– Извини, не хотела обидеть. – Начала оправдываться Анна. – Слушай, тут у всех учителей есть какая-то допнагрузка общественно полезная, а я как-то не вяжу, не танцую, осталась не у дел, в общем… – Замялась она. – Может, я позанимаюсь с тобой русским индивидуально? И тебе полезно, и я отработаю свои сверхурочные, хоть кому-то пригодятся мои знания. Ну и будем квиты, так сказать, не люблю быть должной.

– Ну… это. – Опешил Саша. – Да я только «за». – Он даже немного заволновался, от того, что так удачно складывается ситуация.

– Ну и отлично, давай тогда завтра я узнаю все, и если мне дадут «добро», то после уроков я жду тебя в учительской. Удобно, не отвлеку?

– Нет, нет, отлично! Я буду. – Возбужденно протараторил он.

– Ну, пока. – Аня отвернулась и грациозно двинулась к машине, доставая ключи. Саша завороженно смотрел ей вслед, любуясь плавными движениями, совсем забыв, что перед ним учитель. Аня обернулась и первый раз улыбнулась. «Какая красивая улыбка» – отметил он про себя.

– Пока. – Еле слышно ответил Саша. – Мда, ну и училка… – Усмехнувшись своим мыслям, он пошел к машине. – Повезло, так повезло! Как у нее учиться-то?

Прямо из машины Анна позвонила коллеге Стефании, которая по воле случая была ее лучшей подругой еще со школы. Они жили в Нэшвиле, вместе учились и готовились к поступлению в педагогический ВУЗ, когда родители Анны погибли в перестрелке, став случайными участниками обезвреживания террористов. Аня, еле справившись с потерей, быстро уехала в Вашингтон и пошла в разведку, чтобы «простые люди не страдали от этого зла» – говорила она. Ее родители были врачами и переехали из России в США по приглашению больницы, когда ей было 13 лет. Как и подруга, Стеф была невысокого роста, но достаточно крупной, как и положено матери двоих детей, и, шутя, называла себя «центнер», ни капли не комплексуя от своих размеров: «Хорошего человека должно быть много» – уверено заявляла она на предложения похудеть. Стеф была добрейшей души человек, которая по-матерински заботилась обо всех и вся.

– Стеф, привет. Не отвлекаю.

– Нет, что-то случилось? – Встревоженно ответила подруга.

– Нет, нет. Я просто уточнить. – Успокоила ее Аня.

– Давай… Дэвид, а ну иди делать уроки, отстань от сестры. Извини, я слушаю.

– Ты говорила, что у меня допнагрузка пропадает? – Аня сразу перешла к делу, чтобы не отвлекать Стеф от семьи.

– А, ну да.

– А если я индивидуально буду с учеником заниматься – это засчитается?

– Эт с Кайдановичем? – Подколола Стефани, явно приободрившись.

– Началось. – Недовольно выдохнула Анна.

– Ну ладно тебе, смотри на жизнь проще, а!

– Обязательно, как только разгребу все проблемы. И да, с Кайдановичем, русским. Подойдет?

– Да, подойдет, подойдет, главное, чтобы было 3 часа в неделю. – Отмахнулась Стеф.

– Да хоть пять, лишь бы…

– Стоять, а ну отдай карандаш, ну что за псина, кто вообще тебя домой притащил?! Дэвид, отбери у собаки карандаш. – Заорала Стеф в трубку. Аня грустно улыбнулась своим мыслям, ей всегда казалось, что секрет счастья заключатся именно в семье:

– Ладно, не буду отвлекать тебя больше, завтра начну занятия, не забудь отметить.

– У тебя еще неделя просрочена. – Крикнула Стеф вдогонку.

Глава 3.

– Саша, предлагаю во время занятия говорить только на русском. – Начала Анна занятие после уроков, когда они с Сашей устроились в учительской.

– Хорошо. – Заметно занервничал он, но ответил по-русски.

