достал транспортер. Пунктум рита. Калифас. Дэстену хотелось увидеть мать.

… Он знал, что и император, и наследник Дома сейчас в Игнисе, поэтому шел, почти не таясь. Какая-то леди, завидев его, ойкнула. Леди не знала, кто он, женщины в Калифасе, независимо от ранга, жили затворницами.

– Леди, – окликнул он. – Сьор Халлард, – он обозначил поклон. Леди опомнилась и низко присела. «А в этом есть свои преимущества», – подумал он не без самодовольства. – Я ищу грату Викторию. – Но…

– И об этом не обязательно кому-то знать.

– Я поняла вас, сьор. Грата Виктория сейчас у себя, но я скажу ей, чтобы вышла в сад. Вам лучше поговорить там. Сьор Намир очень не любит, когда посторонние мужчины, даже если они сьоры, входят в покои его супруги. Даже если это ее сыновья.

Дэстен усмехнулся. Наугад сказала, или его происхождение больше не тайна? Даже в Калифасе.

Он спустился в сад. Как же все просто! Достать транспортер, задать координаты. Пунктум рита. Дэстен все больше осваивался и горел желанием изучить другие фамильные артефакты.

– Дэстен!

Он резко обернулся:

– Мама!

И тут же отметил ее нездоровый вид. Бледность, утомленное лицо, глубокие тени под прекрасными черными глазами.

– О, Мрак! Что с тобой?! – кинулся он к матери.

Они обнялись.

– Но как ты здесь оказался? – удивленно посмотрела на старшего сына грата Виктория Сильная.

– Я теперь сьор Халлард, разве ты не знаешь?

– Ах, да. До меня дошла эта новость. Значит, у тебя теперь есть транспортер?

– Да. Почему ты не сказала, что больна: ни мне, ни деду.

– Я не больна, Дэстен. Я беременна.

– Что?! – он не поверил своим ушам. – Но это же тебя убьет! Как он посмел?! Твой муж?!

– Он в своем праве, – усмехнулась грата Виктория. – Никто ведь не знает о моем старшем сыне. О тебе. Не переживай так: мы, Виктории из Дома дальних очень сильные. Виктория Маленькая родила пятерых.

– Значит, Намир решил таким способом тебя убить.

– Ты стал настоящий сьором, – мать с нежностью погладила его по щеке. – Называешься моего мужа просто Намир. Вы теперь равны. Он, как и ты, наследник Дома.

– Я пришел посоветоваться, но теперь понимаю, что мои проблемы пустяки по сравнению с тем, что ты можешь умереть.

– Я справлюсь.

– Мама, я женюсь на грате Нэше.

– Что ж, это прекрасно.

– Но я люблю другую девушку. Она простая сирра.

– И мы, высшие, не можем жениться по любви. Как это знакомо.

– Но мой отец ведь был Тадрарт!

– Дед тебе сказал? Да, Эдард был бастардом императора. Непризнанным. Без титула. И мы с Намиром были помолвлены задолго до того, как Эдард с матерью появились в Нараборе. Честь Великого Дома, Дэстен.

– Из-за этой чести ты теперь должна умереть? – Дэстен кивнул на ее пока еще незаметный живот.

– А ты повести армию на Игнис. Я знаю о планах отца.

– Хочешь, я убью Намира аль Хали?

– И как мне это поможет? Все равно придется рожать. Не беспокойся за меня. Плохо то, что мы окажемся по разные стороны в этой войне. Шамир и Чанмир ведь тоже мои сыновья. А я не знаю, как вас примирить.

– Я не подниму руку на своих единокровных братьев.

– Но боюсь, что это сделают они. Вряд ли принцы аль Хали признают тебя своим братом.

– Скажи: я сделал правильный выбор?

– И да, и нет. Время покажет. Я надеюсь, на этот раз у тебя будет сестра, – Виктория Сильная ласково погладила живот. – Я буду на твоей свадьбе. Если, конечно, Намир позволит. Бойся его, Дэстен. Он всегда будет помнить о чудовищном оскорблении, которое я ему нанесла. А если еще все об этом узнают… О том, кто твой отец…

– Что я могу для тебя сделать, мама? – с отчаянием спросил он.

Это вторая самая близкая Дэстену женщина, которую он сегодня видит в отчаянном положении. И… Ничего не может сделать. Дэстен даже застонал от своего бессилия.

– Не беспокойся: Намир дорожит своими законнорожденными детьми. Он надолго оставит меня в покое. Возвращайся в Нарабор.

– Я теперь могу активировать сферу.

– Это замечательно. Мы будем часто с тобой говорить. Я тобой горжусь, Дэстен. Сьор Халлард. И последний сьор императорской крови, – мать грациозно присела в реверансе. – Будьте осторожны, мой сьор. У вас теперь много врагов.

Он со вздохом достал транспортер. Надо возвращаться. Готовиться к свадьбе. Вряд ли с этим теперь будут затягивать. Грате Нэше двадцать четыре солнца, Дэстен немного старше, но он полукровка, значит, готов вступить в брак. Этот союз нужен всем трем Домам: южным, северным и дальним.

