Цитаты из книг автора «Алина Аркади»

Голова болит? – молча кивнул. – Это совесть в твою черепную коробочку пробивается.

Все поверили, но не по причине нашей умелой игры и продуманного плана, а потому, что симпатия между нами реальная и искренняя, и только слепой не заметит, с какой жадностью я ловлю каждую улыбку Аси. Сегодня случилось нечто большее, чем фиктивное знакомство с родственниками. Сегодня я осознал: хочу, чтобы Ася стала частью большой семьи навсегда.

Странное ощущение внутри не покидает… Ещё вчера, ворвавшись случайно в кабинет, жутко испугалась требования быть его женщиной перед семьёй, но сегодня страх значительно отступает, и между нами зарождается едва заметное притяжение. Или я всё себе придумала? Кайсаров опытный и взрослый мужчина, прекрасно знает, как сблизиться с женщиной, понравиться, очаровать, а я лишь неопытная дурочка, на которой он профессионально испытывает отработанные приёмы. Возможно, его показательная забота и проявление нежности всего лишь целенаправленные действия для достижения цели – выглядеть настоящей парой. Именно поэтому не стоит забывать, кто такой Кайсаров и почему мы вынужденно вместе. В нашей непростой ситуации искренность и проявление каких-либо чувств исключительно для того, чтобы пустить пыль в глаза, не более. Всё неправда. Не так, как кажется. Разные и чужие. Такими и останемся, потому что слишком существенна разница между нами. Кайсарову нужна уверенная и знающая себе цену женщина, а не я, которая зажимается от каждого его прикосновения и даже звука голоса. Наивность не для него. Слишком хорошо знает, чего хочет. Если бы не сложившаяся ситуация, я бы по-прежнему его до чёртиков боялась, а он даже не знал бы о моём существовании.

Сколько времени потребуется, чтобы встретить нужную женщину, подходящую лишь мне? Сколько потребуется, чтобы её узнать, понять, что мы смотрим в одну сторону и туда же готовы идти? Много. Сейчас понимаю, что много. Я не готов открыться каждой, что встречается на моём пути. Даже Настя за год не смогла приблизиться настолько, чтобы понимать, что пора заткнуться и покинуть мой кабинет.

Вот так один ребёнок может решить несколько задач у разных людей. Может, и соглашусь. Нужно как-то продержаться до вечера, чтобы снова увидеть Павла и, возможно, попытаться поговорить.

Это не тот человек, которого так просто переиграть. Предъявит тысячу и один аргумент в пользу приезда Славки, лишь бы заполучить ребёнка в свои заботливые руки. – Правильно, подумай. Вечером за Славкой приедете и поговорим, – что означает «вечером вы приедете, и я вам скажу, во сколько привезти ребёнка». Но Виктория пока плохо знает маму, поэтому считает, что её можно переубедить. Можно, но это что-то из разряда фантастики, даже Алиса пока ни разу не решилась.

Не нахожу ничего лучше, как приблизившись к Павлу, поцеловать в щёку, тихо прошептав: – Спасибо. Его дыхание сбивается, лишь на секунду, но я замечаю, почувствовав напряжение мужского тела. Слегка подаётся вперёд, но, словно сам себя останавливая, отстраняется, увеличивая дистанцию между нами. Слишком остро реагирую на него. Даже такой невинный жест вмиг обдаёт жаром, требуя большего – всего Артова. Но теперь это несбыточная мечта. Он спрашивал, о чём я мечтаю? Теперь я мечтаю о нём.

Я столько раз упрекала его в легкомыслии, несостоятельности и желании женского разнообразия, что не увидела – он настоящий мужчина, стойко переносивший каждый мой выпад. Всё, что я говорила, он воспринимал спокойно, как оказалось, действительно обдумывая и анализируя. Это не слова, пропавшие в неизвестности – он меня на самом деле слушал, потому что хотел слушать, знать, о чём я думаю и чего хочу. А я не спросила ни разу, чего хочет он. Всё закончилось, потому что я слышала только себя. Теперь не знаю, что и как говорить и вообще пожелает ли он когда-нибудь обратиться ко мне. Предполагала, что уволит, чтобы убрать подальше от себя, но в этом случае возникли бы вопросы со стороны Марка и Алисы, и Павлу пришлось бы объяснять, а мы оба желали скрыть эту страницу в нашей жизни.

Сегодня уже среда, а я всего два раза видела Павла. В кабинете старшего босса и планёрке в понедельник, но он на меня даже не взглянул. Настойчиво отводил глаза, чтобы ненароком не встретиться взглядами. Мы работали у Марка в кабинете, разбирая документы после поездки Павла, иногда он заходил, но всегда обращался сразу к брату, всем своим видом показывая, что я для него теперь пустое место. Есть за что. За всё сказанное мною в четверг, выплюнутое ему в лицо. После моих слов его взгляд потух в ту же секунду, разочарованно блуждая по моему лицу, а в глазах немой вопрос «почему?». Неправда. Я чувствую. Испугалась. Его напора, откровенности, чувств, в конце концов, о которых он говорил открыто, прямо, искренне. Сжалась в комок, вмиг выстроив стену между нами, сказала то, что, как мне казалось, охладит его. А на самом деле просто уничтожила всё живое в его душе. Рыдала полночи, проклиная себя за каждое слово. Но сказанного не вернуть, не вычеркнуть из его памяти. Простое «прости» не поможет.

Артов: Я каждую грёбаную ночь думаю о тебе, ведьма. Идиотская улыбка озаряет лицо, лишая остатков сна. Несколько слов, написанных Павлом заставляют сердце колотиться, будто ненормальное. Закрываю глаза, сжимая в руке телефон и снова вспоминаю его лицо, черты которого спустя месяц стали замутнёнными и почти неродными. Решаю не отвечать, кладу телефон на тумбочку. Но в последнюю секунду меняю решение и быстро набираю текст. Я: Ведьма тоже скучает.