6. Нард

Освободившись из болотного плена, я попыталась встать на ноги и рассмотреть своего спасителя. Но сил в теле не осталось, а глаза забились взвесью от грязной воды. Их даже открывать больно.

— Неплохо так порезвилась, — опять раздался голос, но уже около самого уха. — Идти сможешь?

— Нет, — призналась я, чувствуя, что сознание постепенно оставляет тело.

— Так я и думал.

— Ты кто?

— Тот, кто не дал тебе в болотную ярну превратиться. Цепляйся за меня и пойдём.

— Куда?

— Вот любопытная! Тебе сейчас какая разница? По мне, везде лучше, чем в этой жиже по колено стоять.

В голосе невидимого собеседника постоянно чувствовалась ирония, но не было угрозы. Значит, он точно не из храмовников. Кажется, принадлежит достаточно молодому человеку. Рискнуть и довериться? Хотя чего тут долго размышлять! И так ничего пока не вижу. Останусь одна — мигом снова в трясине окажусь.

— Уговорил. Пойдём, — с одышкой согласилась я и вырубилась.

Очнулась уже на знакомом островке. В нос ударили запахи дыма и еды. Осторожно приоткрыв один глаз, осмотрелась. Клочок суши, примерно тридцать шагов в ширину и где-то пятьдесят в длину, изменился сильно с момента моего последнего посещения. На нём появился неказистый шалаш. Между двумя чахлыми деревцами натянута верёвка и сушится бельё. Явно мужское. Рядом костёр, над которым висел большой мятый котелок. Спиной ко мне сидел мужик в накинутом на плечи сером сюртуке.

— Ну и долго ты ещё притворяться будешь? — повернулся он и уставился на меня.

Чуть меньше тридцати лет рыжий мужчина с немного резкими чертами лица и весёлыми глазами не производил отталкивающего впечатления. Скорее даже наоборот. Но внешнему виду я уже давно не доверяла. Иногда всякие мрази имеют очень приятную внешность, но абсолютно уродливую душу. Лучше к костоломам Смотрящего попасть, чем к подобным выродкам.

— Ты кто? — поинтересовалась я и села, нащупывая под одеждой свой нож.

— Да кем обзовёшь, тем и буду. У меня имён много, — отмахнулся мой спаситель. — Но пусть будет… Нард. Сама-то имечко имеешь?

— Клео Замарашка.

— Клео, значит… Почему «замарашка», даже не спрашиваю, а вот про остальное интересно было бы узнать.

— Не твоё дело, — жёстко ответила я. — И это… Отвернись. Мне в туалет надо. Терпеть сил больше нет.

— Полезное дело, — хохотнул Нард. — Надеюсь, в спину ножом не ударишь?

— Если грязно приставать не будешь, не трону.

— «Грязно»? — совсем развеселился рыжий. — Да ты сама сплошной ком грязи! На такую даже за кошель золотых не позарюсь! Уговорила, Замарашка. Потихонечку отползай к краю острова и делай свои дела. Лучше в воду — тут и без тебя всё не столичными ароматами благоухает. И резко не дёргайся — ещё после своих «подвигов» не восстановилась, поэтому можешь надорваться.

Я ничего не поняла, но на всякий случай совета послушалась. Попыталась отойти от странного человека подальше на другой конец острова, но силы действительно очень быстро меня покинули. Еле хватило их, чтобы добраться обратно к костру.

— Умойся, — протянул мне Нард флягу. — А то скоро вся грязь застынет, и в статую неподвижную превратишься. Полить?

— Давай, — кивнула я. — И спасибо, что утонуть не дал. Если ещё и накормишь, то совсем благодарна буду… Вернее, не вот чтобы прям «совсем-совсем», поэтому на многое не рассчитывай, но…

— Успокойся, — перебил он. — Я же сказал, что грязные, воняющие тиной девки не вызывают у меня ни малейшего желания. Так что всяким замарашкам предпочитаю ухоженных женщин, готовых скрасить одиночество за несколько серебряных монет.

— Портовые шлюхи столько не берут, — буркнула я, уязвлённая эпитетами в свой адрес.

