Глава 7

Анжела пришла на работу в начале десятого вечера. Как и предполагалось, Яна уже настучала начальству. Анжеле кинули первый страйк – минус день из законного отпуска.

– Где тебя ангелы носили? – саркастично выпалила Яна вместо приветствия.

Анжела посмотрела на коллегу отсутствующе-равнодушным взглядом. Не специально – у неё просто не было сил проявлять яркие эмоции. Рыжие волосы, как обычно, собраны в пучок, однако сегодня из-под причёски выглядывало множество завитков-петухов. Они выдавали природную пушковую структуру волос Анжелы.

– Извини, не смогла тебя предупредить. Зарядка от телефона полетела, представляешь!

– Так себе отмазка! Что будем делать с голодными посетителями? Анжела, я совсем не знаю, как разогревать все эти шоколадные круассаны! Одни лишь дрожжевые пресные булочки их не устраивают. Только за полчаса после открытия на меня налетел десяток недовольств! Четыре гневных отзыва уже полетели в книгу жалоб. Народ не дремлет в желании слить на нас злость с раннего утра!

Анжела сохраняла хладнокровность и отстранённость:

– Понимаю-понимаю! Я приберегла запасной вариант для таких ситуаций. Давай сегодня устроим распродажу разнообразных круассанов и продлим часы работы, пожалуй, до 11 утра? Я быстренько испеку четыре разных вкуса: помимо традиционного с шоколадом, будут ванильные, миндальные и клубничные! Работать за кассой после шести утра буду я. Ты можешь спокойно к тому времени освободиться и идти домой. Выручку разделим, как обычно.

– Делай, что хочешь! Я не собираюсь из-за тебя терять в процентах от выручки! – Яна имела удивительное свойство кричать, не повышая голоса. Вся её миниатюрность – 150 см роста – выражала нечто, на первый взгляд, наивное и безопасное. Однако сам голос при звучании выражал оттенки, которые буквально заставляли прислушаться и даже оцепенеть на мгновение. Яне можно было смело озвучивать речи в громкоговорителях, которые обычно вешали на дома городских кварталов на случай ЧП.

Анжела уже привыкла. Её не пугали угрозы Яны. Сегодня ей было важно сделать всё, чтобы никто не смог даже на секунду предположить, что с ней случилось этим вечером.

– Яна, дорогая, последняя просьба! Если хочешь, возьми всю выручку от меня сегодня! Только напиши мелом на нашей доске у входной двери объявление… что-то вроде: «День круассанов! С 11 вечера до 11 утра и только сегодня!». А я побегу печь.

Яна хмыкнула, тяжело вздохнув. Но что поделать… Недовольничать можно сколько угодно, однако если сама Анжела способствует ускорению достижения её целей… Она же пообещала в два раза больше выручки!

Яна начертила аккуратные, чёткие, крупные буквы розовым мелом:

«СЕГОДНЯ В НАШЕЙ КОФЕЙНЕ – ПРАЗДНИК КРУАССАНОВ!»

Анжела с облегчением побежала на кухню вымешивать тесто, пообещав себе, что, если подобное повторится с ней ещё раз, она непременно обратится к психиатру.

ИВАН

Глава 8

Кофейня «Центар». Терраса этой кофейни занимала часть центральной площади города. Никто не был против – ни местные жители, ни туристы, ни городская администрация. Террасы не закрывались ни летом, ни зимой; в холодное время их лишь укрывали тентом. Это место славилось ароматным свежим кофе и десертами размером с кирпич. Среди официантов были солидные семьянины за пятьдесят и амбициозные романтичные студенты. Кофейня расположена символично – напротив главной ратуши города. Эти два места жители и туристы любили одинаково: фотографий здесь делали больше, чем где-либо ещё.

По традиции каждое утро Иван сидел за одним из столиков. Мужчина наслаждался своим утренним американо в белой кружке из толстого стекла и курил самокрутку. Он умело сливался с местными и туристами, но его отличала одна деталь: он не сидел в телефоне, не переписывался в мессенджерах, не работал за ноутбуком, как здешние фрилансеры.