– Как раз справишься с языковым барьером и будет живая речь. – Перешла Анна на родной язык. – Для начала расскажи, чем тебе нравится заниматься в свободное время?

– Читать. – Замялся Саша.

– О! Это редкость в наше время. – Говорила она медленно и четко. – Что именно? Жанр? Любимые писатели? – Мягко и дружелюбно спросила она, очень стараясь быть хорошим педагогом.

– Да, если честно, мама привила мне любовь к русской классике. – Бегло ответил Саша, хотя и не очень уверенно. – Мне нравился Лев Толстой.

– «Нравится» – нужно настоящее время, если мы готовим про текущий момент.

– Извините. – Смутился Саша.

– Все нормально. Не нервничай, я же здесь, чтобы тебя учить. – Желая приободрить ученика, Анна положила свою руку на руку Саши, от чего тот лишь напрягся, не понимая, как реагировать. Анна, увидев его выражение лица, поспешно отдернула руку. – Я тоже люблю читать. – Попыталась она переключиться с инцидента.

– М, а кто Ваш любимый автор?

– Не поверишь, тоже Толстой. – Засмеялась она.

– О… – протянул Саша, – у него…

– Извините, я на секунду. – Забежала Стеф в учительскую.

– Ой, у вас занятие тут, извините, я на минутку. – Тут же зашел другой преподаватель.

– Саша, не отвлекайся, пожалуйста. Итак…

– Анна, ой, вы занимаетесь что ли? – Заскочил третья учительница.

– Да что ж такое-то?! – Раздосадовано сказала Аня, резко встав со своего места. – Так хватит! Как можно заниматься в таких условиях?!

Саша смотрел на нее встревоженно: «Что значит хватит? Но мы же только начали?!» – подумал он, внутри все оборвалось.

– Поехали! – Резко скомандовала она. Саша удивленно подскочил от того, как быстро она снова стала жесткой и замкнутой, и ни слова не уточнив, поторопился следом. Анна быстрым шагом вышла из школы и пересекла парковку, Саша едва успевал за ней, несмотря на то, что она была на шпильках. Учительница села в машину и открыла ему соседнюю дверь на переднем сиденье. Саша послушно сел: «Надеюсь, она не маньяк» – думал он, пока Анна без объяснений тронулась с места: «Хотя, если сексуальный, я не против» – усмехнулся он – «Господи, о чем я думаю». Он посмотрел на ее тонкие пальцы и отметил, как уверенно, в отличие от большинства женщин, она вела машину, несмотря на то, что делала это одной рукой. Почувствовав на себе взгляд, Аня обернулась на Сашу:

– Ко мне домой едем, там никто не помешает. – Пояснила она. – Не бойся, я не кусаюсь. – Решила она пошутить, чтобы разрядить обстановку.

– Угу. – Выдавил из себя Саша, сдерживаясь из последних сил, чтобы не сострить.

– Заходи, тут, по крайней мере, никто не будет нам мешать. – Аня открыла дверь своего дома. У Саши от неожиданности пропал дар речи, он подхватил ее куртку, когда она раздевалась:

– Извините, как-то на автомате. – Спохватился он.

– Спасибо. – Усмехнулась Анна и сбросила туфли. Она стала Саше буквально под мышку, он не сдержался и улыбнулся, глядя на нее сверху вниз: «Какая ж она маленькая-то!?» – подумал он, невольно вспомнив, как отец всегда восхищался Сашиной матерью, которая тоже была невысокого роста, в отличие от атлетичного Джеймса, который любовно называл свою жену крошкой.

– Так и будешь тут стоять? – Прервала Анна Сашины мысли. Он повесил кофту на вешалку и последовал за учительницей. Они зашли в просторную гостиную с камином и большими окнами. Посреди комнаты стоял диван и небольшой журнальный столик с книгами и свечами.

– Вот тут будет удобно. – Бросила она учебники на столик. – Что-нибудь будешь?

Саша отметил, какой расслабленной и немного озорной стала Анна дома, не такой строгой и сдержанной как в школе.

