Отзывы на книги автора «Алексей Поляринов»

Я очень люблю читать книги, которые представляют собой сборники статьей о литературе. Конечно, при должном желании и упорстве, все эти статьи можно прочесть в интернете, что частично и вышло у меня с данным сборником, я слушала подкасты автора и, видимо, смотрела какие-то видео на ютуб и многое из этого сборника читала с осознанием, что я это уже слышала. Но наш мозг так устроен, что для хорошего запоминания важен объем и единство и то, что собрано кусками в разных местах укореняется в разы хуже того, что прочитано в одной книге.

Чужой взгляд на литературу это всегда источник для вдохновения. Чужой угол зрения открывает новые смыслы и контексты уже прочитанным тобой произведениям, открывает новые имена и темы. Алексей Поляринов не филолог, как например Андрей Аствацатуров, в отличие от второго Поляринов не цитирует куски из оригинального текста, не восхищается подбором глаголов, он говорит не сколько об языке, сколько о смыслах. О смыслах которые вложил автор, которые вложил читатель, которые вкладывает эпоха. О том, как все эти смыслы взаимодействуют друг с другом, и как важно видеть это взаимодействие, а не читать книгу одним подслеповатым взглядом.

Поляринов любит постмодернизм, эволюцию текста, эволюцию литературы, наш переменчивый мир. Эта книга играет с читателем, играет нечетными цифрами, одним и тем же словом на пол страницы, отсылками и ссылками. Мне нравится, что с этой книгой можно вступать в полемику, здесь все осознают всю субъективность в любом оценивании искусства.

Современную русскую прозу я читаю нечасто — просто не всегда нахожу в ней то, что мне близко. Поэтому «Почти два килограмма слов» Поляринова стали приятным исключением.

Я знал автора только как переводчика «Бесконечной шутки», книги, которая произвела сильное впечатление. И заслуга в этом, естественно, и перевода. А тут Поляринов выходит как бы на первый план. Говорит ясно, живо, без снобизма и лишней тяжести. Это не мемуары, не дневник и не модная колумнистика, а вдумчивые, цельные эссе. Эссе о литературе, постправде, читательском опыте, Уоллесе, Доне Делилло, Пинчоне, Гибсоне, Кинге, Исигуро и других. Читаются легко, хотя и не поверхностно. Поляринов не поучает, а делится. Не демонстрирует эрудицию, а приглашает к разговору. Это редкое сочетание: умно, но не надменно; лично, но не навязчиво.

И ещё — отличный аудиовариант в исполнении Татьяны Фельгенгауэр. Очень точная интонация, живой ритм — слушать одно удовольствие.

Даже если вы считаете, что слов в литературе стало слишком много (и все они — «сложные»), эти два килограмма — прямо по делу. Советую всем, кто любит книги и хочет снова почувствовать, зачем они вообще нужны.

Я ожидала мистику. Наши главные герои отправились в экспедицию, изучать кадавров, и как - то ночью на них напало совершено неизвестное существо (по моим предположениям). Может растерзало их на кусочки, может просто попугало до сердечного приступа и заикания, может быть даже мы этим проникнемся.

Но все пошло совершенно не по плану.

Начало истории полностью соответствует аннотации, докопаться сложно, но потом сюжет причудливо преобразовывается. И вот мы уже более глубоко и детально погружаемся в личную жизнь главных героев. Кажется, ничего особенного,обычные среднестатистические люди, чем они могут привлечь?

Оказывается, у каждого из них есть своя страшная тайна, а у кого-то она даже и не одна.

Герои прописаны очень ярко, автор сильно постарался, вырисовывая их образ и характер. Мне казалось, что вот сейчас я закрою книгу, отложу её в сторону и в мою дверь раздастся звонок - придёт Даша и будет расспрашивать о кадаврах.

А прямо под окном будет стоять машина Матвея "Ниндзя". И я пойму, что это все реально...

Но что интересно, в этой истории вообще нет героев, которые могли бы стать любимчиками, к которым ты привязываешься и не хочешь их отпускать. Даже несмотря на то, что проходишь вместе с ними бок о бок страшные события.

Сюжет представляет собой пирожок с сюрпризной начинкой, сначала он заявлен, как пирожок с капустой, но потом ты кусаешь и понимаешь,что там оказывается есть рыба, если ещё дальше продвинуться, то можно распробовать яйцо и лук. Но в итоге выяснится, что это был пирожок с вишней, просто ты не был готов это принять.

Главные герои едут исследовать таинственные статуи мёртвых детей, и кажется, что в какой-то момент включится фильм "Поворот не туда" и герои просто не вернутся домой, но внезапно автор нам вкидывает биографию сначала одного персонажа, потом другого, и ты сидишь и думаешь, а зачем мне это? Расскажи про статуи мёртвых детей, откуда они берутся и всё! Мне больше ничего не надо.

В книге как бы ненавязчиво, но очень толстой красной линией прослеживаются политические мотивы, и тема политзаключённых как бы побуждает к дальнейшим рассуждениям.

Думаю, ну ничего себе!

Потом мы снова возвращаемся к кадаврам, и книга превращается в целое досье, с газетными выдержками, с материалами из секретных архивов, и вот ты уже ощущаешь себя частью исследовательский группы.

А потом нас снова бросают в биографию главных героев, их темные делишки, добавляет шоковое событие, для того чтобы читатель окончательно растерялся и не смог понять, а зачем он, собственно, взял эту книгу?) И как он вообще пришёл к теме, связанной с психическими расстройствами людей и даже целыми сектами?)

Дочитав до конца, я была в растерянности, потому что вообще не понимала, как к этому относиться. Могу с уверенностью сказать, что это был действительно интересный литературный эксперимент, в котором за каждым новым слоем прячется что-то новое и интересное.

