Предложение Умару заключалось в создании совместной алмазно-добывающей компании. С его стороны – группа, обеспечивающая все этапы. А их много: регистрация фирмы, поиск поставщиков алмазов, оформление сертификата происхождения и Кимберлийского сертификата, без этого алмаз считается контрабандой. Также юридическое и бухгалтерское сопровождение в Сьерра-Леоне, обеспечение безопасности сделки, а учитывая местную специфику, этот пункт чуть ли не самый главный. Ну и остальные мелочи: снять офис, привлечь геммологов, технологов. И, конечно, выгодно продать партию. От инвесторов, то есть, от Эдуарда с Глебом, нужны только деньги.

– О какой сумме пойдет речь? – хрипло спросил Глеб.

– Это зависит от нескольких факторов, о которых я скажу дальше. И главный из них вот какой: сколько месторождений за один раз мы берем в работу. Имейте в виду, что брать одно абсолютно нерентабельно, затраты высоки, а прибыль может оказаться нулевой, если участок окажется пустым. Также немного скажу о сбыте товара. Я не занимаюсь контрабандой, сбытом краденого или чем-то подобным. Также я не продаю алмазы частным лицам, это слишком мелко и хлопотно. Моя группа создает дополнительные фирмы в Израиле, США или Бельгии, мы получаем аккредитацию на алмазных биржах, лишь это дает возможность извлекать максимум прибыли.

– А какие наши гарантии?

– Абсолютно весь товар находится в вашей собственности до момента продажи, – елейно улыбнулся Умару.

– А ваш интерес?

– Семьдесят процентов прибыли.

– Семьдесят? Ничего себе!

Терпеливо и доходчиво африканец объяснил мужчинам, что и тридцать процентов оставшейся прибыли, даже с учетом деления на двоих, это огромная сумма. Он понимает, что сразу вникнуть во все нюансы этого рискованного бизнеса новичку не под силу, поэтому нужно работать только с доверенными людьми! Это главная заповедь!

Переглядываясь и не в силах выпустить из рук алмазы, мужчины слушали дальнейшие рассуждения Умару о бизнес-планах, коротком и длинном круге оборота, о разнице между продажей сырого алмаза и ограненного, и Эдуард совершенно потерялся в массе этой информации.

– Вы поймите, ваши риски куда меньше моих, – втолковывал африканец, обращаясь больше к Глебу, – инвестор видит свои деньги, держит их в руках, наблюдает все этапы движения. И рискует лишь ими, но не жизнью. А мои ребята наоборот. И семьдесят процентов прибыли в данной схеме совсем не так много, как вам представляется, учитывая специфику региона.

– Давайте все же вернемся к сумме нашего контракта, – выдавил, наконец, Глеб.

Он положил алмазы обратно на стол и постарался стряхнуть с себя наваждение.

– Первоначальная сумма взноса начинается от ста тысяч долларов, это минимальный объем затрат. При благоприятных условиях, а я как раз и берусь их обеспечить, – подчеркнул Умару, – чистая прибыль составит триста процентов.

– Триста… Триста тысяч долларов, то есть? – Эдуарду показалось это уж слишком нереальным, – я читал, процентов десять-двадцать.

– Это при прямой перепродаже сырья, этим мы не будем заниматься, – проникновенно ответил африканец, глядя прямо в глаза мужчине, – оставим данное неблагодарное занятие частным копателям. Они любят возиться в грязи.

Раздался тихий стук в дверь, и Люсинда внесла поднос с чашками и кофейником. Расставив посуду, сахар и сливки на столе, она удалилась, бросив мимолетный взгляд на Глеба. Тот смущенно отвернулся, сделав вид, что увлеченно выбирает кусочек сахара в вазочке.

– Вот проект договора, – добавил Умару, выкладывая перед мужчинами увесистую стопку бумаги.

Нечего было и думать, чтобы прямо сейчас прочитать этот талмуд, да еще и на иностранном языке. Мужчины переглянулись, и Глеб промямлил:

– Нам нужно подумать… Посоветоваться с юристом… Да, собрать нужную сумму, если мы примем положительное решение.

– Естественно, – лучезарно улыбнулся африканец, сверкнув идеальными зубами, – серьезное предложение требует вдумчивого подхода.

– А сколько времени займет сам процесс?

