Вызвав такси, я не позволила ему проводить меня до машины – самостоятельность во всем была моим кредо. Сев в машину, я улыбнулась своему отражению в зеркале заднего вида, план работал идеально, он зацепился не за мою внешность или сексуальность – этого было бы слишком мало для такого мужчины, Максим увидел во мне родственную душу, интересного собеседника, человека своего уровня интеллекта, а это гораздо более сильная привязанность.
Телефон издал характерный звук, оповещая о сообщении:
«Спасибо за вечер. Ваш взгляд на архитектуру, как искусство для жизни совпадает с моим. Редкость в наше время. М.»
Я не стала отвечать сразу, пусть немного подождёт, привыкает к мысли, что я не из тех женщин, которые всегда доступны, даже по телефону.
Приехав домой и поднявшись в квартиру, я разделась, приняла душ, и улёгшись в кровать, с улыбкой подумала: «Охота только начиналась».
На утро, проснувшись, как всегда раньше будильника, я отправилась на утреннюю пробежку, затем контрастный душ, кофе и в прекрасном настроении поехала в офис. Приехав, увидела, что работа уже кипит, быстро проверила почту, ответила на срочные письма и запросы клиентов, дала распоряжение своему заместителю, заниматься остальными текущими проектами, объяснив, что лично буду заниматься проектом Соколова, а на нём все остальные.
Проект «Лазурный берег» стартовал уже через неделю после нашего ужина. Моё агентство и бюро Соколова начали тесное сотрудничество, и теперь мне приходилось бывать в его офисе почти каждый день. Я намеренно держалась профессионально и отстранённо, демонстрируя компетентность, но не допуская никаких намёков на личный интерес. В первый день совместной работы с командой я, наконец, познакомилась ближе с Натальей, она оказалась именно такой, как я и предполагала – милой, вежливой и невероятно… пресной. Наталья была хорошим специалистом, это я признавала, но во всем остальном – сплошное клише домашней жены. Постоянно спрашивала мнение Максима, даже по самым незначительным деталям, и это явно его раздражало, хотя он старался не показывать своего недовольства и не демонстрировал, своё недовольство ею.
– Максим, как ты думаешь, лучше использовать этот оттенок или вот этот? – спросила Наталья, показывая два почти идентичных образца текстуры для презентации.
– Наташа, решай сама, это твоя работа, – ответил он с едва заметным недовольством в голосе.
Я заметила, как она сникла, и мне стало почти жалко ее. Почти.
– Лично мне кажется, что правый образец лучше сочетается с общей концепцией, – произнесла я, не поднимая глаз от своего ноутбука. – но это только моё мнение.
Наталья благодарно улыбнулась мне, а Максим бросил внимательный взгляд, я чувствовала, как он изучает меня, пытаясь понять мою игру. Неделя за неделей мы работали вместе, и я методично строила свою стратегию, с Натальей я была дружелюбна и профессиональна – никакого соперничества, никаких сравнений. С Максимом – исключительно деловые отношения, разбавленные интеллектуальными беседами и общими интересами, он приглашал меня на еженедельные ужины, якобы для обсуждения проекта, я соглашалась, но каждый раз выбирала людные места и неизменно уходила сразу после десерта, оставляя его с лёгким чувством неудовлетворённости. К концу первого месяца я заметила первые признаки того, что мой план работает, Максим стал более раздражительным в присутствии жены, особенно когда я находилась рядом, он стал критиковать ее работу, придираться к мелочам, в то время как мои идеи неизменно получали одобрение.
– Наташа, ты опять используешь эти безвкусные шрифты? – раздражённо бросил он во время одного из совещаний. – Мы же обсуждали это. Клиенты ожидают современности, а не этого… провинциального стиля.
Наталья покраснела и опустила глаза:
– Я думала, что они лучше подходят для целевой аудитории…
– Не думала, – отрезал Максим. – ты просто делаешь то, что привыкла делать последние десять лет.
Я молча наблюдала за этой сценой, делая вид, что погружена в работу, когда Наталья вышла из комнаты с блестящими от непролитых слез глазами, я подняла взгляд на Максима:
– Не слишком ли жёстко?
Он провёл рукой по волосам:
– Возможно, но она не развивается, стоит на месте, в то время как рынок не прощает застоя.
– И все же, она твоя жена, – произнесла я нейтральным тоном. – и твой сотрудник. Публичная критика редко бывает конструктивной.
Максим посмотрел на меня с удивлением:
– Ты ее защищаешь?
– Я защищаю эффективную рабочую атмосферу, – я закрыла ноутбук и встала. – конфликты в команде снижают продуктивность, это плохо для проекта.
Он усмехнулся:
– Всегда рациональна, всегда профессиональна. Ты когда-нибудь позволяешь себе просто… чувствовать, Алиса?
– Конечно, – улыбнулась я. – в подходящее время и в подходящем месте.
И вышла из кабинета, оставив его с этой мыслью.
На шестой неделе проекта мы с Максимом сидели в уже ставшем привычным ресторане, я намеренно выбрала столик у окна – чтобы неожиданные знакомые видели нас, и ни у кого не возникало даже мысли что нас связывает что-то большее, чем деловые отношения.
– Ты избегаешь меня, – внезапно произнёс он, отложив меню.