Невероятно понравился рецепт салата с солью дитяки. Понятное дело, что соль такую я не достану, но все остальные ингредиенты - просто кайф! Чем - то напоминает салат "Деревенский")

Способ приготовления:

1. Репчатый лук нарежьте полукольцами, залейте доведенной до кипения водой, оставьте на пару минут и слейте воду.

2. Квашеную капусту отожмите от лишнего сока и мелко порубите.

3. Отварной картофель нарежьте кружочками, а грибы (если выбрали шампиньоны) — пластинами.

4. Укроп, петрушку и лук мелко нарежьте ножом.

5. Для заправки перемешайте подсолнечное масло, сахар и черный перец.

6. Ссыпьте все содержимое в глубокую салатницу, перемешайте и полейте заправкой.

7. Добавьте соль дитятки.»

Надо будет попробовать на досуге)

В миру обитают «многочисленные читательские и критические мольбы о русском романе, который рассказывал бы, наконец, не о прошлом, но о живом и горячем «здесь и сейчас»». Алексей Поляринов берется за эту сложную, еще не обкатанную в отечественной прозе тему и, несмотря на то что он, на мой взгляд, сильно книгу перегрузил всем чем только было можно, все равно попал в нерв читательского ожидания и обрадовал огромное количество книголюбов. И, мне кажется, я поняла, почему ему это удалось.

Повествование начинается с рождения нашего главного героя Петро, неуверенного в себе робкого мальчика, старшего брата, верного друга, любящего сына. Треть романа мы наблюдаем его взросление, первую крепкую дружбу, загадочное детское приключение, первые прикосновения с жестоким миром. Потом в роман врывается внутренний мир его младшего брата Егора, а позже и сводной сестры Марины. Первая треть линейная, логичная, понятная и немного скучноватая, поэтому не удивительно, что история Егора перелицовывает книгу в шпионский роман, а история Марины – в остросоциальную драму. Но это понимаешь, только после прочтения книги, а в момент смены центра я немного терялась.

И вот тут у меня с собой начинаются сложности. С того момента, как мы начинаем прыгать от персонажа к персонажу, книга обретает динамику, становится захватывающей, начинает напоминать Дону Тартт и других зарубежных авторов. И, на мой взгляд, именно в этом и заключается успех книги, все те читатели и критики, что просили роман про русское «здесь и сейчас», многие годы удовлетворяли потребность при помощи зарубежного «здесь и сейчас», таким образом свои ожидания и свой внутренний книжный мир подстроив под зарубежную реальность. Поэтому и сердечко откликнулось под стилизованный роман, совсем не в духе общего течения современной русской прозы, которая продолжает массами брезгливо игнорироваться.

Не сказать, что я белая ворона, но русскую прозу читаю больше зарубежной и с большим удовольствием, поэтому почувствовала себя немного обманутой. Я не поняла зачем было вводить Боткина и так все переделывать? Вышло как-то беззубо (неужели все это только ради нескольких шуток?) С другой стороны, мне понравились сказки и интервью с четвертыми лицами. Вообще, на протяжении всей книги меня не покидало ощущение, что у автора огромный чемодан инструментов и он умеет ими пользоваться. Поляринов умеет создавать живых, настоящих, объемных, интересных персонажей. Он умеет создавать сложные, разветвлённые, динамичные и логично закрытые сюжеты. Он умеет вызвать смех, испуг, слезу, сожаление, сочувствие, нервозность. Этот роман – это настоящий парк развлечений, где:
- много всего;
- все яркое и притягательное;
- много острых впечатлений.

Но я жду от «интеллектуальной прозы» не этого. «Этого» я жду от прозы жанровой. В романе «Центр тяжести» мне не хватило этой самой тяжести, какой-то мысли или общей идеи. Возможно, она и была, но я ее не увидела. Думаю, есть тема любви, которая важнее денег, успеха и прочего. Или тема семьи, ведь именно Петро с его традиционной женой и ребёнком в итоге получили все благополучие, в то время как остальные члены семьи - одиночки, каждый сам с собой сходил с ума в своей ракушке-психушке. Важно не быть одиночкой, важно чтобы вокруг были понимающие любящие люди… Или я просто приделываю то, что хочется?

В любом случае, инструменты автора меня впечатлили, я ощущаю большой кредит доверия и с огромным нетерпением прочту другие книги автора.

И тут вы можете спросить: но, Алексей, как ты собираешься закончить этот странный рассказ? А я отвечу: друзья, вы плохо знаете матчасть. Это ведь сиквел Кафки, я все продумал: я планирую умереть прежде, чем закончу.

Питер Брейгель Старший, "Падение Икара". ок. 1558
Смысл, который Брейгель вкладывал в своё произведение, оставляет широкое пространство для интерпретаций. Чаще всего картину считают воплощением нидерландской пословицы «Geen ploeg staat stil om een stervend mens» («Ни один плуг не остановится, когда кто-то умирает»). Жизнь сурова, и гибель одного человека не может даже на миг прервать её течения.

Думаю, было бы классно, если б сейчас я сказала, что захотела прочитать эту книгу из-за того, что большая фанатка этого автора (или считаю себя таковой, хотя прочитала полторы книги), поэтому не могла пройти мимо. Ну да звучит классно, примерно как в моем случае с Нил Гейман - Вид с дешевых мест
(по тому, что я наметила для этой рецензии, здесь будет еще много ссылок на другие книги, но их все равно будет не так много, как в самой книге, так что готовьтесь и сразу ищите места для записей)
Вот только я просто купилась на обложку. И не знала ни одного произведения этого автора. А еще первый раз аннотацию я прочитала уже тогда, когда мне попалась эта книга в KillWish. Тогда же я поняла, что попала в западню, потому что плохо представляла, как буду понимать происходящее.

