Глава 4

Бестия – наша общая подруга детства Мара, или Марьяна. Между нами не просто дружба: это моя сестра по духу, отражение моей собственной натуры, моего характера. Она любит шумные компании, мужчин, а ещё абсолютный экстрим. Для неё не составит труда прыгнуть с парашютом или пойти в поход в горы. До сих пор не понимаю, как в нашу компанию затесалась такая тихая мышка, как Яна, у которой в школе мы благополучно списывали все домашние задания и контрольные работы.

– Ну вот только не надо на меня наговаривать! – услышала за спиной запыхавшийся голос. – Пробки!

Я рассмеялась, запрокинув голову, а затем заговорщически подмигнула Маре.

– У одной – пробки, вторая тоже по дороге застряла, – многозначительно хмыкнула Яна. – За вами глаз да глаз нужен!

– Не будь занудой… – отмахнулась от неё Мара и, приблизившись ко мне, мягко обняла за плечи. – Привет, дорогая. Двигайся, я тоже хочу присесть.

Я отодвинула под собой стул, освобождая место для подруги.

– Хамка… – усмехнулась Яна, при этом не выразив ни капли обиды от сказанного ей «комплимента».

Мара улыбнулась свей умопомрачительной «голливудской» улыбкой:

– Знаю, а что поделать!

Её внешность никаким образом не совпадала с характером. Она была настолько хорошенькая, прямо как солнышко, миниатюрная с яркими серыми кукольными глазами, пухлыми губками и озорным каре русых волос. Её постоянно хотелось обнимать, как самую любимую плюшевую игрушку, которую родители подарили на долгожданный день рождения.

Яна скептично покачала головой, словно подтверждая свои же собственные слова: подругу уже исправить невозможно, остаётся только смириться с её взбалмошным характером и принять такой, какая она есть.

Наша тихоня – это прагматик, и на неё всегда можно положиться. Даже если вдруг случится землетрясение, она приедёт на выручку вопреки своим интересам.

Красивые карие глаза на немного смуглом личике, обрамлённом тёмно-каштановыми, почти чёрными локонами до лопаток, а также отличная женственная фигурка, которую она постоянно поддерживала в прекрасной форме, делали её похожей на Клеопатру с картинок в интернете, только с совершенно противоположным характером.

– Мне десерт как всегда! – махнула я рукой нашему официанту и с блаженной улыбкой откинулась на спинку стула, положив ногу на ногу.

– Как ты можешь столько есть! – поражённо протянула Яна. – Это же вредно для фигуры.

Хоть я и пахала в спортзале, занимаясь фитнесом и прочими физнагрузками, но при всём этом лопала тортики, абсолютно ни о чём не задумываясь.

– Завидуй молча! – я хитро улыбнулась. – Так по какому поводу собрание?

– Та-дам! – Мара хлопнула ладошками по столешнице. – Девочки! У меня к вам деловое предложение!

– Мы все внимание! – я подставила кулак под подбородок и уставилась на подругу.

– Как вы смотрите на то, чтобы открыть своё свою домашнюю кондитерскую? Торты на заказ… А?..

Яна выгнула бровь от удивления. Я звякнула чашкой о блюдце. После нескольких секунд молчания, за нашим столиком, наконец, прозвучало:

– С чего вдруг? – я продолжала смотреть на подругу, ожидая внятного и конструктивного объяснения.

– Мне до жути надоела эта скучная работа в торговле. Я понимаю: семейное дело и всё такое, но я просто умираю от тоски… – жалобно протянула она.

– Меня вполне устраивает моя работа… – усмехнулась я.

– А мне моя – бухгалтера… – поддержала Яна.

– Не убивайте меня, – взмолилась Мара. – Я вынашиваю эту идею с прошлого понедельника.

– Слушай, в Москве пруд пруди таких кондитерских. С чего ты взяла, что это выгодно? – я посмотрела на аппетитный кусок шоколадного торта, который волшебным образом появился на столе, прямо передо мной.

– Потому что Яна отлично шарит в бухгалтерии, ты имеешь отличный вкус, а я знаю толк в выпечке.

– Это не показатель, – не согласилась я, категорично покачав головой и мельком взглянув на Яну, которая сама по себе до жути боялась каких-либо перемен в своей жизни.