— Портовых шлюх я сам не беру. Мы будем цены на продажную любовь обсуждать или всё же расскажешь, как сюда попала? — снова поинтересовался Нард, одновременно поливая мне на ладони воду.

— Не твоё дело.

— Это я уже слышал. Но ты мне должна за спасение, воду и будущую еду.

— Хорошо. Ты в своём праве. Честно говоря, сама ничего не понимаю. Пришла со всеми на Освящение, и на меня храмовники накинулись. Стали собаками травить и обзывать. Насилу сбежала.

— Понятно теперь. Долго от них скрываешься?

— Часов пять, — посмотрела я на солнце в полуденном зените.

— Ого!

— Чему так удивился?

— Долго бегала. Видимо, неслабая одарённая из тебя получится.

— Нард, не говори ерунды. Нет у меня Дара Всеблагого. Тем более мне до совершеннолетия ещё год ждать, и способности даже при всём желании не смогли бы сегодня проявиться.

— А вот тут ты, Клео, ошибаешься. Знающие люди иногда своих детей на год младше в храмовые книги записывают. Специально так делают, чтобы не заявились Искатели и не увели в Небесный Город.

— Чушь! Да кто ж откажется от такого счастья!

— Я ж говорю: знающие. А вот всякие простофили с удовольствием идут в это демонское место.

— Не богохульничай! — упрекнула я мужчину. — Имей уважение к Всеблагому Защитнику! И ещё раз повторюсь! Дара у меня никакого нет!

— И чего ты так взъерепенилась? — абсолютно не обращая внимание на мой тон, поинтересовался собеседник. — Сама подумай. Ты целых пять часов смогла убегать от поисковых псов. А эти твари очень быстрые и любого обыкновенного человека за три минуты догонят.

— Я по городу петляла.

— Не поможет. Если пёс взял след, то уже не сойдёт с него. Он ауру одарённого, а не запах чувствует. Хотя и запах тоже.

— Но я ведь убежала!

— Потому что правильно поступила. Не знаю, сама догадалась или научил кто, но рванула именно к болоту, на котором растут кусты теневика. Они очень хорошо магический след маскируют. А уж само болото тем более. Я поэтому здесь и обосновался. Кстати, очень удобное местечко было, пока ты не объявилась. Теперь думаю, как с тобой дальше поступить.

— Сдашь храмовникам за вознаграждение? — насторожилась я, на всякий случай положив руку на припрятанный под одеждой нож.

— Да на кой мне эта мелочь! — пренебрежительно скривился Нард и посмотрел на меня, как на последнюю дуру. — За пять золотых мне даже чесаться лень.

— Пять золотых — это не мелочь. На них можно больше года горожанину прожить.

— Ты меня, Замарашка, ещё в нищие запиши. Я во время сезона Дрожи Земли за неделю не меньше пятидесяти зарабатываю.

— Врёшь! — удивилась я, услышав про такие огромные деньжищи. — Столько даже у наших Смотрящих нет!

— Есть у них.

— Откуда знаешь?

— А с кем, ты думаешь, я работаю?

— Ты бандит?

— Нет. Вольный маг.

Услышав это, я не на шутку испугалась. Вольный маг, или, как говорят храмовники: Пожиратель! Посланник Тёмных сил! Встретить такого — это гарантированно лишиться жизни! Твари, подобные Нарду, заманивают невинных людей и после жестокого, очень кровавого ритуала забирают их души!

Путаясь в подоле намокшего грязного платья, я вскочила и выставила нож перед собой.

— Не подходи, тварь! Порежу! Моя душа принадлежит Всеблагому! Да пусть имя Защитника убережёт меня от злых чар! Да пусть карающая длань Его обрушит….

— … весь гнев на головы нечестивцев, вставших на тёмную сторону бытия, — безэмоционально закончил за меня Обережную молитву Нард. — Клео. Поверь, в этих словах не больше силы, чем в старом драном сапоге. И к Пожирателям я не имею никакого отношения. Хотя… Пожрать бы сейчас не отказался. Кажется, болотная утка уже сварилась. Ты что будешь? Лапку или грудку?