В чем проблема с пониманием? Без долгих размышлений и поисков
(с ними вспомню побольше точно, но тогда пропадёт эффект ○^○)
я могу привести только три книги, которые упомянуты в этой книге и которые я точно читала и точно помню процесс чтения (уточнение из-за книги Кафки), а не слышала о них и т.п, — Мариша Пессл - Ночное кино , Нил Гейман - Американские боги и Стивен Кинг - Сияние
(забавно, что о Геймане я вспомнила во второй-первый раз случайно — о "Виде с дешевых мест" я вспомнила позже, чем о "Богах", да и вообще по тому самому плану "Вида" вообще не должно было быть, он пришел мне в голову только из-за "Богов" и удобства примера)
(да, я знаю, что временами подражаю манере автора, о котором пишу, так что это Поляринов "виноват" в этих скобках, он первый создал такие классные отступления и примечания, подобное было еще у Джея Кристоффа в его "Хрониках Неночи", так что сразу снимаю "вину" с себя, хех)
(а еще по факту здесь упоминается именно фильм "Сияние", снятый по книге, а не книга, так что выходит не три книги, а две с небольшим)
Помешало ли это воспринимать эту книгу? Нет, вообще нет. Это все воспринимается как разговор с человеком, который знает больше тебя, но не ставит это тебе в минусы, не создает неприятные ситуации, где ты чувствуешь себя недоразвитым из-за того, что не различаешь сто оттенков розового. Это будто бы разговор с тем, кому нравится делиться историями, идеями и своими мыслями, кто готов это делать не требуя чего-то больше, чем твое желание и твой интерес.

Этому еще способствует то, что аудиоверсию этой книги начитывает сам автор. И как оказалось Алексей Поляринов не только красиво пишет, но и очень красиво читает. Так еще и сама аудиокнига оформлена удобно, понятно и профессионально, например, музыкальное сопровождение есть, но оно не мешает, не напрягает, оно выполняет свою функцию разделителя и всё.
(Когда я набрасываю план рецензии, особенно если это рецензия для книги, которая мне понравилась, я часто начинаю просто ходить и просто наговаривать рецензию очень тихо, во многом даже про себя, но с шевелением губ, но с эмоциями, иногда даже задаю себе вопросы, например, хороший вопрос "и что?" или еще "и зачем кому-то это нужно знать?", а потом уже записывать рецензию, что выходит дольше, но эффективнее. Так вот на этом моменте рецензии мой голос всегда срывается в повизгивания и скрипы в стиле "я начала фанатеть по этому, отстаньте и смиритесь", потому что у него реально очень классный голос, а аудиокнига вышла просто потрясающей. Если вы сознательно избегаете аудиверсию, хотя никаких весомых причин нет, то, знайте, вы совершаете ужасную ошибку, на-на-на.)
Подобное я встречала, по-моему, только в Борис Акунин - Кладбищенские истории , которые тоже были начитаны автором (тоже отлично) и тоже были наполовину вымыслом, наполовину правдой. На этом остановлюсь немного подробнее.

Итак, все эссе состоят из двух "ингредиентов": реальная история и мысли автора. Реальные истории были разными, например, была биография Баума, автора Волшебник страны Оз , и биография Волкова, автора Волшебник Изумрудного города , была и история о том, как Поляринов сходила на экскурсию в морг. Читать эти истории было интересно и познавательно, хотя какие-то моменты были довольно-таки широкоизвестны, что все равно не делало их хуже.
(А еще вполне возможно, что то, что для меня было давноизвестным и не вызывало удивления, для кого-то или даже для многих станет необычной и новой информацией и наоброт, тут все же довольно-таки сложно судить так однозначно. В любом случае информация подается интересно и понятно, это главное.)
Мысли же автора были еще разнообразнее. Тут были и его идеи о книгах, которые он так и не написал, и анализ книг, фильмов и некоторых фактов, и философские моменты. Всё это не сбивает с толку, оно помогает понять позицию автора и то, что он описывает. То есть обе составляющие этой книги остаются понятными при любом раскладе. Грубо говоря, если вы, как и я когда-то, будете опасаться этой книги из-за того, что не читали того же Дон Кихота, то вообще не беспокойтесь. Вы можете захотеть прочитать что-то, о чем рассказывает автор (например, книги Митчелла, например, его Голодный дом , потому что эссе об этом авторе настолько подробное и интересное, что сильное желание появляется без любых разрешений), но вы всегда поймете, что о чем рассказывает Поляринов, как это связано с темой и почему это было добавлено в то или иное эссе и в книгу в общем.

Так что определенно советую этот сборник всем любителям книг и искусства

Поляринов стреляет по литературе пулями со смещённым центром тяжести. Фух, придумывал каламбур целых тридцать секунд, устал. Сейчас бы написать, что автор вырос из своего романа, как все мы из Гоголевской шинели, но не дождётесь. В действительности мне показалось, что "Центр тяжести" состоит из множества кусков-лоскутков, написанных разными людьми. Или одним, но за продолжительный период взросления из-за чего видна мешанина и наслоение мыслей-настроений-мироощущения. Зато итого получилась смешная отсылка к нашей собственной жизни. В детстве у каждого сплошной янг-эдалт, переходящий в роман взросления, затем контркультура и любовный роман(или ромфант, кому как повезёт) и, наконец, спектр от семейной саги до триллера и антиутопии, не приведи Поляринов! Верю, что каждый сейчас пробежался по своему внутреннему списку жанров и поискал свой собственный центр тяжести.