Еще около часа прошло в переговорах и уточнениях, Глеб в десятый раз пролистал договор, не понимая, впрочем, ни слова из того, что там было написано. У его друга вообще голова шла кругом, он думал только о том, что они влезли в непомерно запутанное дело, которое им явно не по плечу.

Умару, видимо, уловил его настроение, потому что успокаивающим жестом похлопал его по руке и произнес:

– Вам не нужно знать все тонкости нашей работы, вы ведь своим пациентам не объясняете, каким образом аспирин снимает головную боль, какие процессы в организме он активизирует, как метаболизируется, выводится? Вы просто назначаете лекарство. За это вы получаете оплату, а пациент – здоровье. Так и мы, получаем оплату и делаем дело, в котором вы не разбираетесь. А если бы разбирались, то и мы вам были бы не нужны, не так ли?

Звучало все логично, но Эдуард нутром чуял подвох, слишком гладко звучали речи африканца. Куда они сунулись, простофили? Он незаметно взглянул на друга, тот, потея и нервничая, бессмысленно листал бумаги и катал в пальцах особенно крупный алмаз.

– Думаю, пришло время ненадолго забыть о делах, уже поздно, вам нужно отдохнуть и обдумать хорошенько мое предложение. Мари и Люсинда вас проводят.

С этими словами Умару скрылся за дверью, а Глеб повернул растерянное лицо к товарищу:

– Куда они нас проводят?

– Алмаз положи на место, – напомнил Эдуард.

Горсть камней после ухода хозяина так и осталась валяться на столе, видимо, он ничуть не беспокоился за сохранность драгоценностей. Либо доверял гостям, либо…

– Это может оказаться проверкой, – тихо озвучил свою мысль Глеб.

Тихо скрипнула дверь, и две красотки вошли в кабинет, одетые лишь в крохотные купальные костюмы. Жестами показав мужчинам, что нужно выйти, Люсинда заперла дверь и повела всю компанию вниз. Они вышли на улицу, их тут же окутал влажный теплый ночной воздух, в котором разливался странный запах. Оглядевшись, Эдуард заметил и его источник: тонкие ветки какого-то растения, воткнутые в землю по периметру дома, чадили, источая легкий дымок.

– Наверное, от москитов, – предположил Эдуард, – здесь, у реки, их должны быть тучи, а, видишь, гнуса почти нет.

Позади дома сверкал водной гладью небольшой бассейн, на краю стояли высокие запотевшие бокалы с коктейлями, а над ним мягко покачивалась гирлянда из желтых лампочек, придавая обстановке атмосферу романтичности. Прямо за бассейном начинался лес, пальмовые листья почти доставали до воды.

Купальных принадлежностей у друзей не оказалось, но, выяснилось, что они не потребуются. Женщины ловко раздели их догола, а затем и сами сбросили купальники. Вода оказалась теплой, но также, как и в душе, слегка отдавала затхлостью. После первого коктейля Эдуард почувствовал, как его «повело». Либо это жара, либо в коктейле содержался не только алкоголь с тоником. Он решил попросить женщин принести воды, но никак не мог объяснить им, чего он хочет. На все его жесты и русско-английские слова они лишь смеялись, а Мари и вовсе прильнула к нему и потянула к лесенке. Глеб расслабленно откинулся на бортик бассейна, глаза его были полуприкрыты, и, казалось, он вообще не понимает, где находится. Легкое беспокойство кольнуло Эдуарда, но мысли быстро перескочили на более приятные рельсы.

Как были, голые и мокрые, они с Мари ввалились в его спальню и упали на кровать. Тихий смех женщины нарушал тишину замершего дома, и Эдуард запоздало обеспокоился тем, как воспримет Умару секс с его подругой. С другой стороны, скорее всего, он сам позаботился о том, чтобы это произошло. В конце концов, он никого не принуждает, красотка сама привела его в спальню!

Одурелое состояние никак не проходило, и мужчина порадовался, что успел выпить лишь половину коктейля, а вот Глебу не позавидуешь, его бокал был пуст. К тому же Эдуарда беспокоило, чтобы в таком опьянении не опозориться перед Мари, его член никак не хотел подниматься. А ведь шанса переспать с настоящей африканкой, да еще такой красивой, в жизни может больше и не представиться!