Иван обладал высоким интеллектом, феноменальной наблюдательностью и армейской дисциплиной, а также умел черпать всё самое актуальное из окружающего пространства – будь то утреннее пение птиц или случайные фразы прохожих. Каждый день он впитывал знания со всего мира. А где-то на уровне подсознания он постоянно, без перерывов, улавливал масштаб того, что каждое мгновение переживает планета.

Утренний кофе он пил неспешно, но полчаса хватало для полноценного ритуала. Поднявшись из-за стола, Иван неспешно направился домой, не нарушая своего внутреннего ритма. Его образ напоминал классического Шерлока Холмса: длинное чёрное пальто с высоким воротником, защищающим от осеннего ветра, и шляпа с узкими полями. Зелёные глаза, выразительные и глубокие, которые выделялись при любом обличье.

Высокий мужчина с едва заметной морщинкой на лбу был мудрее своего возраста в несколько раз. Все, кто общался с ним хотя бы минуту, потом уверенно утверждали, что говорили с академиком наук, как минимум во втором поколении. Такое у всех складывалось впечатление. Хотя Иван не изучал науки специально, а интересовался ими исключительно ради службы. Он впитывал нужные знания с жадностью и дотошностью, но двигали им не амбиции и не тщеславие. Его мотивация всегда удивляла и обескураживала людей.

Скептики могли бы возразить: «Так не бывает!». Кто-то просто не мог поверить в столь кристальную чистоту намерений. Все реагировали на мужчину по-разному, однако глубокий, но важный вопрос: «Зачем ты так живёшь и зачем так мыслишь?» – почти никто ему не задавал.

А мыслил он странно по меркам людей. Всё – для других. Всё – ради других. А для себя, как он считал, всё всегда уже было, есть и будет.

Иван дошёл до своей квартиры в двухэтажном доме. Он снимал комнату у местного адвоката. Тот принимал клиентов в своём кабинете, а соседнюю комнату сдавал туристам. Когда Иван приехал в этот город, ему посоветовали переехать именно сюда. Радость адвоката была безмерной: Иван оплатил на два года вперёд, согласился на сезонное повышение аренды и оказался непритязательным, тихим и дисциплинированным квартирантом. Для адвоката, по совместительству местного риелтора, Иван стал гордостью и доказательством умения выбирать жильцов! Хотя на самом деле это Иван выбрал его.

Глава 9

Поздний октябрь расцвёл золотыми и алыми красками, а солнце щедро согревало – +25 в тени, совсем как летом.

Иван устроился в своём старинном кресле, которое сопровождало его всегда и везде, в каком бы городе он ни жил. Это кресло подходило каждому – взрослому или ребёнку, мужчине или женщине. Казалось, его деревянная конструкция умела угадывать форму тела, оставаясь невероятно удобной.

Сосед-адвокат не раз спрашивал, откуда у Ивана такая необычная вещь, но тот лишь отмахивался:

– Друзья подарили.

На самом деле кресло Иван приобрёл ещё в юности, в мебельной мастерской Захара, друга отца, где реставрировали старую мебель и создавали новую. Тогда Иван подрабатывал помощником: ремонтировал мелкие детали и консультировал клиентов.

Кресло было гордостью Захара: статные подлокотники, изящные линии, полностью выполненное из дуба. Его парадокс заключался в том, что, несмотря на отсутствие обивки, оно было удобнее любых мягких кресел. Иван сразу обратил на него внимание. Оно стоило недёшево, и посетители мастерской проходили мимо, не замечая скрытых достоинств этого шедевра. Спустя полгода работы Иван смог позволить себе покупку, чем удивил Захара.

– Что ж ты раньше не сказал? Могу подарить – считай, премия! – сказал мастер.

Но Иван отказался. Чтобы прийти к компромиссу, Захар отдал кресло за полцены.