Начиная с аннотации всё необычно - вместо любимых спойлерных пересказов сюжета читатель получит какую-то хтонь про потерянные озёра и киберпанк в столице нашей Родины. Сначала я ничего не понял, потом прочитал роман и каааак понял. Или не совсем? Текст плотный как батин суп, при этом раздроблен - сначала радуешься отличному роману взросления от лица одного персонажа, а спустя страниц 180-200 слушаешь ещё двух-трёх рассказчиков. Вставные новеллы-сказки матери главного героя Петра - это основная причина, по которой я не смог считать этот роман идеальным. Они не то, чтобы не нужны нахрен, а нахрен не нужны слишком перетягивают на себя одеяло повествования. Да и не люблю философские сказки-притчи от слова совсем. Хотя не могу не признать мастерства - сказки неочевидные, без хеппи-эндов. Мне показалось, что замысел автора я понимаю - мама рассказывает старшему сыну, что у неё не выходит заканчивать свои рассказы-сказки. И он это делает за неё, подбрасывает идеи. А потом находит записи-дневники и тоже их дописывает, будучи уже взрослым. Как раз такая вот аллюзия на то, что спустя время любую работу заканчиваем не мы, а кто-то другой, в кого эти "мы" превратились.

Ещё одним любопытным моментом назову подозрительное узнавание, чувство, преследовавшее меня на протяжении всего романа. Как будто вот читал что-то подобное, но вспомнить не получается. Больше всего это относится к героям. Например, Марина - это Джуд Янагихары, только в юбке. А Грек - классический человек-спутник Мураками, вокруг которого вращаются притянутые люди. Про прямые упоминания я вообще молчу. Обратил внимание на "небо Аустерлица", "щегла, привязанного за лапку", подозреваю, что таких отсылок вагон и маленькая тележка, можно поиграть и поискать побольше. Вот моя любимая:

Так началась моя студенческая жизнь. И да, я, честно говоря, ожидал, что это будет точь-в-точь как в “Тайной истории” Донны Тартт: я встречу группу таинственных и очень красивых молодых людей — специалистов по древним языкам, и покорю их своими “выдающимися лингвистическими способностями”, и быстро стану своим, а потом... ну, потом мы убьем Банни и всю оставшуюся жизнь будем скрывать следы преступления и страдать. Много и красиво страдать

Как у всех хороших рассказчиков, у Поляринова много внимания уделяется деталям и атмосфере. Кусочек Берлинской стены из детских воспоминаний трансформируется в кирпич Великой Русской стены ближе к концу романа. А при некоторых ощущениях Марины меня пробирал холодный пот, хотя по некоторым аспектам физиологического толка у меня не получится прочувствовать на себе их никогда в жизни (к счастью). Рассвет и Новочеркасск - почти моя малая Родина, т.к. бОльшую часть жизни я прожил в Ростове-на-Дону. Очень хорошо представляю о чем говорит автор, ведя речь о маленьких посёлках и нежелательной инаковости людей, живущих в них. Мне тяжело поверить, что был такой прекрасный и понимающий школьный психолог, особенно если вспомнить мою, хм. Но тут вопрос не то, чтобы веры, а допущения. Потому как первая треть истории - это отличный роман взросления без всяких вывертов и четвёртых стен, напомнивший мне Маккамоновскую "Жизнь мальчишки". Потом Поляринов проедет мимо нас на велосипеде, жонглируя камнями с граффити из стены Цоя, и прокричит, удаляясь: "Смотри, а я ещё вот так могуууууу!". Верю, умеет, может, практикует. С большим интересом пригляжусь к Рифу теперь.

Что хотите про меня думайте, но иногда я смотрю бейсбол. Да-да, тот самый недружественный бейсбол из недружественной Америки. На меня он производит какое-то особое, гипнотическое влияние. Многие считают, что бейсбол крайне скучен, что ж, это правда. Бейсбол – это абсолютно про другое, без культурной привязки воспринимать его просто как спортивное состязание достаточно сложно (у меня, впрочем, не сразу, но получилось). Тут очень важно, как говорится, поймать правильный, нужный вайб; понять, что происходит (не очень сложно) и зачем это происходит (гораздо более важный первый шаг к любви). Дальше все идет уже гораздо проще, все равно что решать квадратные уравнения, когда тебе известен дискриминант (извините меня за эту метафору, я перечитал Данилкина, он там сравнивает путешествия Ленина с игрой Ticket To Ride).

Что вообще такое бейсбол? Все достаточно просто. Очень богатые мужчины вальяжно передвигаются по полю, постоянно хохмят и расслабленно плюются жевательным табаком прямо себе под ноги. Изредка происходят вспышки эмоций – как правило, когда кто-то из богатых мужчин как следует влупит по мячу палкой, либо, вторая опция, когда питчер (человек который этот самый мяч бросает) тоже как следует влупит этим самым мячом в тело богатого мужчины с палкой. В остальном – это крайне неспешное действо; люди на трибунах, как правило, сидят и наслаждаются солнцем (в бейсбол обычно играют днем), пивом и хот-догами. Главное большевистское, извините опять «Ленин», болельщитское счастье – не когда его команда побеждает, а когда удается поймать улетевший с поля мяч. Такие мячи потом хранятся дома на особой полке, со специальным освещением. Я же говорю, это дело культуры, со спортивной точки зрения искать здесь смысл очень сложно. Да и не нужно.

Так вот, почему я вообще вспомнил про бейсбол и какое это вообще имеет отношение к литературе. Рассказываю. Смотрел я давеча игру, играли «Доджерс» и «Падрес», команды из Лос-Анджелеса и Сан-Диего, соответственно. Игра только начиналась, богатые мужчины традиционно неспешно и вальяжно распределялись по полю. Питчер (помните, да, это мужчина, который бросает мяч мужчине с палкой) также занял свое место в ожидании первого хиттера (да-да, мужчины с палкой, вы молодцы). И вот дальше случилось вот что. Американский недружественный канал решил дать короткую инфографику с советами питчеру – как бы ему избежать того, чтобы хиттеры попадали палками по мячу. Мне придется сделать последнюю коротенькую отсылочку, но она очень нужна для контекста. Многие считают, что питчер просто выходит и бросает мяч куда попало. Это не так. В арсенале современного питчера есть разные броски, которые отличаются друг от друга своим движением из точки А в точку Б, и, все помним физику, соответственно, скоростью. Не буду вас утомлять нюансами, давайте просто перечислю: это фастбол (прямая траектория), кёрвбол (движение по вертикали), слайдер (движение по горизонтали) и чейнджап (выглядит как фастбол, только летит не 160 км\ч, а 120 км\ч, из-за чего хиттер машет палкой раньше положенного и расстраивается). Еще есть совсем экзотические броски, такие как: иифус (eephus), когда питчер с невозмутимым лицом бросает слабо и криво, как ребенок, отчего хиттер потом может даже заплакать и наклбол, уникальный бросок, когда питчер держит мяч кончиками пальцами, от чего он (мяч) не имеет вращения и летит по воздуху как захочет (на слоу мо это выглядит так круто, что вы просто обязаны немедленно найти в недружественном ютубе видео best knuckleball pitches). Но сейчас нам нужен слайдер (запомнили – мяч двигается в горизонтали), давайте вернемся с ним на бейсбольное поле.