– Тогда я слушаю ваши предложения, – надулась она, обиженно сложив губы бантиком и скрестив руки на груди.

– Послушай, – мягко проговорила, взяв подругу за руку, – Яна рассчитает всё. Правда, Яна? – я внимательно посмотрела на застывшую в удивлении Яночку. Она, тут же поняв по моему взгляду, что для отказа сейчас не время, согласно кивнула. – А потом мы ещё раз поднимем этот вопрос.

Мара елейно улыбнулась, тихонько кивая головой:

– Не заговаривай мне зубы.

– Чёрт, ну на фига тебе это всё надо? – выругалась я, прожёвывая смачный кусок торта.

– Ну во-первых, у меня есть желание, а во-вторых, средства…

– Послушай, твой отец же не Аркадий Новиков… – пробубнила я. – «Нет, ей же нужно доказать, что пекарь из неё ну никакой!»

– Да, готовить он не умеет, но поддержать сможет, – усмехнулась она.

– А мы-то при чём? – спросила Яна. – Мы, конечно, тоже не бедные родственники, но вкладываться в это дело я не буду. У меня другие проблемы. Я даже машину не могу никак купить, потому что налоговая заколебала, ну и плюс ипотека очень много ест.

– Возьмем кредит и будем расплачиваться натурой! – хмыкнула я, знаменательно подняв вилку вверх от возникшей идеи.

– Я – пас! – брезгливо фыркнула Яна.

– Ну так что? – Мара посмотрела на нас с надеждой.

– Не так быстро, дорогая, – отрезвила её я, предложив попробовать кусочек своего десерта.

Деньги у нас были, наскрести можно. Яна работала начальником отдела бухгалтерии в крупной нефтяной компании, и её зарплата была, как она сама шутливо говорила, чуть меньше, чем у президента. Я стала уже довольно-таки известным дизайнером свадебных платьев в собственном небольшом салоне, который открыла после того, как поняла, что мода – это моя жизнь. Не без помощи отца, конечно, но за шесть лет полностью окупила его растраты. Но выкинуть деньги за один раз, пусть и не так много, но на что-то неизвестное – на это даже я не была способна.

А Мара быстро потухнет. Помнится, в прошлый раз она горела желанием заняться производством собственной линии одежды, и всё это закончилось, даже не начавшись, хотя я честно пыталась помочь своими эскизами.

– Закрыли этот вопрос. Лучше расскажи, как твой роман с тем красавцем из Турции? – проворно перевела я тему разговора.

– Он зовёт меня к себе… – промурлыкала она, прикрыв глаза и растянув губы в довольной улыбке.

– И ты готова поехать? – я с наслаждением отправила очередной кусочек лакомства в рот, удовлетворённо причмокнув от растаявшей на языке сладости.

Яна в этот момент что-то пробурчала под нос, типа: «ни стыда, ни совести».

– Я что, идиотка? – рассмеялась Мара. – Ни за что! Что я, русскоговорящего себе не найду, что ли?..

Мы дружно расхохотались, зная натуру Марьяны – неугомонную и любвеобильную.

– Тоже верно! – согласилась я.

– А ты как? – подруги воззрились на меня, отчего мне даже стало так неудобно, словно подо мной не мягкий стул, а коврик с шипами.

– А что – я? У меня всё чудесно, как никогда!

– Продолжаешь повышать мужское либидо? – усмехнулась Мара.

– Да, в этом я преуспела, – кивнула подруге и отвела взгляд. – «Достали! Ну сколько можно бесконечно язвить на тему того, что я умею делать так же хорошо, как и претворять в жизнь чудесные эскизы платьев для невест».

– Замуж тебе надо… – хмыкнула она. – Тем более уж при такой сфере деятельности.

Я поперхнулась на вдохе и зашлась в кашле, с трудом проговорив:

– С ума сошла что ли?

– Я ей то же самое говорю, – поддержала Яна, опять заладив своё.

– Вот допрыгается же… – покачала головой Мара.

– Да, а потом ещё и реветь будет…

Они разговаривали между собой, будто меня здесь не было. Я переводила удивлённый взгляд с одной подруги на другую в готовности тут же прекратить это безобразие в моём же присутствии.