8

– Я, император Ранмир, верховный жрец пяти Храмов, хранитель Пяти Ворот, данной мне вами властью объявляю сьора Дэстена Халларда, наследника Великого Дома и грату Нэшу Закатекас мужем и женой.

Дэстен увидел радостное лицо деда, счастливую мать, довольных Закатекасов, удовлетворенных Готвиров и кусающего от злости тонкие губы Намира аль Хали. Согласно традиции, в такой великий день все высокородные выстроились у имперского портала. И когда в Игнисе появилась сияющая невеста, все прошли в Храм.

Свадебные гулянья примирили враждующие стороны. А уж как обрадовался простой народ! И в особенности обрадовались благородные. Новый союз двух Домов, на этот раз дальних и южных всем пришелся по вкусу. Как и то, что сьор Дэстен – полукровка. В строжайшей сословной иерархии впервые появилась лазейка. И в огромной Третьей империи, империи Ранмира аль Хали на пять лун воцарился мир. Именно столько должны были длиться праздники, которые заметно подсократили.

Дэстен с улыбкой пошутил в кругу своей новой семьи, что сьор он неполноценный, потому и гулять на его свадьбе будут вполовину. На что грата Гота с серьезным выражением лица заметила, что дел у высокородных сейчас слишком много, и сокрушаться по этому поводу не стоит.

Что же касается граты Нэши, то она просто была счастлива. Нэша ушам своим не поверила, когда к ней пришел отец и сказал, что одна из принцесс Великого Дома должна принести жертву.

– Сьор Дэстен Халлард не высший, то есть, не вполне. Это впервые, когда бастард становится наследником Дома, но император признал титул Дэстена и его право на Нарабор, так что ты не должна сомневаться в том, что когда-нибудь станешь королевой, Нэша. Я не вправе от тебя требовать, чтобы ты вышла за сьора Дэстена. Но вспомни Линара. Он ведь тоже не хотел жениться на Готе. А брак оказался счастливым.

– Я счастлива от одной только мысли, что моим мужем будет сьор Дэстен! Даже если бы он так и остался просто сиром Хотом!

– Ты его любишь?! – потрясенно спросил сьор Атль. – Но как?! Когда?!

– На празднике весны. Ты был слишком занят делами отец, – улыбнулась Нэша. – А вот я танцевала и веселилась. Я заметила Дэстена еще на свадьбе брата. Да и кто из женщин не заметил тогда красавца сира Хота? Но я и мечтать, не смела, что он станет моим мужем. Не беспокойся, отец, я помню о том, что такое честь граты. И Дэстен тоже. Скорей бы уже наша свадьба!

– Ждать недолго, – сьор Атль почувствовал облегчение.

Он любил своих детей также беззаветно, как любил их мать. И ему было больно, когда они страдали. А тут еще он потерял Аксэса. Младший, Осор, пока мал, Линар слабоволен. Армию на Игнис поведет зять, сьор Дэстен Халлард. По слухам, у него была любовная интрижка с какой-то сиррой, как некогда у Линара. Но в отличие от принца из Дома Закатекасов, сьора Дэстена не пришлось уговаривать идти к алтарю.

Это брак выгоден всем трем Домам: южным, северным и дальним. Наследник Дома Халлардов хоть и не высший по своему рождению, но держится с достоинством. Эта свадьба, похоже, начало новой эры.

По площадям и улицам огромного сияющего Игниса, забитого до отказа особями разных сословий и оттенков кожи снова поплыл дурманящий аромат свадебной сдобы.

Какое счастье! Все как раньше, при Тадрартах! Да здравствует мир! И старые традиции!

Только одну традицию сьор Дэстен нарушил: он не пошел накануне в бордель. Не было мальчишника, не лилось рекой золотое тадрартское. Все три луны, пока он гостил в столице и готовился к свадьбе, Дэстен пытался отыскать Ололу. Не только ее, но еще и мэтра Леви, это тоже было непросто, но Дэстен не сомневался в успехе.

Олола же исчезла без следа, словно в воздухе растаяла после того, как сьор Дэстен объяснил, почему не может на ней жениться. Поначалу он был уверен, что Олола одумается и сама даст о себе знать. Но время шло, а девушка по-прежнему не объявлялась. Дэстен злился и тайком от деда наводил справки, используя свой титул и новое высокое положение, но тщетно.

Его невеста была прелестна. Нэша с таким восторгом смотрела на своего будущего мужа. Еще бы! Дэстен Халлард был самым красивым сьором Империи, не считая принца Линара, этого идола моды. А в парадном камзоле жениха, черном, с еле заметной лиловой отделкой, как того требовал этикет, закрепивший за каждым из Великих Домов его цвета, сьор Дэстен Халлард выглядел гораздо старше и значительнее. Настоящий наследник Дома.

Ростом он почти, что вровень с великаном Ранмиром аль Хали, широкие плечи налиты силой. Несмотря на возраст, в новом сьоре Халларде чувствуется уверенность и значительность. Дэстен смотрел на императора, соединившего их с Нэшей руки с вызовом.