Когда появилась инфографика, я автоматически пробежался по ней глазами. Всего три строчки и одна из них меня мгновенно зацепила. Всего три слова, а я как тот самый Ди Каприо из мема начал тыкать в них пальцем. Там было написано «Slider House Rules» – что можно расшифровать, как совет питчеру как следует пользоваться этим броском из своего арсенала. Но потрясен я был конечно не этим, а тем что американские телевизионщики решили обыграть название легендарного романа Джона Ирвинга «Cider House Rules», который в наших краях почему-то известен как «Правила виноделов». Сам факт того, что вот так вот буднично и, согласитесь, остроумно были обыграны название броска из бейсбола и большого американского романа, привел меня в восторг. И знаете что, я знаю еще одного человека, который бы отреагировал бы точно так же. Вот прям уверен. Это Алексей Поляринов, которого я, надеюсь он не против, считаю своим литературным доппельгангером (из недружественной Википедии- нем. Doppelgänger «двойник»).

Главное качество, в котором я чувствую себя литературным братом Алексею, это умение встречать и потом рассказывать такие вот истории, связанные с литературой. У него, конечно же, получается в тысячу раз лучше, но я же без претензии чувствую эту связь, просто невозможно иногда не ухмыльнутся у себя в голове со словами «Черт возьми, Алексей, тебе бы это понравилось». Это чувство сопричастности, конечно же, возникло не после прочтения художественных произведений Поляринова (свое мнение я как-то высказал вот здесь и пока его не изменил), а именно его нон-фикшна, который, мне хочется верить, во всяком случае я опять же так чувствую, во многом состоит из историй по типу той, которую я вам только что рассказал. В этом смысле, его новый сборник эссе «Ночная смена» очень хорошо иллюстрирует мои слова. Да, в некоторых статьях он достаточно подробно окунается в сюжетные перипетии, но в основном, это очень эмпатический опыт от чтения этих книг. И, опять же, как я искренне верю, это самый лучший способ заставить незнакомого человека заинтересоваться книгой – рассказать о том, как тебе было хорошо, когда ты ее читал. Сделать это, кстати, не так уж сложно, во всяком случае проще, чем высокохудожественно пересказать аннотацию.

Еще один момент – вкусы и сопутствующий им культурный бэкграунд. Как-то я читал сборник эссе великого писателя Джозефа Максвелла Кутзее «Толстой, Беккет, Флобер и другие. 23 очерка о мировой литературе», так вот мне было тяжело следовать за этим всезнающим демиургом – уровень его интеллектуального восприятия литературы на световые годы обогнал мое, поэтому я себя чувствовал беспомощным и растерянным, вроде читали мы с Кутзее одно произведение, одну «Анну Каренину», а как будто бы и нет. С Поляриновым все ровным счетом наоборот – читать его эссе комфортно и уютно, как будто вы вместе этим занимались. Безусловно, Алексей, в силу своей начитанности и эрудированности часто находит в текстах больше драгоценностей, но это не обидно, наоборот, ты рад потом на них посмотреть в музее, куда он их бережно собирает. В этом смысле, что «Два с половиной килограмма слов», от которых я уже бился в восторге, что новый сборник «Ночная смена» - идеальные примеры того, как должна выглядеть правильная, доступная среднестатистическому читателю критика. В этом смысле Поляринов мне очень напоминает Льва Данилкина, чей «Ленин» стоит у меня в горле уже два месяца. В свою бытность критиком еще печатной «Афиши», Данилкин писал тексты, после которых все хотелось бросить и бежать читать эту книгу. «Террор» Дэна Симмонс, один из самых главных simple pleasure в моей литературной жизни – заслуга именно Данилкина, который в 5-6 абзацах разжег костер интереса, любопытства и желания читать, читать, читать.

«Ночная смена» в этом смысле просто кладезь всех самых значимых культурных событий последних (и не только) лет. Почему «культурных», а не «литературных» - да потому что в этой книге можно также найти эссе про великую игру «Last of us» (это моя любимая игра, к слову), про режиссера Мартину Макдона (который снял «Залечь на дно в Брюгге» и «Три билборда..») и даже про серийного убийцу Чарльза Мэнсона. И поверьте, вы ни за что не пожалуетесь, что в этом сборнике «про книжки» есть и такие эссе. Все очень просто – Поляринов будит такое любопытство к этим явлениям популярной культуры, что даже не замечаешь, что с литературой все это связано достаточно опосредованно. Но если вы пришли прочитать «про книжки» - для вас найдется почти все; тут есть все любимчики Поляринова: Франзен, Кауфман, Кормак Маккарти. Любимчики Поляринова – и мои. Совсем уж я не ожидал увидеть эссе про автора одной из моих любимых книг («Пляж») – Алекса Гарленда, и, хотя Алексей больше рассказывает про жизнь Гарленда после литературы, все равно приятно, все равно опять ощущается эта невидимая связь между двумя незнакомыми людьми. И это ощущение присутствует почти в каждом эссе, даже в достаточно неочевидных формах. Поляринов пишет про Сервантеса во вступительном эссе – я думаю о том, что Сервантес мне никак не давался в детстве; Алексей пишет (неожиданно) про «Хиросиму» Джона Херси – я вскакиваю и кричу, черт возьми, откуда это вообще здесь, я в свое время не мог найти эту книгу нигде. Это очень странный, но где-то, наверное, сакральный опыт «чтения» впечатлений человека, который «впечатляется» по сути теми же материями, что и ты. Странно, но здорово. Хотя, почему странно? Просто здорово.