– Мы видимся почти каждый день, – я удивлённо подняла брови. – О каком избегании может идти речь?
– Ты знаешь, о чем я, – его взгляд стал обжигающим. – между нами что-то есть, Алиса. Что-то большее, чем просто рабочие отношения.
Я сделала глоток воды, выигрывая время.
– Максим, ты мой клиент, и ты женат. Даже если бы что-то и было, – я сделала паузу, – а я не говорю, что это не так, но это не имеет значение, ты не свободен от обязательств.
– Имело бы, – он накрыл мою руку своей. – ты не похожа ни на одну женщину, которую я встречал. Ты… настоящая.
Я мягко, но решительно высвободила руку:
– Не стоит говорить того, о чем мы оба можем пожалеть, я ценю наше сотрудничество и.… дружбу, если можно так назвать наши отношения, но я не тот человек, который разрушает семьи.
Это была ложь, и мы оба это знали, но такие были правила игры.
– Моя семья… – он замолчал, подбирая слова. – это сложно.
– Обычно так говорят мужчины, которые хотят оправдать интерес к другой женщине, – я улыбнулась, смягчая свои слова. – давай не будем портить то, что у нас есть, Максим. Проект идёт отлично, мы хорошо понимаем друг друга. Разве этого недостаточно?
Он не ответил, но я видела разочарование и.… желание в его глазах. Огонь, который я старательно разжигала все эти недели.
Середина второго месяца работы над проектом ознаменовалась первой серьёзной презентацией для инвесторов, я подготовила концепцию PR-кампании, Максим – архитектурную часть, Наталья – дизайн-проект интерьеров. Команда работала как часы, но напряжение можно было почувствовать физически. Накануне презентации мы засиделись в офисе допоздна, Наталья ушла около девяти, сославшись на мигрень, а мы с Максимом остались дорабатывать последние детали, около одиннадцати часов я почувствовала, что нуждаюсь в перерыве.
– Пойду сделаю кофе, – произнесла я, потягиваясь. – Тебе принести?
– Спасибо, – он потёр глаза. – двойной эспрессо, выпил бы с удовольствием.
В офисной кухне было тихо и пусто, я включила кофемашину и, пока она нагревалась, подошла к окну. Ночной город раскинулся подо мной, мерцая огнями – красивый, манящий, полный возможностей.
– О чем задумалась? – голос Максима прозвучал неожиданно близко, он стоял в дверях, прислонившись к косяку, с усталой, но привлекательной полуулыбкой.
– О том, как красив город ночью, – ответила я правду, не оборачиваясь. – миллионы огней, миллионы историй.
Он подошёл и встал рядом, наши плечи почти соприкасались:
– И какая история у тебя, Алиса? Настоящая, а не та, что ты рассказываешь всем.
– А разве у кого-то есть настоящая история? – я повернулась к нему. – Мы все носим маски. Ты, я, Наталья… Выбираем ту версию себя, которая удобна в данный момент.
– С тобой я не хочу носить маску, – произнёс он тихо и сделал шаг ко мне.
Кофемашина запищала, сообщая о готовности напитка, я воспользовалась этим, чтобы отойти от него.
– Кофе готов, – я улыбнулась, разрывая момент интимности. – нам ещё работать и работать.
Он смотрел на меня с нескрываемым вожделением и.… да, в глазах горел огонь азарта за ускользающей добычей, я же знала, что делаю всё правильно, недоступность всегда была самой сильной приманкой.
При завершающем этапе проекта, для инвесторов, команда решила отметить это в модном ресторане недалеко от офиса, я намеренно оделась провокационно – черное платье с глубоким вырезом на спине, высокие каблуки, волосы, свободно спадающие на плечи. Время пришло показать новую грань себя, Наталья поначалу выглядела напряженной – она всегда чувствовала себя неуютно и не уместно на этом празднике, но после бокала шампанского немного расслабилась. Максим был в ударе – шутил, смеялся, принимал поздравления от коллег, но я ловила на себе его взгляды – долгие, изучающие, наполненные тем самым огнём, который я так старательно разжигала.
– Потанцуем? – спросил он, когда большая часть команды уже разбрелась по территории ресторана, сбиваясь в небольшие кучки по интересам, а Наталья вышла в дамскую комнату.
– Почему бы и нет? – я пожала плечами с притворным равнодушием. – Мы заслужили немного веселья.
На танцполе было многолюдно, и мы оказались в тесном пространстве среди других танцующих, его руки легли на мою талию – невинный жест для танца, но мы оба знали, что это значит.
– Ты прекрасна, – произнёс он, наклонившись к моему уху. – все мужчины в этом зале завидуют мне сейчас.
– И мне это нравится, – лукаво с придыханием прошептала я ему, глядя прямо в глаза. – Твоя жена не будет ревновать?
Его лицо на мгновение омрачилось:
– Наташа… она хороший человек, ревновать не будет.
– А ты предпочитаешь плохих? – я улыбнулась, зная, какой эффект производит моя улыбка.
– Я предпочитаю настоящих, – ответил он серьёзно. – таких, как ты.
Музыка стала медленнее, и расстояние между нами сократилось, я чувствовала его дыхание на своей коже, тепло его тела, силу в руках, которые теперь обнимали меня крепче, это был момент, когда нужно было сделать ход – но не тот, которого он ожидал.
О проекте
О подписке
Другие проекты