– Слушай, прекрати наконец «кактотакать»! Я тебя буду звать не Денисом, а Кактотаком.

– Да? А ты перестань меня перевоспитывать и переделывать.

– Вот как? Мы уже ругаемся?

Денис остановился, помолчал и очень серьезно сказал:

– Алена, я понимаю, что двум людям, которые совсем недавно встретились, сразу сложно привыкнуть друг к другу. Но знай, я сделаю все, чтобы мы остались вместе.

– Хорошо, Денис, – так же серьезно ответила она. – Я… Я не против. Ты не обижайся.

– Да разве можно обижаться на такую красивую и умную девушку?

– Ты можешь тоже мне замечания делать. Говори, что тебе не нравится.

– Мне? Мне все нравится. Ты – идеал. У тебя нет недостатков.

– Все, прекрати.

– Нет-нет, это правда, – продолжал подзуживать ее Денис.

Ему нравилось, как она на полном серьезе воспринимала его полушутливые комплименты, начинала возмущаться и отнекиваться, но это у нее получалось скорее игриво и кокетливо, чем серьезно.

– Так что там про покер? Ты про живую игру рассказывал, – остановила его Алена.

– Да? Короче, в игре офф-лайн гораздо больше психологии, чем в он-лайне. Надо уметь «читать» соперника за столом – по жестам, мимике, поведению. И так далее. А у меня это пока не получается. Как-то так.

– Денис!

– Ой. Извини. – Денис взял из подставки на столе розовую салфетку и стал ее очень сосредоточенно крутить и складывать. – Ну, и оф-лайн… как сказать, скучнее, что ли. С одной стороны, интереснее. Да, реальный стол, живые люди, карты в руках, фишки… Но играешь редко, больше сидишь и ждешь.

– Чего ждешь?

– Новой раздачи. Пока кто-то другой играет, думает. Чаще-то приходится пасовать, карта ведь не всегда приходит…

– А в интернете?

– Там сразу несколько столов играешь.

– Как это?

– Ну как – открываешь четыре стола, например, или шесть. Где-нибудь да будет карта.

– И успеваешь?

– Мастера есть – и по двадцать четыре стола играют. Но это на нескольких мониторах…

Денис наконец докрутил салфетку, встал и очень торжественно вручил Алене… розочку. Маленькую, но очень элегантную и аккуратную – небольшой бутончик, один лепесток чуть отогнулся в сторону, даже листочек был на стебельке. Она опешила от такой неожиданности.

– Ты… Как это? Прелесть какая, – она с умилением разглядывала подарок. Потом чмокнула Дениса в щеку.

Он засмущался и плюхнулся обратно на свой стул. Но вовсе не от такой искренней благодарности. Ему стало очень неудобно перед самим собой. Этот прикол с розочкой был его обычным беспроигрышным козырем на первом свидании с девушками. Даже букет живых цветов не производил такого впечатления, как эта маленькая салфеточная розочка, неожиданно появляющаяся у него в руках. Но… Сейчас был другой случай. Не стоило выпендриваться перед Аленой этим своим избитым и многократно испробованным приемом.

– Спасибо, – Алена воткнула розочку за ухо, сразу став похожей на Кармен. Только рыжеволосую. Хоть сейчас на танец приглашай. Она-то подумала, что он так смутился именно от ее реакции, и попыталась быстренько вернуться к разговору. – Ладно, а Клозе тут при чем?

– Клозе? Он, оказывается, один из этих самых пяти профи.

– То есть ты будешь играть против него?

– Скорее он против меня. Как он тебе, кстати?

– Классный тип. Прикольный. Да, он же сказал, что ты расскажешь мне, почему его так зовут.

– Ну да! – Денис рассмеялся. – Знаешь Мирослава Клозе?

– Нет. А кто это?

– Что, футболом совсем не интересуешься? – Денис посмотрел на часы и спохватился. – Нам пора, Гарик уже дома должен быть. Пойдем, по дороге расскажу.