Наконец, усилия женщины принесли нужный результат, Мари проявила завидное мастерство, и Эдуард прижал ее к кровати. Глухо вскрикивая, женщина обвила его руками и ногами, запустив ногти ему в спину, словно кошка. За дверью раздались шаги, но Эдуард уже не обращал внимания на происходящее вокруг.

Остатками разума он понимал, что незащищенный контакт грозит всеми мыслимыми заболеваниями вплоть до ВИЧ, но поделать с собой ничего не мог.

Утро ворвалось в комнату ослепительным солнечным лучиком, штор на окне не было, и Эдуард повернулся на другой бок, собираясь еще поспать, но тут же вспомнил, где находится. Он сел на кровати и огляделся, голова слегка кружилась. Мари исчезла, вчера он не помнил, чтобы она уходила, значит, она сделала это после того, как он заснул. Если быть точным, вырубился. Его одежда, оставленная вчера у бассейна, аккуратной стопкой лежала на тумбочке, сумка с документами и остальными вещами оказалась на месте. Нужно найти Глеба, вчера он явно перебрал с местными напитками.

Наскоро приняв душ, Эдуард вышел и спустился вниз. Умару уже пил кофе, стол был накрыт к завтраку.

– Доброе утро, присоединяйтесь, – гостеприимно произнес хозяин, – ваш друг еще отдыхает.

– Здравствуйте, – чуть смущенно ответил Эдуард, он не знал, как вести себя с Умару, и решил делать вид, что ничего особенного не произошло.

– Надеюсь, вам понравился вечер?

Вечер Эдуарду, естественно, понравился, а вот вопрос хозяина – не очень.

– Все было прекрасно, спасибо! Можно воды?

– Сейчас Мари принесет.

– У вас очень красивые… помощницы.

– И очень умелые. Не так ли? – ухмылка Умару не оставляла места для сомнений. – Вы приняли решение? Я имею в виду мое предложение.

Неловко кивнув, Эдуард налил себе кофе, разговор начал тяготить его, скорее бы Глеб проснулся! Непонятно, чего ждет от него хозяин, а говорить что-то об их сделке без партнера не стоило.

– Мы с Глебом вчера не разговаривали о делах, – наконец, произнес он.

– Не сомневаюсь. Но я спрашивал о вашем решении, лично вашем. Ведь мне, собственно, все равно, сколько человек участвуют в контракте с вашей стороны.

– Да, я…

В комнату нетвердой походкой вошел Глеб, держась за голову.

– Доброе утро! Хотя, какое оно доброе? Я умираю! Эдик, ты брал ибупрофен с собой?

– Сейчас принесу, – отозвался Эдуард, с облегчением выйдя из-за стола.

В комнате его ждал сюрприз: у окна стояла Мари, глядя на колышущееся море зелени. Она повернулась, и Эдуард обнаружил, что ошибся, это оказалась Люсинда. Со спины спутать двух женщин оказалось проще простого.

– Вам надо уехать, – прошептала она, – не соглашаться на сделку и уехать. Сегодня. Прямо сейчас.

Не найдясь с ответом, Эдуард молча позволил ей выскользнуть из спальни, и Люсинда исчезла в недрах дома. Он быстро нашел ибупрофен и спустился в гостиную. Любым способом нужно поговорить с Глебом наедине, что-то здесь нечисто, нужно действительно уматывать из этого дома и вообще с этого континента.

На столе стоял графин с водой, хозяин о чем-то тихо беседовал с Глебом, а на соседнем стуле сидела Мари, застыв, как изваяние. Эдуард невольно залюбовался экзотической красотой африканки, она же не обратила на него ни малейшего внимания.

– Эдик, тут выяснилось… В общем, только сегодня утром стало известно, что открыто новое месторождение, очень перспективное. Умару предложил заняться им, и у него есть еще на примете два небольших, но богатых местечка. И это встанет нам всего в пятьдесят тысяч. Уже не сто! А прибыль вполне может оказаться куда больше ожидаемой.

– Только решать нужно быстро, – добавил африканец, – Желающих полно, кусок жирный. Мне очень хороший знакомый позвонил только что, хозяин этого участка скоропостижно скончался, а его супруга живет в Каире, у нее там свой бизнес, и связываться с алмазным прииском она не хочет, поэтому продает дешево, но, чтобы деньги сразу. Вложения просто смешные, отдача же будет в десятки раз больше.