– Ну… воды.

– А перекусить? – Крикнула она из кухни и принесла корзину фруктов. – Бери, не стесняйся.

Анна села на диван рядом с Сашей, рывком вытащила шпильку и распустила пучок, ее каштановые волосы волнами рассыпались по плечам, она встряхнула головой, взбила волосы руками и расстегнула верхние пуговицы блузки.

– Счастье свободы. – Протянула она и только тут заметила, что Саша слегка опешив, смотрит на нее, явно не ожидая такого поведение от педагога.

– Ой, извини. – Смутилась она своей оплошности. – Так давно живу одна, что не привыкла, что кто-то еще может быть в доме. – Осеклась Анна и, усмехнувшись, добавила: – Не против, если я хотя бы здесь не буду изображать из себя сильно строгую леди? Тебе ж не важно, кто тебя будет учить, правда? – Она чувствовала себя рядом с ним непривычно спокойно.

Единственное, на что ученик был способен, это качнуть головой в знак согласия, все остальное отказывалось верить в происходящее: дома у учителя, которая из строгой на его глазах превращается в мягкую и озорную девчонку. Саша сглотнул, Анна стянула руками подтяжки, поджала ноги, взяла яблоко и непринужденно спросила:

– Так на чем мы там остановились-то?

«Где ж я так нагрешил-то, господи?!» – пронеслось в голове у ученика, пока он пытался собраться с мыслями.

– А вот, мы говорили про произведения Толстого. – Снова перешла на русский Анна. – Так какое тебе понравилось больше? Ну, давай обсуждать, как раз пока приспособишься к моему языку, а я проверю лексику и грамматику.

Никогда Саше еще не было так стыдно за свой язык, то он мямлил что-то невнятное, то путал слова, то вообще не понимал, что она говорит. Эта разительная перемена выбила его из колеи, с одной стороны парень понимал, что перед ним учитель и нужно соблюдать субординацию. С другой, он не мог отвести взгляд. «Это просто учитель» – повторял про себя как мантру Саша, пытаясь собраться с мыслями. Чуть успокоившись, он перехватил инициативу и стал сам задавать вопросы про писателей, хобби, чем она интересуется. Сначала Аня отвечала сдержанно, но потом, разговорившись, с удовольствием просто болтала с ним, тем более, как выяснилось, у них было много общих интересов: они оба любили читать именно бумажные книги, смотреть психологические фильмы, им обоим нравилось плавать и часами гулять на природе, а еще они смеялись над одними и теми же шутками.

– А какой последний фильм Вам понравился?

– Ну… – Протянула Аня, задумавшись. – Так, стоп, что-то я не поняла, а когда это ты успел перехватить инициативу. Это тебе нужно говорить! – Удивилась она, что не заметила, как совершенно расслабилась в его присутствии. Им было легко в обществе друг друга и первый раз за последние пару лет она чувствовала себя настолько непринуждённо, что не нужно было контролировать каждое свое слово. Саша улыбнулся и пожал плечами.

– Теперь понятно, почему ты выбрал дипломатию – абсолютно твое. Блестяще! – Похвалила она ученика, смеясь над своей оплошностью. Саша воспрял духом от ее слов, ему казалось, что у него выросли крылья за спиной.

– Хорошо, давай пока я прокомментирую ошибки, которые заметила, и дам домашнее задание. Итак, первое…

Саша скользил взглядом по ее губам, тонкой коже, через которую проступала вена на шее, ключицам и округлой груди под полупрозрачной тканью блузки. Он снова посмотрел в ее глаза, глубокие зеленые глаза, которые пристально впивались в него.

– Ну, что, домашнее задание понятно? – Закончила Анна урок.

– Да. – Выпалил Саша, поняв, что прослушал все, о чем она говорила последние несколько минут, погрузившись в свои мысли. – До свидания. – Попрощался он по-русски и вылетел из дома.