И напоследок я хотел бы остановится на одном тексте из «Ночной смены». Это текст про моего любимого писателя Дэвида Митчелла, про которого Поляринов уже писал в предыдущем сборнике эссе. Боюсь ошибиться, но вроде бы это немного расширенный текст, который Поляринов писал для какого-то глянца к выходу последнего на сегодняшний день романа Митчелла «Утопия-Авеню» (я кстати тоже писал расширенный текст про эту книгу). Не знаю, сработает ли обратная связь, которую я себе придумал между нами, но все же. Дэвид Митчелл написал первые два романа в достаточно молодом возрасте, которые были замечены критиками, но не стали общепризнанными шедеврами. Но третий роман Дэвида Митчелла назывался «Облачный атлас». И все мы знаем, чем он стал. Алексей Поляринов (сейчас, секунду, я скопирую) написал первые два романа в достаточно молодом возрасте, которые были замечены критиками, но не стали общепризнанными шедеврами. Чувствуете, да? Хочу официально заявить, что следующее художественное произведение Поляринова станет его прорывом. Он мой доппельгангер, отстаньте, я чувствую. И я буду одним из первых, кто его прочитает. Новый роман моего литературного брата по оружию (задумался, теперь, а что если Мичтелл – доппельгангер Поляринова, кем он приходится мне? Двоюродным доппельгангером? Доппельдеверем? Ладно, потом об этом).

В общем, вы знаете, что делать. Читайте хорошие книги, берегите себя и всегда, при любых условиях, оставайтесь людьми.

Ваш CoffeeT

И снова мой список «хочу прочитать» расширяется до невообразимых размеров!

В новом сборнике Поляринов разбавляет эссе о литературе и видных мировых писателях статьями о мире кинематографа и даже компьютерных игр (настолько интересно, что мне, бесконечной далёкой от ходилок, бродилок и стрелялок, захотелось окунуться в мир «The Last of Us»!)

Все, что упоминается в сборнике, хочется немедленно прочесть и посмотреть.
Начиная с «Дон Кихота» знаменитого Мигеля де Сервантеса, как оказывается - одного из первых профессиональных писателей в истории мировой литературы, и заканчивая лауреатом премии «Оскар», фильмом «Три билборда на границе Эббинга, Миссури».

Вообще, история жизни и творческой судьбы Сервантеса - одно из самых захватывающих мест сборника. Подробный же анализ одного из важнейших произведений испанской литературы только подхлёстывает желание открыть для себя похождения Дон Кихота заново.

Очень понравился переход от краткой истории появления кинематографа к тому, как литература стала богаче на жанр - киноманский роман.
Постараюсь свести скорейшее знакомство с упомянутыми в жанре произведениями - «Муравечество» Чарли Кауфмана и «Ночное кино» Маришы Пессл.

И меня не смущает ремарка Поляринова, принявшего участие в русскоязычном переводе «Муравечества», о том, что в 720-страничном кирпиче «заточен классный роман страниц на 300».
В любом случае, написать постмодернистский эпос о том, как непросто быть причастным к киноиндустрии, лучше голливудского сценариста не сможет никто.

Так же вызвало восторг авторское эссе на тему так называемого «глобального романа».
Что понимать под этим термином и есть ли конкретные примеры романов подобного жанра?
В частности, в рамках этих рассуждений упоминается монументальный роман «2666» чилийского писателя Роберто Боланьо.
Книга готовится к выходу на русском языке (в той же редакции, что выпустила «Бесконечную шутку» Уоллеса и «Иерусалим» Мура, то есть титанические по объёму и смыслу произведения), и по сути, состоит из пяти разных частей о совершенно разном, но непременно пересекающемся в общем сюжете.
«2666» люди читают месяцами, а то и годами, и конечно, я так же должна сделать эту историю на довольно продолжительное время своей настольной книгой!

Перечислю произведения, с которыми обязательны к прочтению после талантливого и обстоятельного анализа Поляринова:

⁃ Чиманда Нгози Адичи «Американха»;
⁃ Вьет Тхань Нгуен «Сочувствующий»;
⁃ Дэвид Митчелл «Облачный атлас»;
⁃ Джонатан Франзен «Поправки».

Не обошлось без увлекательного экскурса в историю феномена одержимости американской публики 70-х годов прошлого века громким делом банды Чарльза Мэнсона. О том, как маньяк стал главной медийной персоной и даже после смерти образ, созданный СМИ, до сих пор будоражит и исследователей, и культуру во всех ее проявлениях.

Читая сборник, буквально чувствуешь азарт, с которым автор подходил к написанию статей.
С каждой перевёрнутой страницей заражаешься страстью писателя проникать в суть прочитанного или увиденного, искать отсылки и скрытые смыслы.
И, пожалуй, в этом главная ценность книги - стимулировать активнее изучать мир через призму хорошей художественной литературы.