Они пошли к выходу. Черненькая барменша Жанна за стойкой помахала ему рукой, как старому знакомому, и, провожая взглядом Алену, показала большой палец – мол, клевая девчонка. И, шутливо надув губки, всем своим видом продемонстрировала – ясно теперь, из-за кого в прошлый раз меня с собой брать отказался. А сам чего-то оправдывался, отнекивался. Пока он снова, как и тогда, на всякий случай покупал у нее минералку, она заговорщицки прошептала ему:

– Классная девчонка. И вы классно подходите друг к другу. Как только зашли вместе, я с первого же взгляда поняла…

Понедельник, 10.00

При первом же взгляде на Соболевского Юрий невольно вспомнил слова из некогда популярной песни – «настоящий полковник». Хоть сейчас в строй, на парад. Сухощавый, подтянутый, аккуратно подстриженный. Седины почти нет. Он очень хорошо выглядел для своих семидесяти пяти. Или сколько ему? Если вышел на пенсию в сорок пять, а было это лет тридцать назад, как Димка рассказывал… Ну да, должно быть далеко за семьдесят. Но своей моложавостью и подтянутостью он дал бы фору и пятидесятилетним. Молодым девчонкам совсем не зазорно было общаться с таким «кавалером».

Модная яркая куртка, белая рубашка, галстук… Стильные очки в тонкой изящной оправе, слегка затемненные стекла… Импозантный полковник смотрелся совершенно инородным телом в этом месиве из полупьяных красных лиц, полувыпитых стаканов с пивом, полусъеденных кусков копченой рыбы. Но, тем не менее, сразу было видно, что здесь он «свой в доску».

Кафешка отделялась от рынка прозрачной стеклянной перегородкой. За столиками сидели усталые, измотанные дорогой приезжие из близлежащих деревень. Проглатывали второпях разогретые в микроволновке беляши и чебуреки, готовясь заняться бессмысленной беготней по магазинам. «Как в аквариуме», – подумал Юра, разглядывая бывших земляков. Кажется, они совсем не изменились. Такая же унылая серая однообразная масса – одежда блеклых цветов, недовольные физиономии, раздраженные жесты. Нет ни улыбок, ни смеха… И лица у всех были какие-то серые и землистые. Даже у красномордых пьянчуг они казались бесцветными.

В свое время Юрий именно из-за этой тусклой беспросветности и уехал. Хотя, если разобраться, в такую же серую обыденность и попал, только немного приукрашенную и замаскированную разноцветными фантиками и мишурой столичного города.

Ярких цветных пятен почти не было. Даже подростки, которым, казалось бы, по возрасту положено стремление к индивидуальности и самовыражению, как под копирку, носили типовые серо-синие балахоны с накинутыми капюшонами. Так, что даже лиц не видно. Прячутся, что ли? От чего? Или кого? От видеокамер? Привычка уже такая?

Компания Полковника сидела в дальнем углу, тесно сдвинув стулья. Здесь никто никуда не торопился – опохмелиться уже опохмелились, до вечера был целый день. Сиди себе да сиди…

– Аптека работает, – усмехнулся Димка.

– Аптека? – не понял Юрий.

– Ну да. Мужики эту кафешку «аптекой» называют. С утра встречаются: «Пойдем в аптеку за лекарством». У них и в телефонах номер Катерины записан как «Катя-аптека».

Соболевский узнал Диму, кивнул ему и собрался уже было вернуться к какой-то застольной беседе, но Дима помаячил ему рукой, показывая – мол, подойди, разговор есть.

– Ты ко мне? – вышел из «аквариума» Полковник. – Тебя же, кажется, Дмитрием зовут? В отделе у Осипова служишь?

И, не обращая внимания на Димкины согласные кивки, удовлетворенно хмыкнул сам себе что-то одобрительное, словно радуясь, что память еще работает.

– Да-да, все правильно, Геннадий Григорьевич. Тут вот какое дело. Друг дочку ищет.

Полковник повернулся к Юрию, протянул ему руку. Крепкое рукопожатие, свежая рубашка, чисто выбрит… Только по красным глазам, вблизи хорошо видным сквозь затемненные очки, да по устойчивому многодневному перегару можно было понять, что Полковник находится в состоянии глубокого «перманентного» похмелья.

– Из дома ушла? – сразу вник в суть дела Соболевский.

– Да.

– Давно?

– Четвертый день.

– Ты фотографию покажи, – подсказал Юрию Димка. – Геннадий Григорьевич, посмотри. Нигде не появлялась? Ты же всех девчонок знаешь.