Это было… в 1850 году. Тогда в мастерской шумели станки, а с улицы доносился стук копыт и крики торговцев. Теперь, в эпоху 2020-х, кресло стояло в маленькой квартире фрилансера. За окном – гул автомобилей и туристы с селфи на фоне достопримечательностей. Креслу было больше 150 лет, но как антиквариат, который любили и берегли, оно идеально сохранилось. Иван же, как и его дубовый спутник, выглядел так, будто и для него время остановилось где-то на тридцати.

Глава 10

Иван открыл ноутбук, чтобы, как обычно, начать дела по работе. Он занимался дизайном и проектированием сайтов. От него зависело, насколько сайт будет удобным и одновременно эстетичным для пользователя.

Однако всплывающее окошко мессенджера нарушило его привычный план. Обычно Иван скрывал все сообщения в рабочее время, но только не от этого персонажа. Его послания всегда говорили о суперсрочном деле.

Сообщение от Давида:

«Привет! Сегодня буду в 6 вечера по вашему времени в кафе «Босс». Надеюсь, ты уже изучил всю местную кухню и готов с энтузиазмом советовать мне самое вкусное? Ну, хотя бы как ракию пить, изучил? Ожидаю почувствовать себя туристом, которого очень ждали и сделают всё, чтобы он уехал обратно нехотя и со слезами. Прямо как в детстве из школьного лагеря. До вечера!»

Иван понимал двойственность сообщения, хотя там не было никакого потайного послания. Оно и не нужно. Тайные шифры, язык символов и азбука Морзе – это всё для обычных людей, пусть и с особыми задачами. Между Давидом и Иваном были только простые, самые житейские сообщения, однако настолько энергетически заряженные, что у любого другого от простого «Привет!» загудела бы голова.

Истинное значение их общения никому не понять, и оно не может быть изучено человеком с плохими намерениями. Ведь слова были не так важны, как энергия и вибрации, которые они несли. В этом и был ключ. Кстати, именно через энергию можно было донести необходимые смыслы, на которые не способен ни один современный язык Земли.

Поэтому Давид всегда был точен в получателе своих посланий – как в мессенджерах, так и в реальной жизни.

АНЖЕЛА

Глава 11

В кофейне к шести утра – в завершающую половину активного дня для ялмезцев – начиналась акция «Вся выпечка за полцены». Перед сотрудниками стояла задача скорейших продаж. Ведь через пару часов почти никого из городских жителей не сыщешь на улице: солнечные лучи поражали их, словно вампиров.

Конечно, солнце не вредило напрямую. Можно вполне спокойно существовать даже в яркий полдень, однако никто искренне не желал такого образа жизни. Обычно по утрам всех жителей Ялмеза естественным образом склоняло ко сну. Биоритмы, всё такое. Только безбашенных философов-полудневников вдохновляли прямые лучи на странные мысли и озарения.

Луна – вот настоящий источник жизни и активности для Ялмеза. Она баюкала совесть и наставляла на эгоистичные подвиги. Солнце же олицетворяло ясность и жизненность вопреки всему хаосу, что творился в головах ялмезцев. Оно могло осветить «не на тот путь». А жителям Ялмеза такой расклад не интересен. По крайней мере, большинству.

Анжела завершила непривычно длинный рабочий день и, как обещала, всю выручку перевела на счёт Яне. Сегодня девушка не хотела возвращаться домой. Ей было страшно снова пережить паническую атаку, оказавшись в одиночестве. Впервые в жизни она не спешила в свои родные стены и к любимым книгам.

В книжных Ялмеза продавались в основном комиксы и учебники на строго определённые темы: психология успеха, финансовое развитие и фэнтези, где человечество греховной планеты правит космосом, а всё живое находится у него в рабстве.

Анжела же находила редкие книги, которые тщательно прятала и никому не показывала. Такие книги она приобретала методом «из рук в руки», по объявлениям, которые обычно публиковались и держались в сети максимум один-два часа. Девушка часто встречалась с продавцом где-нибудь на краю города, рядом с заброшками, или днём в пустынном парке. Иногда наоборот, встречи устраивали в людных местах, когда легче затеряться в толпе. По меркам этой планеты Анжела считалась информационной наркоманкой-извращенкой, ищущей запретную дозу в подполье.