Саша шел с такой скоростью, что ему было жарко, несмотря на легкий осенний ветерок: «Ладно, я просто не ожидал оказаться у нее дома. Да не говорил с носителями языка, поэтому заслушался, и к тому же, не все понимал. Задание б вспомнить и дальше будет лучше… Черт, какая же она все-таки». – Всю дорогу то оправдывал он сам себя, то вспоминал ее черты.

– А ты что без кофты сегодня ходил? – Спросил отец Сашу, когда тот влетел домой.

– Что?! – От неожиданности Саша подскочил на месте и стал озираться, не заметив, как добежал до дома.

– Так, ты опять начал? – Строго и с тревогой спросил отец.

– Что? – С недоумением посмотрел он на отца. – Нет! Нормальный я… – Рявкнул сын.

– Саша! Что происходит? – Крикнул отец, поднимаясь за ним в комнату. – Ты сам не свой в последнюю неделю: приходишь поздно, не общаешься с друзьями. Что случилось? – Настойчиво спросил Джеймс, в голосе которого слышалась тревога.

– Да, нормально все со мной. – Стал раздражаться Саша от подозрений отца. – Просто проблемы в школе. Она… она… – И только тут Саша осознал, что всю неделю Анна не выходит у него из головы и он ищет любой предлог, чтобы провести с ней как можно больше времени, даже после урока он всегда остается, чтобы что-то спросить. – Блин! – Выругался Саша, и, обхватив руками голову, опустился на кровать.

– Кто – она? – Успокоившись, и с явным интересом спросил отец.

– У меня кажется не просто проблемы, а большие проблемы. – Опустил руки Саша.

– Даже так?! Пошли-ка поговорим. – Хлопнул Джемс сына по плечу.

Отец был достаточно крупным мужчиной, высокий лоб, темные волосы и глаза делали его похожим скорее на итальянца, чем на американца. Но в отличие от темпераментных мачо, Джеймс был очень сдержанным и спокойным человеком, который взвешивал каждое свое слово и решение. К своим сорока пяти он стал выглядеть лишь брутальнее. Все женщины в округе считали его завидной партией. Еще бы: овдовевший высокопоставленный дипломат, который души не чает в своем сыне, и счастливо прожил с одной единственной женой много лет. Каждая мечтала о таком муже, но Джеймс был непреступен. Он много работал, часто не бывал дома из-за правительственных международных командировок, а когда приезжал, старался максимально проводить время с сыном. С Сашей Джеймс был довольно строг, хотя души в нем ни чаял и винил себя в чрезмерной мягкосердечности, из-за чего тот и попал в беду. Боясь сделать Саше больно после смерти матери, да и не оправившись сам, Джеймс разрешал сыну кутить с друзьями сутки напролет, оправдываясь, что когда еще погулять, как ни в молодости, из-за чего Саша бросил школу и попал в центр реабилитации. Теперь же, отец старался контролировать сына, скорее из-за страха потерять, чем из-за желания держать в узде. Но, несмотря на все это, Саша и Джеймс были очень близки и часто понимали друг друга с полуслова, поэтому сын спокойно доверял отцу свои сердечные дела и не боялся спросить мужского совета.

– Ну и кто ж эта роковая красотка? – С любопытством спросил отец, наливая чай.

Джеймс взял со стола чашки, готовясь к долгому отцовскому разговору про чувства.

– Новая учительница. – Обреченно промямлил Саша, ожидая гнева отца и нотаций, но тот лишь поперхнулся:

– Анна? – Изумленный отец повернулся на сына.

– Вы знакомы? – Напрягся Саша.

– Нет! – Растерялся отец. – Забыл, какая у меня профессия? У меня есть досье на всех твоих учителей! – Вывернулся Джеймс и захохотал во весь голос так, что даже чай начал расплескиваться.

– Ну да. – Выдохнул Саша.

– Так, ясно. – Сдавливая смешок, сказал отец, и достал бокалы и виски. – Чувствую, не обойтись без чего-то покрепче.

– Я не пью. – Буркнул Саша.

– Давно? – С издевкой спросил Джеймс.