– Всех знаю, – усмехнулся Полковник, внимательно посмотрев в глаза Дмитрию, словно проверяя, серьезно тот говорит или с какой-то подоплекой.

Юра нашел в смартфоне фотографию Алены. Хорошо, что Димка подсказал с ноутбука сбросить…

– Ух ты, какая рыжая! – не удержался Полковник. – И симпатичная. Нет, не видел. Точно. Такую я бы запомнил. Так что извините, ребята. Ждут меня.

Он кивнул в сторону собутыльников.

– Привет передавай Осипову.

– Хорошо, – растерянно и разочарованно протянул Дима.

Но тут Полковник остановился:

– Погоди… Рыжая, говоришь? Была рыжая. Сегодня утром Прокоп что-то рассказывал, чертяка… Ждите здесь, сейчас выясню…

Они примостились за ближайшим столиком, взяли по стаканчику кофе.

Мужики из-за дальнего стола недовольно поглядывали на них, всем своим видом показывая возмущение – явились тут какие-то, всю пьянку испортили. Один даже что-то жестами показал Димке. Тот в ответ только улыбнулся.

– Ты их тоже знаешь?

– Не всех. Вот этот, волосатый, что руками машет, кандидат наук. В институте преподавал, доцентом был, потом институт признали неэффективным, реорганиизовали. Вот он здесь и оказался. А тот, высокий, в углу, известный в городе телекомментатор. Был. Матчи хоккейные комментировал. Так что все они здесь в полной мере оправдывают гордое звание «бич», бывшие интеллигентные человеки, – резюмировал Дмитрий.

К ним подсели две девицы неопределенного возраста с остатками симпатичности.

– А что это вы, мальчики, с утра только кофе пьете?

Юрий посмотрел на часы: «Да-а, утро, десять часов. Что, понедельник день тяжелый? Или здесь всегда так?»

Девицы по-хозяйски уже начали располагаться за столиком, сложив на него свои сумочки и закинув ноги на ноги. Юрий вопросительно посмотрел на Диму: «И что с ними делать?»

Тот так же вопросительно пожал плечами.

Полковник вернулся, увидел девиц и молча показал им жестом: «Брысь!», девочки так же молча встали и исчезли. Соболевский, как будто извиняясь, развел руками: «Что вы хотите – это рынок».

Рядом с Полковником суетился какой-то небритый мужичок, он усадил его к ним за столик на освободившееся место:

– Это Прокоп. Ну, мужики, я пошел. Сделал, что мог. Расскажи им все, что знаешь, Прокоп. А меня вон, черти мои заждались уже.

Небритый молча смотрел то на Дмитрия, то на Юрия, переводя мутный взгляд с одного на другого.

– Ну? – поторопил его Димка.

Потом сообразил:

– Катя, налей-ка пива…

Глаза небритого посветлели, он оживился:

– Тебе про Бига рассказать?

– Про кого?

– Ну, Полковник сказал, расскажи им все, что случилось с Бигом.

– А что с ним случилось?

Катерина поставила на столик полулитровый пластиковый стакан с какой-то жидкостью, отдаленно напоминающей пиво. Пены не было совершенно, только поднимались редкие пузырьки. «Это они называют пивом? Как они его пьют?» – удивился Юрий. Да и запахом напиток никак не был похож на пиво. Но Прокоп, тем не менее, жадно набросился на «живительный» напиток, держа мягкий стакан двумя руками, видимо, чтобы не расплескать или не смять его. И, пока Дима расплачивался с Катериной, успел выглотать половину стакана.

– Так что случилось с этим твоим Бигом? И кто он вообще такой? – отобрал у него недопитый стакан Дмитрий и отодвинул в сторону. Тот дернулся было за ним, но понял – «утром стулья, вечером деньги».

– Кто такой Биг? Ты что, Бига не знаешь? – небритый обращался исключительно к Димке, полностью игнорируя Юрия. Так прирученный зверек беспрекословно подчиняется тому, кто наливает ему молочко. А этот – тому, кто заказал пиво…

– Не знаем, представь себе.

– Ну ты даешь. Его же все знают! – искренне удивился Прокоп. – Здоровый, как…

Он замялся, видимо, пытаясь откопать в извилинах хоть какое-то сравнение, насколько же тот здоровый. Но, поняв безуспешность попыток, неожиданно спросил:

– Ты английский знаешь?