Впервые читаю книгу на подобную тему, да и с автором до этого не был знаком, но это произведение часто встречалаось, поэтому я просто не мог пройти мимо.
Моё знакомство оказалось неудачным.
Если сравнить мои ощущения, то наверное хорошо подойдёт гроза в тёмную ночь. Светло и ясно становится только тогда, когда сверкает молния, а в основном темно и сыро.
Местами становилось интересно, но ненадолго.
Хотя автор пытался создать сложный и многослойный сюжет, многие линии казались натянутыми и несущественными. Вместо живой истории, которая затягивает в свою сеть, читатель получает набор шаблонных клише и невыразительных образов. Эта книга навела меня на размышления о том, как важна не только идея, но и мастерство ее воплощения. К сожалению, в данном случае оно, как мне кажется, отсутствует.
Чтение стало скорее обязанностью, чем наслаждением.
И еще. Ладно, когда это видишь у иностранных авторов, но когда наши так пишут меня это не может не задевать.
Когда событие в книге происходит России: преследование, убийства, безнадёга, секты, тюрьмы, серость, страх, безразличие, враждебность и так далее по списку в этом духе.
Когда события происходят с США: колледжи, образование, солнце, экспедиции, свобода, а из плохого только петиция, чтобы переименовать улицу и сумасшедший, который родом из России.
Тема действительно серьёзная. Секты, на мой взгляд, давно перестало быть что-то с особыми обрядами и жертвоприношениями. Сейчас это про психологическое воздействие на одиноких и несчастных людей, которые просто ищут поддержку и самого себя в этой жизни. Для меня например инфоцигане и бизнес-кучи тоже секта.
Это трудное произведение, которое не оставляет послевкусия, но зато еще раз напоминает о том, что каждому нужна поддержка, хотя бы эмоциональная.
И последнее, как же я не люблю, когда дети, становясь взрослыми, все свои неудачи и проблемы, оправдывают тем, что им чего-то недодали родители, а кому-то наоборот, было слишком много внимания, в общем повод для претензий у них всегда найдётся.
У меня всё. Простите за ошибки. Всем любви ♥ и хорошего настроения.

Эмоции и состояния, которые мы испытываем, роднят всех людей — и объединяют 12 авторов под этой обложкой.

Эмоции: положительные и отрицательные, явные и скрытые, контролируемые и те, которые не можем сдержать... В жизни каждый из нас испытывал гамму самых разных эмоций, а теперь появилась возможность услышать эмоциональные версии в рассказах от самых популярных российских писателей. Произведения написаны в разных жанрах, чаще сюжет реалистичный, кое-кто добавил для остроты немного мистики, встретится и совершенно фантастический рассказ. Выставляя средний общий балл, приношу извинение тем авторам, кого оценила выше.
Рассказы озвучены актёрами театра "Гоголь-центр", среди которых: Женя Афонская, Рита Крон, Саша Горчилин, Филипп Авдеев, Игорь Бычков и Яна Иртеньева.

Эби. Автор: Гузель Яхина.
В чудесном прочтении Яны Иртеньевой.
Эби в переводе на русский - бабушка. Она бродит с внуком Салаватом, помогая супругам зачать ребенка, а позже, когда придет время - счастливо разродиться.
В этом рассказе откликается боль каждой женщины, однажды ставшей матерью, в нем перемешан первобытный страх и вековые предрассудки. Удивительно, но многие суеверия живучи в наше время. Например, информация, что любой узелок или связка - роженице помеха, мне встречалась не раз.
Рассказ достаточно большой, в нем вместились общие сведения о героях и конкретный случай родов - затянувшихся, трудных, болезненных. Гузель Яхина описывает действия знахарки (повитухи, шаманки) со знанием дела. Удивлялась многочисленным подробностям, начиная с грехов, в которых каялась роженица, и заканчивая послеродовым ритуалом со сжиганием соломы, высушиванием пуповины и другими любопытными вещами. Впечатляющим моментом оказались действия Салавата - самого крайнего и сильного средства Эби. Это он в отчаянный час выкрикивает всю боль, чего не позволено рожающей.

Я, Иван Зорин. Автор: Яна Вагнер.
Исполнитель: Игорь Бычков.
Мистический рассказ, суть которого раскрывается не сразу, но уже на середине прослушивания начинаешь догадываться о произошедшем. Основная заявленная эмоция главного героя - отрицание. Не могу сказать, что это единственная его эмоция, у меня история вызвала чувство острой тоски, обиды, разочарования из-за несостоявшихся встреч, не случившихся свиданий...

Тоска Олега Гущина. Автор и чтец: Григорий Служитель.
А если с уточнением, то пьяная тоска Олега Гущина. Герой рассказа пьет много и часто, но при этом соблюдает рабочий режим: подъем в восемь, никакого спиртного, пока не напишет запланированный объем текста. Олег Гущин - писатель. Поэтому к тоске примешиваются и другие чувства, например, зависть к более плодовитым и признанным коллегам.
Это рассказ-рассуждение, в нем много интересных мыслей, некоторые при всей своей тоскливой атмосфере вызывают улыбку: "Ни о каком покое после смерти мечтать не стоит, если ты, конечно, верующий, там ещё много мероприятий запланировано", другие удивляют философской мудростью: "Старость - это когда ты беженец в собственном теле". Сюжет больше построен на воспоминаниях, подчеркивающих чувство одиночества.

Но пока... Автор: Алексей Сальников.
Исполнитель: Игорь Бычков
Алексей Сальников пытается проанализировать человеческие состояния, проводя сравнения чувств, эмоций пожилого героя и подростка. Герой один - Саша. В настоящий момент Александру - 50 и у него имеются претензии к собственному болеющему организму, но вспоминается молодость, когда этих претензий было в разы больше...
Лето, жара, день рождения отца, окучивание картошки, а впереди ожидается поступление или призыв в армию. Саша чувствовал тогда неуемную тоску, ненавидя собственное тело - сутулая нескладная фигура, прыщавое лицо с пробивающимся пушком. И постоянное вожделение, мутные от вечной похоти глаза, мерзкий запах подросткового тела. Неприятная картинка, да? Хотелось иметь мужественное небритое лицо, твердый и уверенный голос и... как-то внезапно все появилось: залысины, проседь, жесткая щетина, суровые морщины между бровями...