Потратить двадцать пять тысяч Эдуард мог себе позволить, у него лежали деньги от проданной недавно квартиры. Глеб со своей стороны тоже накопил приличную сумму, но деньги таяли, их сжирала инфляция. А зарплаты не росли, скорее наоборот. Жить богато хотелось, и не просто хотелось, у Эдуарда была вполне определенная цель. Деньги сами по себе интересовали его мало. Потому они с другом после долгих раздумий и решили попробовать инвестировать в алмазный бизнес. В России с этим возникала такая масса проблем, что соваться на этот давно поделенный рынок было опасно. Африка тоже представляла собой далеко не образец райской кущи, но Глеб нашел знакомого, некого Колю Рыкова, который уже прошел этим путем, и так они вышли на Умару. Поиски и размышления заняли почти полгода, но в конце концов желание заработать победило, и вот они здесь, в Сьерра-Леоне.

– Глеб, давай позвоним Николаю, – предложил он по-русски.

Предполагалось, что будущие партнеры не говорят на этом языке, и все разговоры велись на английском, но Эдуард подозревал, что Умару неплохо понимает русскую речь.

Роуминг съест кучу денег, но посоветоваться стоило, и Глеб решительно набрал номер. Прожав с минуту, пока установится соединение, он положил телефон.

– Номер недоступен.

– Какие-то проблемы, друзья? – вмешался хозяин.

– Мы хотели поговорить с Николаем. Николаем Рыковым, – уточнил Глеб, – Который стал вашим инвестором в прошлом году.

Смех Умару прозвучал несколько напряженно, и он пояснил:

– Вы слегка запоздали, Николай умер. Месяца два назад.

– Вы серьезно? Откуда вы знаете?

– Потому что он скончался здесь, в клинике Фритауна.

– А причина? Причина смерти?

– Холера, – помедлив, ответил Умару. – Так мне сказали, – добавил он быстро.

Глеб с Эдуардом переглянулись, оба подумали об одном и том же. Не ждет ли их судьба Николая? Пнув под столом друга, чтобы молчал, Эдуард проговорил:

– Умару, мы хотели бы согласиться на ваше предложение, но у нас нет в наличии необходимой суммы прямо сейчас.

– А сколько есть? – нахмурившись, спросил африканец и перевел тяжелый взгляд на Глеба. – Перед встречей мы с вами разговаривали по телефону, и вы заверили меня, что сможете сделать перевод на сто тысяч в любой момент. Вы обманули? Ведь сейчас речь идет даже не об этой сумме, а меньшей в два раза!

Вся его учтивость и вежливость испарились, и сквозь оболочку лощеного предпринимателя проступило нутро отпетого преступника. В этот момент в дом вошли двое, те самые, что привезли гостей сюда. Только сейчас Эдуард заметил сверкающий белый внедорожник возле дома. Громила-водитель не поздоровался, видимо, он вообще никогда этого не делал, второй, Джек, лишь небрежно кивнул, сверкнув белками глаз в сторону гостей. У Эдуарда разом пропали все иллюзии относительно их «сделки». Живыми бы уйти! Он попытался спасти положение:

– Вы не поняли, уважаемый Умару! Необходимой суммы у нас нет с собой. Мы не возим при себе столько наличных, это попросту опасно. Но мы готовы сделать перевод, а для этого нам с вами сначала нужно заключить контракт, ведь так? Как вы сами вчера объяснили.

Африканцы расслабились, Умару слегка повел головой, и водитель вышел на улицу и занял свое место в машине, а Джек остался, подпирая стену и не сводя глаз с Эдуарда.

«Нужно любой ценой попасть в город, интернета здесь нет, значит, надо убедить их отвезти нас в банк, допустим, а уж там мы купим билеты на самолет и постараемся от них улизнуть» – лихорадочно раздумывал Эдуард, пытаясь удержать на лице дружелюбное выражение.

Рядом сидел Глеб, но высказаться вслух даже по-русски было опасно, поэтому пришлось прибегнуть к последней хитрости.

– Простите, мне нужно в туалет, – вставая, пояснил Эдуард.