– Может, хватит? Я, кажется, уже взрослая девочка…

– Спорим, что ты в течение года влюбишься так, что даже думать ни о ком другом не сможешь? – неожиданно для всех изрекла Мара.

– И переживать будешь… – мигом подхватила Яна, подскочив от волнения на месте.

Я фыркнула и, не удержавшись, закатила глаза.

– Идёт. На что спорим? – не сомневаюсь, выигрыш у меня в кармане.

Мара хитро прищурилась:

– Я тебя подстригу. Сама. – Мои глаза округлились, а руки непроизвольно схватилась за золотистую гриву. – Боишься? – Мара будто издевалась, зная, насколько трепетно я отношусь к своим волосам, которые не променяю ни на что в этом мире.

– Ни капли! – приняв вызов, гордо вздёрнула подбородок. – А мне что будет за выигрыш?

– Выбирай…

– Ты же знаешь мою буйную фантазию… – рассмеялась я, немного задумавшись, барабаня ноготками по столу. – Её хватает не только на свадебные платья…

– Давай, выкладывай!

– Вы обе – в центральном фонтане голышом! Днём! – выпалила я, сама от себя не ожидая такого.

Мара хмыкнула. Она-то не постесняется признать своё поражение в честной схватке со мной, а вот Яна…

Яна открыла рот.

– Ну не-е-е-ет… – начала она.

– Идёт! – уверенно сказала Мара, оборвав подругу.

Я недоверчиво прищурилась. Что-то её крайняя самоуверенность вызывает нешуточные подозрения. Но не подгонит же она мне мужчину моей мечты, когда я даже сама не знаю, какой он?

– Ты уверена?.. – нервно рассмеялась Яна, покосившись на подругу. – Судя по последним действиям нашей куколки, влюбляться она не собирается.

Но Мара примиряюще выставила ладонь вперёд, шикнув:

– Ш-ш-ш… Я лично этим займусь.

– Ты будешь поставлять мне мужиков? – звонко расхохоталась я. – «Ой, не могу! До чего докатилась – теперь парнишек мне будут подбирать собственные подруги! Класс!»

– А почему, собственно, нет?! – она обворожительно повела плечиком. – Я работаю в мужской фирме, и там очень представительные мужчины.

– Что же ты сама себе не подберёшь? – не унималась я, даже забыла про свой десерт и ещё одну недавнюю бредовую идею Мары про стряпню на дому.

– Ищу своего принца! – загадочно улыбнулась она и мечтательно вздохнула, подперев ладошкой щеку. – Итак! До следующего июля – и ты в соплях и лысая… и в свадебном платье собственного производства… – Марьяна заливисто расхохоталась своей шутке, запрокинув голову на спинку стула.

Я представила эту «чудесную» картинку и прыснула со смеха, выдав то, чего не ожидал никто:

– Идёт!

Глава 5

Я вернулась домой за полночь. Все эти нудные разговоры о любви всегда нещадно выматывают. Секс – вот это совсем другое дело. Море удовольствия и никаких обязанностей, а главное – взаимных претензий.

Потянулась к выключателю, и после негромкого щелчка комнату залил мягкий золотистый свет, плавно стелящийся по полу.

Моя квартирка – моё детище. Небольшая уютная «коморка» в стиле арт-деко, где были использованы самые изысканные отделочные материалы, мебель из кожи, дорогая качественная древесина, мягкая бахрома, пушистые кисти и типичные цвета – золотой и коричневый, а в некоторых местах и чёрный. Последний чаще предпочитают в своём жилище мужчины, но мне нравилось это сочетание – оно было уютным и домашним.

А вот моё рабочее гнездышко было отдельным миром в этой квартире. Здесь всегда царил хаос, лирический и творческий беспорядок. Неубрано? Да! Вокруг валялись мягкие ткани, кружева, фатин, атлас, шёлк, эскизные проекты… Манекены в незаконченных нарядах и небрежных набросках… Но в этом есть моя сущность, в этом вся я.

Сбросила с ног туфли и прошла босиком по прохладному полу из тёмно-коричневого клёна с перламутровым блеском. Следом за мной зажглись люминесцентные лампочки, реагирующие на тепло, а через мгновение потухли, провожая меня шлейфом тени. Единственное, чего я никогда не позволяла себе – это приводить в мою обитель мужчин, потому что моя квартира – закрытый и отчуждённый от всего мир.