Зависть. Автор: Дмитрий Быков.
Исполнитель: Александр Горчилин (особая благодарность чтецу за стихотворение Анны Ахматовой).
Ключевая эмоция этого произведения вынесена в название, а еще она звучит в поэтических строчках.

Стихотворение посвящено Нине Антоновне Ольшевской. Героинь рассказа тоже зовут Анна и Нина.
Думаю, что автор не случайно дает эти имена двум пожилым женщинам, "эмигрантке и туристке", встретившимся в Париже в 1965 году. Основной сюжет вмещает в себя их эмоциональную беседу: кому и как жилось в мире поэзии?
Когда позже внучка спросит у Анны, с кем та провела вечер, то услышит в ответ: "Так, с одной эпигонкой, писавшей под меня талантливее других"...

Баран. Автор: Мариам Петросян.
Исполнитель: Филипп Авдеев.
Небольшой рассказ, но с таким знакомым настроением. Мне легко понять гнев и ярость главного героя, который не может уснуть из-за того, что за окнами блеет чей-то баран. Если ты уже обратил внимание на этот звук и он даже успел вызвать раздражение, то утихомиривать чувства чаем или пытаться заткнуть уши ватой - бесполезно! Каждое новое "бе-е-е-е" за окном будет накалять обстановку и повышать градус гнева. Финал может оказаться печальным или неожиданным, как в рассказе Мариам Петросян.

НАТЕ. Автор: Алексей Поляринов.
Исполнитель: Филипп Авдеев.
У героя этого рассказа злобы было так много, что он иногда орал просто на улице. Он совершенно не умел справляться с эмоциями, из-за чего постоянно не ладилось на работе, ушла жена, отвернулись многие друзья... И вдруг рекламная листовка: "Поможем справиться с гневом!".
Совершенно неожиданное развитие событий - фантастическое и с улыбой. А еще с поэзией. Если кто-то как и я задался вопросом о смысле названия рассказа, то подскажет Маяковский.

Море не плачет. Автор: Наринэ Абгарян.
Исполнители: Яна Иртеньева и Евгения Афонская. Одна из чтиц сильно переигрывала, мешая сосредоточиться на тексте.
Главной героине рассказа Мариэлле - 76 лет, все, что у нее осталось - утренний кофейный ритуал, помогающий жить, да воспоминания. Иногда вдруг пройдет мимо чья-то чужая судьба и заденет своим безумием и неистовыми чувствами.
Бонусом для некоторых читателей прозвучит в рассказе доброе слово Водолазкину.

Несмеяна. Автор: Евгения Некрасова.
Исполнитель: Евгения Афонская.
Очень странный рассказ. С ключевой эмоцией ошибиться нельзя, так как героиню постоянно достают тем, что она печальная: почему грустишь? почему не улыбаешься? что с тобой не так? Сама героиня называет свою печаль светлой, а от улыбок у нее сквозняк во рту. Когда-то она вышла замуж, уехала в северный приморский город, где устроилась "жрицей" в процедурном кабинете. Для нее физиопроцедуры как магия, она счастлива работой, дружбой с "хирургиней", случившимся разводом.
Удивил язык рассказа. Нецензурные/бранные/матерные (какой выбор!) слова героиня называла матными. Когда муж требовал участия, то в ее устах он требовал соучастия. Из-за этого недоумевала: что-то не так с автором или с ее героиней? Списала на героиню (а чтобы не отвечала "ок"!)

Ты забыл край милый свой. Автор: Михаил Елизаров.
Исполнитель: Александр Горчилин. Отличное исполнение, но город Ивано-Франковск сложно было опознать в том названии, которое произнес актер.
(Осторожно: ненормативная лексика!)
Уверена, что рассказ автобиографичный, так как прозвучал он удивительно лично с легким налетом ностальгии. Михаил Елизаров рассказывает о своей поездке в Германию в далеком декабре 2000 года. Казалось бы, прошло столько лет, но моя поездка в прошлом году перекликается по многим пунктам, начиная с автобусного туалета и заканчивая дополнительной платой, чтобы не стоять в очереди. Правда, наш автобус, невзирая на доплату, простоял на границе с Польшей 12 часов, а не четыре, из-за которых плакался Елизаров. Мои эмоции во многом совпали с авторскими.

Птички. Автор: Майя Кучерская.
Исполнитель: Игорь Бычков.
Майя Кучерская рассматривает в своем рассказе весь спектр эмоций человека, заболевшего ковидом. В 2022 году (время написания рассказа) эта тема тревожила и страшила. Герой произведения, 47-летний Олег, чувствует раздражение на жену, спроваживающую его на "скорой" в больницу, на то, что стал беспомощным ничтожеством и не помогла прививка. В отдельной палате к нему приходят гнев и бешенство от чувства приближающейся смерти, которая превратит в ничто его знания, воспоминания. Попав в реанимацию, чувства заволакивает дым и дрема, память просто отшибло, а хочется воскресить важное, острое, счастливое, что было в жизни. Позже приходится столкнуться с пропавшим запахом и вкусом...
Дома он испытал отчаяние более горькое, чем в ожидании смерти - некому было его обнять и пожалеть.
Но постепенно жар жизни возвращается, главное - не отчаивайтесь!

Радость. Автор: Марина Степнова.
Исполнитель: Маргарита Крон.
Несмотря на название, рассказ очень грустный. Пока героиня рассказа была молодой и здоровой, то радости в ее жизни доставало, ведь она строила планы по собственному желаю. Например, объездить весь мир! И путешествовала от души. Потом появилась дочка, крошка-окрошка. Еще одна большая радость. А путешествовать вдвоем, быть всегда вместе - разве не счастье?!
Только молодость проходит...

Старость - это когда до тебя никто не дотрагивается...