Цитаты из книг автора «Альфрид Антон Лэнгле»

Так как они проявляют себя в любых решениях и действиях, мы называем их фундаментальными экзистенциальными мотивациями (Längle, 1999). Коротко говоря, они состоят в стремлении человека к тому, чтобы: – справиться с миром, условиями, в которые он нас ставит, и возможностями, им предоставляемыми; – справиться с жизнью – ростом, созреванием, бренностью существования и связанными с этим желаниями и страданиями; – открыться своему будущему, всему, что предстоит, и тому большему целому, во взаимосвязи с которым человек ощущает себя, – то есть, действуя, посвятить себя смыслу.

Однако если естественная открытость Person отвергается другими людьми, если ею злоупотребляют, скрыто используют в своих целях, то человек утрачивает возможность проживать себя как Person. Это проявляется в чувстве потери Я.

Person в этой двойной функции служит мостиком между Я и обществом.

Становление Я может произойти только в интерперсональной среде. Я не может развиваться иначе как через то, чтобы дать Другому себя затронуть

Состоявшееся самостановление, таким образом, означает бытие собой с чувством внутреннего согласия и с данным себе разрешением быть таким, какой я есть, несмотря на все отличия от других. Не нужно прятать, скрывать свое, можно предстать перед другими, не стыдясь за свои мысли, чувства, за свою биографию, идеалы, цели. Человек способен стоять за себя, смотреть самому себе в глаза и не бояться быть самим собой перед другими. А это возможно только тогда, когда при всей верности себе (внутренний полюс) адекватно относишься также и к другим, предоставляя и им возможность быть самими собой (внешний полюс).

Бытие самим собой требует: 1) умения отграничивать себя в отношениях с миром и с другими людьми и 2) ясности в обхождении с самим собой (что также можно назвать «отношением к самому себе»). Для того и другого необходимы следующие предпосылки[36]: – восприятие самого себя и своего Собственного в его отграничении от Собственного других; – соотнесение с Собственным; – суждение о самом себе; – готовность вписаться в общественный контекст (готовность к Встрече). Конкретно это означает: чтобы стать самим собой, нужно сначала увидеть самого себя и составить картину себя, что становится возможным благодаря определенной внутренней и внешней дистанции по отношению к собственным чувствам, решениям, действиям. А для того чтобы установить эту дистанцию по отношению к себе самому, требуется встреча с другим

По контрасту с другим становится отчетливее своеобразие Собственного. И если теперь человек соотнесется с этим Собственным и начнет также уважать Собственное другого человека, то станет возможной истинная Встреча. Достигнув такого зрелого уровня бытия собой, человек сможет хорошо вписаться в социальный контекст, а именно – свободно оставаться собой в поле отличающегося от него другого.

Умение различать возможности и принимать решение. – Смысл зависит от ситуации и от человека. – Значение смысла. – Три основные дороги к смыслу: ценности переживания, ценности созидания, ценности отношения. – Обхождение со страданием, которого не избежать («неотвратимым страданием»).

Жизнь этого человека представляла собой одну сплошную попытку избавиться от несвободы, но чем быстрее он бежал, тем больше увязал в ней. В результате он понял только, что бежать было «нехорошо», но не представлял себе, как мог бы достичь своей цели.

Он никогда не мог ни на что решиться и всегда против чего-то протестовал. Например, получив наследство, он купил дом – но не потому, что хотел его иметь, а для того, чтобы не потерять на инфляции деньги. Дом он вскоре продал и приобрел трейлер, ибо не желал жить на одном месте. Это жилище на колесах было символом его образа жизни: «Я хочу постоянно находиться в пути!» Впрочем, трейлер он тоже вскоре продал и купил яхту, чтобы совершить кругосветное плавание; в первый же день своего путешествия вернулся в порт и продал яхту, обнаружив, что боится открытых пространств. Он поступал и хотел поступать вразрез с общепринятым. Он не хотел конформизма. Он делал то, чего не делал никто, он хотел непричастности. Юношей он вступил в молодежную группу с примечательным названием «Перелетные птицы»[8], где впервые в жизни нашел пристанище. Позже он нашел опору в лице одного биржевого маклера, который время от времени зарабатывал спекуляциями на фондовой бирже, чтобы затем длительное время бродяжничать: «Я выбрал его своим гуру». Его жизнь определяли другие: за одними он следовал, как в случае с гуру или с «Перелетными птицами», от других хотел отмежеваться. Он не желал жить «как все», не хотел быть связанным с чем-либо, ему хотелось полной свободы. Решиться на что-то значило для него связать себя. Ему было ясно, что с решением связана ответственность, которой он боялся. Его пугало, что, взявшись за какое-либо дело, он не справится или, принимая решение, совершит ошибку и упадет в глазах других. Этот человек испытывал почти болезненный страх перед всем неприятным, и ничто для него не могло быть неприятнее действительности. Он бежал от «грубой реальности» в мечты о жизни в Австралии, воображал, какое грандиозное впечатление произведет на друзей его длительная экспедиция в Индию, он грезил о кругосветном плавании, заслоняясь от жизни иллюзией прекрасных переживаний.