Его лицо было суровым, взгляд тяжелый. Дэстен сделал не простой выбор и как-то сразу повзрослел. Даже братья Готвиры бросали на него одобрительные взгляды. Вот это воин! Искусен и хладнокровен. Какая выдержка и какое достоинство! Сроду не скажешь, что бастард. Причем, ходят упорные слухи, императорской крови! Такую бы силу кронпринцу – и Ранмиру аль Хали ни за что не узурпировать бы трон.

Брачная ночь сделала грату Нэшу еще счастливее. Она боялась, что с губ ее мужа в момент экстаза сорвется имя той, о которой Нэша больше не желала слышать. В любви каждый за себя, а сирра Олола проиграла. Но Дэстен научился держать себя в руках.

Поэтому наутро жена сказала:

– У меня есть маленький секрет от тебя, любимый. И я думаю, что муж и жена должны быть друг с другом честными до конца.

– Что за секреты могут быть у принцессы, которая до этой ночи была невинной девушкой? – улыбнулся Дэстен. – Разве что целовалась с каким-нибудь сьором. Или с сиром? О, ужас! Ни за что не прощу!

– Ты первый, кто меня поцеловал, Дэстен. Я вижу, что ты спокоен, если не счастлив.

– Я счастлив.

– Даже если это не так. Ты ведь будешь меня уважать?

– Да. Я тебе никогда не изменю.

– Конечно, не изменишь, – рассмеялась Нэша. – Потому что единственная женщина, с которой ты мог бы это сделать, потеряна для тебя навсегда. Я знаю, что ты ее ищешь. Боюсь разбить тебе сердце, но это я ей помогла.

– Что значит: помогла?

– Олола попросила открыть портал в Игнис. И я сделала это. Она сейчас здесь. Возможно, ты ее даже увидишь. Не сейчас, так потом. По слухам, которые до меня дошли, Олола – фаворитка императора.

– Нет! – вырвалось у Дэстена.

– Тебе разве больно?

– Нет, но… Зачем?

– Император Ранмир давно уже к ней не равнодушен. Да, он любит свою жену. Но в Ололе есть что-то особенное, согласись.

– Она пожалеет.

– Вряд ли. Дело в том, Дэстен, что она беременна.

На этот раз он удержался. Не закричал: «Нет! Не верю!». Сирра же сказала, что позаботится о себе. Дрянь! Вот, значит, она какая, ее любовь!

– Дай мне слово, Нэша, что больше никогда не произнесешь это имя. Давай забудем о сирре Ололе навсегда. Как не было ее.

– С радостью. Но уверен ли ты, что сможешь ее забыть?

– Теперь – да, – и он привлек к себе жену.

Красивая, умная, благородная. Истинная грата. О прошлом надо забыть. Тем более, Олола ждет ребенка от императора Ранмира.

9

– Ты всем довольна?

– Да. – Олола непринужденно улыбнулась.

… Императрица Чикита сказала, что свадебные хлопоты ее вымотали. Хоть это и не ее свадьба, но гости в Игнис съехались отовсюду. И пир будет в добрых старых традициях. Почти как до войны. Празднества в столице продолжатся еще пять лун. И каждую луну во дворце императрицы будут пышные приемы, а вечером балы, и ей надо как следует выспаться.

Император проводил Чикиту в ее покои и, развернувшись на пороге супружеской спальни, отправился к любовнице. Он давно уже изменился. С беспорядочными связями было покончено. Ранмир был предан своей жене, но понимал, что для статуса нужна еще и фаворитка. И для того, чтобы супруга, уже далеко не юная девушка, могла отдыхать от любвеобильного императора. Так всем, в том числе и Чиките будет спокойнее. Это младший принц может безнаказанно шататься по борделям, а для императора, захватившего трон в результате дворцового переворота, подобные шалости чрезвычайно опасны.

Чикита тоже это поняла и смирилась, после того, как они с глазу на глаз поговорили с сиррой Ололой. Разговор был долгим. Но видимо дамы договорились. Теперь Олола ждала ребенка.

Ранмир, конечно, предпочел бы, чтобы забеременела императрица. Но Чикита пока не могла обрадовать. Да и не быстро это. Высокородной грате нужно время. А вот сирра забеременела от императора чуть ли не в первую же ночь.

Ранмир зашел в день свадьбы сьора Дэстена Халларда к Ололе, чтобы задать главный вопрос:

– Хочешь его видеть? Ты имеешь право, как моя фаворитка сесть в зале для высших. Ты к этому готова?

– Думаю, да. Я сегодня смотрела на бракосочетание из-за ширмы. Мне не было больно. Все уже прошло. Я могу посмотреть в глаза сьору Дэстену, и сердце мое даже не дрогнет.

… Ранмир вспомнил, как много лун назад к нему заглянул сир Шаи и с загадочным видом сказал:

– Вас хочет видеть сирра.

– Но я никакой сирры видеть не хочу, – проворчал Ранмир. – Уже ночь, и я отдыхаю. Жена неважно себя чувствует, но это скоро пройдет. В любовнице не нуждаюсь.