Переступив порог кухни и подойдя к столешнице, налила себе из графина клюквенный морс – напиток детства. Залпом осушила стакан и, забросив его посудомоечную машину, направилась в спальню. Сегодня я уже не способна думать. В голове постоянно всплывал наш с девочками разговор. Что они задумали? Ведь знают, что это бесполезно! С другой стороны, Мара бы никогда не посмела себе спорить, не будь она так уверена в своей правоте. Или наобум, на удачу, в надежде, что я всё-таки влюблюсь по уши? Глупости! Сколько у меня было разных мужчин… а я ещё ни разу не теряла голову от любви. Ой, хватит. А сколько их ещё будет!..

От возникших мыслей улыбка сама расползлась на лице. Так приятно осознавать, что я нравлюсь многим мужчинам, что у меня есть поклонники, что я не завишу от них, а лишь только от себя. Нет. Брак, семья – это пока не для меня.

Наскоро приняв контрастный душ, к которому я приучила себя со студенчества, нырнула в голышом шёлковую постель. Я любила чувствовать кожей мягкость и нежность простыней – шёлк успокаивал и расслаблял. И ни в каких пижамах в мире, даже от самых известных кутюрье, будь они самыми модными и красивыми, нельзя почувствовать ощущение свободы и комфорта так, как это можно испытать, ложась абсолютно обнажённой. К тому же, это отлично способствует правильному настрою, а это значит, что мне ещё нужно хорошенько обдумать наш спор и быть начеку…

Однако сделать мне это всё-таки не удалось, потому как с этими мыслями я и провалилась в крепкий, беспробудный сон.

***

Проснулась от того, что мне приснился мой очередной шедевр. Тут же вскочила с постели, накинула на плечи халатик и бросилась в мастерскую. Мягкий свет заливал уютную комнату. Солнце только просыпалось, готовя природу к прекрасному солнечному дню. Прохлада ночи ещё стелилась за окнами, но настырные солнечные лучи постепенно побеждали её, проникая в самые укромные уголки.

Села на свою любимую подушку и прямо на полу стала рисовать эскиз. Линии сами ползли по бумаге, проецируясь на ней, словно под копирку из моего сна. Но внезапный телефонный звонок заставил отвлечься от увлечения и принять вызов, нажав кнопку громкой связи.

– Валерия Ивановна, вы просили напомнить, что сегодня примерка у Екатерины Марковой, – раздался приятный голос моей помощницы Анны.

– Откуда ты знаешь, что я уже не сплю? – пробурчала я.

– Наверное потому, что вы несколько раз мне говорили, что видите во сне будущие эскизы и потом стремглав мчитесь их переносить… пока не забыли, – усмехнулась она. – А ещё я звонила вам до этого уже несколько раз, но вы не взяли трубку.

Надо же! Я даже не слышала мелодии телефона – так была увлечена!

– Хорошо. Я буду в девять. Подготовь всё необходимое. Всё должно быть идеально.

– Всё будет в лучшем виде, впрочем, как и всегда, – твёрдо заверила Анна.

– Не сомневаюсь! – я почесала макушку карандашом и задумчиво посмотрела на эскиз. – До связи.

Гудок. Отбой.

Что-то в нём не так… Я повертела эскиз в руках и стёрла пару линий… Нет. Всё равно не то. Во сне платье было воздушным и летящим, а на бумаге…

Я отложила эскиз в сторону.

Этот дурацкий спор до сих пор заставлял возвращаться к нему мыслями, снова и снова. И что всё-таки Мара задумала? Она же прекрасно знает, что влюбить меня в кого бы то ни было – это просто непосильная задача. Тогда почему я нервничаю? Потому что на кону, чёрт возьми, мои волосы! Моя шикарная, роскошная грива, которой я дорожу, как увесистым, бесценным слитком золота.

Я перевела взгляд на огромное зеркало во всю стену. Золотые локоны лежали на полуоткрытых плечах, прикрывая слегка обнажённую грудь, и мне казалось, что именно без них я буду голая, а не без какой-нибудь дорогой одежды.

– Ничего у неё не получится, – хмыкнула я, поднимаясь с пола и откинув подушку в угол. – Уж если я сама себе не нашла человека, с которым хочу быть, то подруги и подавно…

***