– Ну пааап, – взмолился Саша, – и так хреново сил нет.

Джеймс плеснул виски себе в бокал.

– Ну что, алкаш со стажем. – Снова засмеялся он. – Выкладывай, что у тебя там.

Саша поднял на него глаза с видом побитой собаки.

– Извини, ну как-то я не ожидал такого поворота событий. – Подсмеивался Джеймс.

– Вот я ожидал можно подумать?! – Выдохнул расстроенно Саша. – Слушай, – замявшись, начал он, – а сколько ей лет?

– Да, молодая она. – Понял отец интерес сына и улыбнулся. – Двадцать семь всего.

Саша дернул бровью и заулыбался своим мыслям. В это день отец с сыном засиделись допоздна.

Глава 4.

После выходных Саша зашел в класс, опасаясь увидеть Анну. Во-первых, он так и не вспомнил, что она ему задала и как оправдываться, он не знал. Во-вторых, разговор с отцом окончательно убедил его в том, что симпатии у него к Анне есть, вот только как с этим быть, понятно не стало. «Эх, была б мама с нами. Она всегда знала, что и как делать» – с горечью подумал Саша. Это имя ему дала именно мать – поклонница России, она знала и любила историю и культуру этой страны, именно она и привила любовь ко всему русскому сыну. Анжелика была хрупкой женщиной, с серыми глазами и копной светло-русых волос, ее бабушка была русской эмигранткой, еще ребенком бежавшей с родителями из России во время революции. Так что генами Саша тоже был русский и всегда мечтал строить дипломатические отношения именно с этой страной.

Он сел на свое место, раздался звонок, и в кабинет вплыла его нимфа: на этот раз ее волосы были завиты в мелкие тугие локоны и слегка закреплены сзади заколкой, а несколько прядей обрамляли лицо. Вместо учительского места, она подошла и встала прямо перед партой Саши. Черное платье-футляр до колена плотно облегало фигуру, белый воротник и манжеты добавляли не столько строгости, как рассчитывала Анна, сколько сексуальности. Он видел каждый изгиб ее тела и едва проступающую линию белья. Саша медленно провел взглядом по ее животу, груди и посмотрел ей в глаза. Лукавый взгляд выжидающе смотрел прямо на него, Анна положила перед ним кофту:

– Кажется, это твое. – Она повернулась на каблуках и отошла к столу, положив учебники. Сзади раздалось шушуканье учеников. Анна недоуменно повернулась к классу, присела на стол, и по привычке перекрестила ноги в щиколотках.

– Ну? – Выжидающе протянула она. – Если есть какие-то вопросы, задавайте, я не люблю недомолвок.

– А почему кофта Саши у Вас? – Ванесса нашла к чему прицепиться. – Знаете, у нас могут и не правильные мысли возникнуть о ваших отношениях. – Она намеренно протянула последнее слово, ее просто разрывало от злости.

Анна усмехнулась:

– Ой, спасибо, повеселила, Ванесса. Ну ок, давайте расставим все точки над «i», раз уж вам ТАК любопытно. – Жестко протянула учительница. – Я занимаюсь с Сашей русским индивидуально. – Строго сказала она, дойдя до парты Ванессы, оперлась на стол руками и наклонилась чуть ли вплотную к ее лицу.

– А ничего, что я его лет на 10 старше! Это Вас, Ванесса, не смущает, относительно мыслей-то? – Медленно, чуть ли не по слогам продекларировала Анна, как на допросе. Ванесса была уже не рада, что вообще открыла рот. Учительница посмотрела на девочку так, что та от страха стала сползать со стула. Как потом бормотала Ванесса своей свите: «Никогда не прощу ей этого унижения», с этой секунды Анна стала для нее врагом номер один.

– Мне 21. – Сказал Саша.

Анна резко повернула голову, не меняя положения тела, и вопросительно уставилась на него, но через секунду жестко добавила:

– Это не меняет сути дела. – Учительница выпрямилась. – Итак, тема урока…