— Из твоих поганых рук ничего не буду! Отпусти меня!

— Иди. Где брод знаешь.

— Можно? — не поверила я.

— А зачем мне такая полоумная нужна? Ещё прирежешь ночью. Но учти, что как только ты выйдешь к людям, тебя тут же схватят и сожгут в подвалах первого же храма. Хотя сожгут, скорее всего, не сразу. Для начала попытают немножко. Не забывай, что ты Дикая, то есть одарённая, со сформировавшейся силой. А таких жрецы, если вовремя не взяли под контроль, уничтожают не раздумывая.

— Не запугаешь, Пожиратель! И я не одарённая. Хотя… — запнулась я. — Да. Именно Дикой жрец меня и называл. Ничего не понимаю… Но с продавшим душу Тёмным всё равно не останусь!

— Да иди ты уже, — потерял терпение Нард. — Дай мне спокойно поесть. Потом необходимо будет новое убежище искать, так как из-за тебя сюда вскоре явится храмовая стража. Нужно до ночи где-то обосноваться. Лысые демоны! Лучше бы ты раньше псам попалась или утонула! Теперь нормально заработать в Херсте не получится. А у меня на него планы большие были.

Идея в голову пришла моментально. Пожиратель это или нет, но явно при деньгах, раз для него целых пять золотых — не богатство. Быть может, получится сторговаться и спасти жизнь Шарманщику.

— Дашь золотой, никому не скажу.

— Да хоть тысячу дам, не поможет. Ты, Замарашка, плохо меня слушала. Тебя поймают и пытать будут. А уж в храмах палачи знатные! Не пройдёт и пяти минут, как сама их умолять будешь, чтобы твой правдивый рассказ выслушали. Знаю не понаслышке, так как сам когда-то чуть жрецом не стал.

— Правда?

— Да достала ты меня уже! Проваливай! Сдавайся, топись или прячься! Только отстань со своими тупыми вопросами! Я тебя спас? Спас! Всё! Моя совесть спокойна! Желаю лёгкой смерти! Прощай!

Высказавшись, Нард развернулся к котелку и достал из него кусок утки. Больше не обращая на меня ни малейшего внимания, стал с таким аппетитом есть, что я невольно засмотрелась, чувствую, как пустой желудок начал переваривать сам себя.

Голод быстро победил страх. Уточка… Такая жирная… А мясо нежное… И бульон должен быть наваристым. Его бы, да вон с той свеженькой лепёшкой…

— Дай кусочек напоследок, — неуверенно попросила я, сглатывая слюну. — Не жадничай. Всё равно ведь всю не съешь.

— Ты же брезгуешь из моих «поганых» рук еду брать.

— Я нищая сирота. А такие даже змеями и лягушками не брезгуют, когда жрать совсем нечего. И кору зимой варим. Поверь, мерзость ещё та, но зато зубы по весне не шатаются.

— Беспризорница? Понятно, отчего у тебя вид заморыша. Говори волшебное заклинание и присаживайся.

— Я не знаю заклинаний. Только молитвы к Всеблагому Защитнику.

— Тогда запоминай, Клео Замарашка. Думаю, быстро освоишь. «Уважаемый Нард. Разрешите присоединиться к вашей трапезе.». И слово «пожалуйста» не забудь добавить. В нём главная сила всех вежливых людей.

— Издеваешься? — нахмурилась я.

— Нет. Но я потратил время, чтобы поймать и приготовить эту утку. Поэтому имею право на хотя бы мнимую благодарность. Ты же словно одолжение делаешь, пытаясь получить то, что тебе не принадлежит.

— У нас всё проще.

— А у меня нет. Так что скажешь?

— Пожалуйста, уважаемый Нард. Разреши мне присоединиться к твоей жрач… к твоей трапезе.

— Присаживайтесь, уважаемая Клео Замарашка, — склонив голову, с улыбкой ответил он.

— «Уважаемая»! Скажешь тоже! — вгрызаясь в утиный окорок, хихикнула я, сама не поняв, каким образом мгновенно переместившись к костру.