– Ну… Немного.

– Так вот. «Биг» по-английски значит «большой», – гордо заявил Прокоп.

– Да ты что? Правда, что ли?

– Да-да! – осмелевший мужик, удивляясь тупости собеседников, пододвинул стакан с пивом поближе к себе. – Так вот, его недаром Бигом зовут. Такой он большой. Ну, и здоровый, само собой.

– И что? – поторопил его Дима, увидев, что Прокоп уже приподнял стакан.

– А то, что ночью сегодня его девка вырубила. Одним ударом.

– Какая… девка? – спросил Юрий, с трудом произнеся слово «девка».

– Рыжая, – мужик по-прежнему отвечал не Юрию, а Диме.

– Где? – тут же напряглись оба.

– У Алдана дома, – и Прокоп торжественно допил остатки пива.

– Алдан, это кто? – снова спросил Юрий.

– Я знаю, – остановил его Дима. – Что она там делала?

Прокоп, допив пиво и отдышавшись, стал говорить уже спокойно:

– А я знаю? Меня там не было. Утром Ваньша рассказывал в «Привокзальном». Он там был. У Чубатого днюха была, вот он поляну и накрыл. Он же накануне с Марго поругался, ну, с бабой своей, и вроде как замириться хотел. А она не одна пришла…

– Ты к делу ближе давай, – жестко, как на допросе, прервал его Дмитрий.

Осоловевший Прокоп сразу по тону понял – и пива больше не нальют, и поболтать не получится.

– Слушай сюда. Они у Алдана продолжили. Там бухали. Рядом же. Биг тоже там был. И тут среди ночи заваливает эта девка с парнем…

– С парнем? – удивился Юрий.

– Ну да, двое их было.

– Странно. Люба говорила, не было у нее парня, – растерянно повернулся Юрий к Димке.

– Погоди, потом разберемся. Дальше что?

– Парню этому Алдан был нужен. То ли родня он его, то ли еще что. А тот уже в отключке был. Биг просто налить им хотел, угостить за знакомство. А парень ни в какую, не буду с вами пить. Не уважает, видите ли. Ну, Биг ему и врезал. А девка в ответку дала Бигу. В челюсть. Ногой! Нет, ты прикинь, а? Ногой. Биг и вырубился. С одного удара! От девки! Так что он не Биг теперь никакой. А… этот… как его…

– Литтл, – подсказал Дима.

– Вот-вот!

– Все, пойдем.

– Мужики, возьмите еще пивка, – взмолился Прокоп.

– Перебьешься, – сурово ответил Дима, но Юрий подошел к стойке, заказал еще стакан этой странной жидкости под местным названием «пиво».

– Зря, – коротко бросил Дима, издалека помаячил рукой Полковнику «спасибо» и потащил Юрия к машине. Он был похож на ищейку, взявшую след.

– Это точно она была! – возбужденно объяснял ему на бегу Юрий. – Люба говорила, она карате занималась много лет. Черный пояс у нее.

Дима даже остановился:

– Ого! Ну да? Ой, не повезло бедному Бигу!

– И что это был за парень с Аленкой? – спросил Юрий, понимая, что Дима точно так же не знает.

– Сейчас узнаем. Все выясним. Едем к Алдану. Если этот парень на самом деле его родственник, узнаем, кто он. Где живет и так далее. Дело техники. Найдем его, найдем и Алену. Главное, что она здесь, в городе. А тут уж…

Он сделал пару звонков, потом объявил:

– Нет, не так. Ты бери мою машину и дуй в сервис. А я к Алдану. Вот адрес сервиса, – он протянул Юре листочек.

– Где это? – тот прочитал название незнакомой улицы.

– Навигатором умеешь пользоваться? Пойдем, покажу, где…

– Может, вместе поедем к Алдану?

– Нет-нет. Это уже моя работа начинается. Сейчас подъедет пара моих ребят, тряханем мы этот притон как следует. А твоя задача Михаила не упустить. Алдан – мой, а Михаил – твой. Тем более, что вы уже встречались. У нас две ниточки. Одну я буду раскручивать, а другую – ты.