Весь скелет словно налился свинцом и стал непреподъемным, мужчине даже показалось, что слышен хруст едва гнущихся суставов. Он вышел, едва переставляя ослабевшие ноги и нащупывая в кармане мобильный. Хоть бы друг не ляпнул ничего лишнего! Сеть ловилась, но слабо, оставалось надеяться, что СМС дойдет и напарник поймет его сообщение. Плохо, что телефон лежит на столе экраном вверх, Умару вполне может успеть прочесть имя отправителя даже по-русски. Быстро набрав короткий текст, Эдуард спустил воду и вернулся к остальным. Друг все также сидел с подавленным видом, пришлось импровизировать:

– С тобой все нормально? Боль не прошла?

Тот отрицательно покачал головой и отхлебнул кофе.

– Как-то паршиво я себя чувствую…

Телефон издал короткий сигнал, и Глеб протянул к нему руку. Эдуард успел заметить внимательный взгляд хозяина, брошенный на экран. Слава богу, там просто появилось уведомление о принятом сообщении, ни текста, ни имени не высветилось. Прочитав сообщение, Глеб убрал мобильный в карман и протянул:

– И как мы действуем дальше? Где состоится сделка?

Отлично! Друг все понял! Эдуард незаметно выдохнул и слегка расслабил плечи.

Спустя час они почти в том же составе выехали в столицу, только вместо Люсинды на заднем сиденье расположился Джек, а Умару занял кресло рядом с водителем. Дорога заняла три часа, это время то казалось Эдуарду вечностью, то летело неимоверно быстро. Он не успел придумать, как они будут действовать по прибытию во Фритаун и лишь проверял периодически качество связи. Интернет появлялся урывками, но мужчина радовался и этому. Хорошо еще, что перед вылетом он настроил тариф таким образом, что им вообще можно пользоваться, хоть и за приличную сумму. Наконец, сайт авиакомпании прогрузился, и Эдуард чуть не вскрикнул от радости: на сегодня был рейс, и он торопливо забронировал билеты. Друг поглядывал на экран, кося глазами, чтобы не привлекать внимание их соглядатая.

– Тут рядом с банком есть гостиница, мы останемся в ней, – рискнул он подать голос.

План начал созревать в голове, лишь бы Умару позволил им поселиться в отеле! Но тот благосклонно кивнул, и Эдуард оформил бронь на номер. Естественно, заселяться туда он не собирался, но их могут проводить до ресепшн, и, если выяснится, что свободных номеров нет, весь план сорвется.

Подписание контракта состоялось быстро, Эдуард даже не стал пытаться что-то прочесть, но свой экземпляр забрал. Когда они вернутся в Россию, будет нелишне изучить эту филькину грамоту. Процедура перевода денег, напротив, заняла довольно много времени, и сотрудница банка, полная темнокожая женщина, предупредила, что средства поступят на счет получателя в течение трех дней. За эти три дня нужно во что бы то ни стало остановить перевод.

Гостиница встретила их духотой, видимо, кондиционер в холле был неисправен. И без того взмокший от переживаний Глеб, сейчас просто мог отжимать одежду. Как и предполагал Эдуард, до номера их проводил Джек, убедился, что они вошли, и отбыл. Из окна, выходившего как раз на площадь перед выходом, мужчины наблюдали, как он сел в автомобиль.

– Давай, давай, уезжай! – сквозь зубы приговаривал Глеб.

Машина и не думала трогаться с места.

– Они так и будут нас караулить?

– Спокойно. Прими душ, только очень быстро, и переодевайся. Будем выходить через задний вход по одному. Должен же тут быть еще один выход? – с этими словами Эдуард еще раз осмотрел окрестности, доступные взгляду из окна.

– А если нет?

– Значит, вылезем в окно, – отрезал Эдуард.

Сборы заняли всего десять минут, сумки решили не брать, чтобы не привлекать внимания, да и сотрудники отеля в случае чего подтвердят, что вещи постояльцев остались в номере.

– Барахло пропадет, ну и хрен с ним, кепку или панаму ты брал? Надевай. И очки солнечные.

– Вот, у меня рубашка есть красная, они ее не видели. Если, конечно, сумку не обшарили.

– Обшарили наверняка, но вряд ли их интересовало наше шмотье. Скорее всего, искали оружие.